Возвышение Бузинкина (СИ)

Впрочем, об этом варианте он побеспокоился заранее. Как говорится, готовься к худшему, тогда лучшее станет приятной неожиданностью. Искин медальона сдублировал свою личность на ту массу наноботов, что он к этому моменту внутри Сереги наготовил. Вообще-то, это была вполне официальная процедура, означавшая, что ученик готов к самостоятельным действиям. В таком случае медальон мог быть передан другому члену клана, а копия на наноботах служила своему хозяину в качестве секретаря, консультанта и целой кучи других, очень полезных девайсов, включая тот же силовой щит, о котором рассказывал Сереге Бузинкину когда-то.
— Старший лейтенант Бузинкин! — Встретил его на борту авианосца капитан со знаками различия флотской службы безопасности. — Вы арестованы за многочисленные грубые нарушения устава космофлота. Сдайте свое личное оружие!
Знал бы этот заносчивый капитан, что для Бузинкина его игольник вовсе не является единственным и самым мощным оружием…. Но ведь не нами придумано: «Умеешь считать до десяти, остановись на пяти». Молодой псион вовсе не собирался всяким встречным без веской нужды свои способности демонстрировать.
Офицерская гауптвахта на «Георгии Победоносце» представляла из себя обычный жилой кубрик с убранным на время дня спальным местом. Правда, запертый, но Бузинкин с его развившимися за последнее время способностями не сомневался, что при нужде свободно мог бы его покинуть. Делать нечего, уселся на пол в уголке, обхватив подогнутые колени и замер в неподвижности.
За двое суток его побеспокоили только один раз. Ну, не считая приемов пищи, конечно. Все тот же капитан пришел требовать, чтобы Бузинкин переподчинил искин линкора выбранному командованием человеку. Щас! В таком случае, шебутного старшего лейтенанта его отцы-командиры точно упекут всерьез и надолго. Отказался, сообщив, что у них с искином не программные отношения, а что-то вроде добровольной связки сюзерен — вассал. Чушь, конечно, но, в сочетании с рассказами арварцев о возможной самостоятельности искинов и даже их мятежах, вроде прокатило.
А потом грянуло! В средствах массовой информации Земли целый шторм случился. Борзописцы откуда-то раскопали, что флотские адмиралы — дуболомы хотят сжить со свету своего самого результативного старшего лейтенанта. Тут и уничтоженный Бузинкиным брандер припомнили, который мог досрочно «Адмирала Сенявина» уничтожить, чем поставлена была бы под удар вся эскадра, и его работу по отражению атаки вражеской палубной авиации и торпед. Искин «Адмирала Сенявина», кстати, сохранился, у него все данные по результатам стрельбы в том бою записаны были. Даже то, что Бузинкин во время учебы в летном училище шел в своей группе, как безусловный лидер, вне конкурса, эти писаки раскопали. А уж про то, что командование эскадры своими действиями исключает из состава флота, действующего в условиях назревающего военного конфликта, самую мощную единицу, вообще так вывернули, что трибунал вскоре мог грозить не Бузинкину, а затеявшим игры с ним высоким флотским чинам.
И откуда там, на Земле, так быстро известно стало все, что происходит в колонии на расстоянии девяти светолет?
А ларчик просто открывался. Думаете, артефакт могучей цивилизации, как орешки щелкавший защиту на средствах коммуникации арварцев, затруднился бы со значительно более простой защитой от вторжения неизвестных, что была устроена на земной аппаратуре межзвездной связи? Искин медальона и отправил вместе с прочей корреспонденцией самым скандальным журналистам и блогерам весь пакет информации. И Бузинкина в этом внезапном бардаке никоим образом обвинить не получилось бы. Он сначала в дальнем космосе висел, а потом и вовсе на гауптвахте пребывал.
Электрический замок на шлюзе кубрика издал негромкую трель, извещая о своем открытии.
— Лейтенант Бузинкин, на выход! — Прозвучала команда. В коридоре, на выходе из кубрика, на опального пилота щурился сам контр-адмирал Сергей Андреевич Корф. Во второй раз уже свиделись, в этот раз вживую.
  
Глава 10
  
-… Значит, не хочешь пойти мне навстречу? — Уже в третий раз за время беседы задал этот вопрос адмирал.
— Да, поймите вы, товарищ контр-адмирал, — Бузинкин изо всех сил старался сделать свой голос наиболее проникновенным и правдивым. — Не от меня это зависит. У искина линкора какие-то свои критерии сработали. Не примет он другого.
— С тобой все понятно. — Процедил с угрозой в голосе здешний главный космический командир, до которого все же дошло, что простым приказом тут не отделаешься. Можно, конечно, отправить старшего лейтенанта обратно на его корвет, а с линкором, застывшим мертвой грудой металла что делать? А если оставить Бузинкина на линкоре, добавив над ним дополнительную вертикаль из старых, более опытных командиров, то тоже ерунда получится. У тех командиров даже люк в сортир без дополнительного разрешения лейтенанта открыть не получится, нейросетей-то в головах не установлено. И таких деньжищ, чтобы у арварцев их закупить и установить, в бюджете его флота даже близко не наблюдается. А и с нейросетями, если искин не подчинится, любой адмирал на борту «Разрушителя» только в качестве свадебного может пребывать. Какая досада…. Остается только сделать хорошую мину в крайне паршивой ситуации и потихоньку готовиться к тому, чтобы в дальнейшем подобное не повторилось. Потому беседу свою завершил: — ...можешь быть свободен. Свои документы и оружие получишь у адъютанта на выходе. Приказ о назначении тебя командиром твоего линкора выйдет завтра.
Ну, вот, что и следовало ожидать. Теперь надо как-то экипаж набирать поскорее. Вот только если у него бывших в употреблении нейросетей для членов команды по минимуму и хватает, то вот баз знаний явная нехватка. Только те, что среди заначек членов команды отыскались, да из сейфов двух пиратских капитанов, где их было тоже не густо. А без отметок об изученных базах искины просто не допустят человека до работы. Придется над создавшейся проблемой еще подумать. Это не считая той, в которой для успешного ремонта огромного корабля и ресурсы нужны во множестве, и где их брать, совершенно не понятно.
С экипажем вопрос решился просто. Серега и не подозревал, что с недавних пор он в здешних местах самая известная личность. Все же по поводу кого попало не будут с самой Земли, из главного штаба КФ РФ, их адмирала большим Петровским загибом несколько минут без передыху склонять. Связь-то дорогая, считай почти по сто рубликов каждый перл. Сильно пригорело у флотских чинов от нападок журналистов и общественности. Скажете, не может такого быть, чтобы столь секретный разговор достоянием простых чинов флота стал? И очень неправы будете. Сложное оборудование, много людей поддерживают его работу, опять же вся межзвездная связь записывается, да и адмирал, может, только в туалет в одиночку ходит, и то не факт. А болтовня среди сослуживцев… не врагу же главную военную тайну разглашают.
Так что, стоило только заикнуться о наборе в команду, сразу пара сотен заявлений на стол их нынешним командирам легли. А столько и не надо оказалось. Бузинкин этот вопрос со своим медальоном обсудил, хотя сейчас его искин вовсе и не в медальоне пребывал, но по привычке все равно так про себя своего друга и учителя называл. Так вот, медальон предложил этот вопрос в точности, как у джоре решить.Наделить искины кое-какими правами, чтобы на каждый чих у прикрепленных к ним людей разрешения не спрашивать. А насчет мятежа искинов, так медальон сомневался сильно. Очень похоже, что здесь недобрая воля вовсе не искусственных разумных присутствовала. Кто-то со стороны сильно постарался, чтобы программы главному искину той верфи подправить. Все, кстати, довольно легко с этим изменением в допусках искинов получилось: у землян еще не было сформировано той боязни бунта искинов, как это было в государствах Содружества.
Специалистов в команду набрал всего сотню. Сразу нейросети установил и половину набранных людей так в медкапсулах и оставил, ускорено базы знаний изучать. Вторая половина тоже свои базы изучала, но, так сказать, естественным способом, капсул то всего пятьдесят в наличии имелось. Но оставшиеся тоже бездельем не страдали: каждому Бузинкин раздал список необходимых материалов, чтобы в корабельном принтере из этих материалов конкретно для их постов на корабле детали изготовить можно было. Ну, и отправил за добычей. Далеко не все отыскали необходимое, но работы по восстановлению «Разрушителя» ускорились. А что ему еще оставалось? Он, конечно, тоже старался, отправлял запросы и выписывал накладные, но…. Его линкор никакими планами к восстановлению не был предусмотрен. Более того, у всяких флотских интендантов внезапно стало считаться особым шиком, завернуть все заявки с трофейного линкора, не выдав даже положенное, и того, что давно без движения на складах валяется. Ведь что сможет им сделать какой-то новоиспеченный "страшный" лейтенантишка, не входящий даже ни в одну из неформальных флотских вертикалей власти и вообще вызвавший гнев у их главного адмирала?