Миссия соблазнить (СИ)

И не спалил ничего? Ну, точнее, нас заживо. Хмм.
Потянувшись, встала с постели, натянула халат, взглянула в зеркало.
Несколько засосов на шее, омерзительно-довольная физиономия и растрепанные волосы. В целом, выглядела я неплохо. Даже несколько сексуально.
Тихо мурлыча себе под нос, вышла из комнаты и увидела совершенно милую картину.
— Тихо тебе, — шикнул Димка на птицу. — Не буди лихо — пока оно тихо, Эмиль. Она устала.
Птица в ответ издала свой странный попогуйчий звук.
Хихикнув, оперлась плечом на косяк.
— Лихо уже проснулось. Поздно, — громко произнесла.
Синицын, что до этого делал кофе, дернулся, отчего горячая вода пролилась прямо на него.
— Черт! — шикнул.
Нахмурившись, буквально через секунду оказалась напротив него. Сама взяла его руку, пристально осматривая, на наличие повреждений.
Ожог.
Хороший такой.
— Сильно болит? — прикусив губу, обеспокоенно спросила.
— Уже нет, — тихо ответил.
Подняв на него глаза, застыла, точно приклеенная.
Дима смотрел в самую душу. Мурашки пробежали вдоль позвоночника, принося совершенно новое чувство. Чувство — трепета.
Сглотнув, отступила.
— Я сейчас, — хрипло прошептала.
— Уля! — крикнул Дима, но я уже умчалась в комнату.
В суматохе, дрожащими руками, принялась искать пантенол.
Блин. Да где же он?! Точно же был где-то!
Остановилась, взлохматила рукой волосы.
Мурашки так и не прошли. Казалось, что все мое тело лихорадит. Чувство острое. Пронзительное. И его совершенно не получалось игнорировать. Его было слишком много во мне.
Раз. Два. Три.
Вдох-выдох. Вдох-выдох.
Главное успокоиться.
Тысяча чертей! Я же Улька Фролова! Та
самая Улька Фролова! Бестия, гарпия, горячая штучка, чертовка и задира! Это все я! А не сопливая девчонка. Так-то! Я не кисейная барышня.
Втянув побольше воздуха в легкие, помассировала виски.
Прочь! Прочь из моей головы!
Пантенол. Мне нужен пантенол.
Спустя ещё несколько минут поисков, я нашла его шкафу. Рядом с духами. Ну, разумеется, ему же там самое место!
Когда вышла, Синицын уже сидел за столом, на котором расположился наш завтрак — выпечка, блины с джемом и кофе. Судя по всему, дожидаясь непосредственно меня.
— Вот! — протянула ему и взглянула на руку, которая уже была чем-то намазана.
М-да. Идиотка. И зачем только ходила? Как будто он маленький мальчик и сам бы не справился с этим дурацким ожогом!
— Спасибо, — кивнул и забрал. — Садись.
— Ты, знаешь, я не голодна…
— Фролова, — угрожающе рыкнул. — Я сказал — сядь!
— Не кричи на меня!
— Даже не начинал, — невозмутимо изрек. — Сядь.
И как только ему удаётся из меня верёвки вить?! Ох, уж этот его командный тон!
— Какая муха тебя укусила?
— О чем ты? — не пойман — не вор. Помните, про заповеди Ульки Фроловы?!
— Ты знаешь о чем.
— Понятия не имею, — взяла выпечку и сунула в рот, мол, когда я ем — я глух и нем.
Не то чтобы с Синицей это прокатило. Пф-ф. Вероятно, даже если бы я умерла, он бы нашёл способ меня воскресить, чтобы заставить ответить на его гребаные вопросы. До чего же дотошный тип!
— Мы провели вместе чудесную ночь, — ухмыльнувшись, этот плут подмигнул и добавил, — и не менее чудесное утро. Почему бы нам не обсудить то, что тебя беспокоит?
— Это! — крикнула я. — Это меня, твою мать, и беспокоит! Какой ещё поговорим? Зачем нам вообще разговаривать?
— Есть теория, что это одно из последствий эволюции. Хомо Сапиенс — человек разумный. Люди — путем разговора решают свои проблемы. Они обсуждают их, чтобы прийти к общему знаменателю. К сожалению, мы ещё не на той степени эволюции, чтобы понимать друг друга ментально.
Клянусь, своими духами от диор и лабутенами, что мой глаз дернулся! Он, блин, издевается надо мной?!
— Хочешь поговорить о моих проблемах? — оскалилась. — Ты — моя проблема.
— Я?
— Да. Ты.
— Занятно, — хмыкнул и отпил кофе. — Продолжай…
— Ты ведёшь себя очень странно. Этот завтрак, как делают влюбленные парочки, утро, ночь, условия не спать с другими, ревность. Тебе не кажется, что это слишком?
 
— Нет. Не кажется, — пожал плечами. — С другой стороны, почему бы нам не попробовать?
— Попробовать? — сорвался мой голос на писк.
Держите меня семеро! Обморок уже близко!
— Да. Нам хорошо вместе. Мы отлично уживаемся. Я могу быть хорошим парнем. Верным, заботливым. Опять же, прекрасным любовником.
На последнем пункте можно было поставить печать: проверено и одобрено. Однако отношения. Я не была готова к отношениям. Это не для меня.
— В отношениях слишком мало свободы, Дима. Ты наверное и правда можешь быть хорошим парнем, но вот я пока не могу пообещать тебе обратного, — предельно честно высказалась. — Я не хочу отношений. Вот, в чем дело.
Дима едва заметно поджал губы. И только это выказало его недовольство. Задумчиво он повертел чашку в руках, а после кивнул головой.
— Я тебя услышал. Тогда мы любовники. Друзья. Условимся на этом. Идёт?
Вот так просто? Где подвох?
Ещё и засранец выглядит так невинно, что не придерешься.
— Идёт, — осторожно согласилась.
— Отлично. Ну раз все вернулось на прежние места, то посуда за тобой, Фролова, — усмехнулся и встал из-за стола поганец.
— Ч-что?! Так нечестно!
— Для девушки, которая меня только что отшила, ты слишком много говоришь о нечестности. Жизнь вообще — несправедливая штука.
— Что-то не похоже, что ты слишком опечален, — брякнула, вставая из-за стола.
— Я принимаю твои условия. Сейчас они меня устраивают. Потом я найду девушку, и буду с ней жить долго и счастливо. Ну и все такое, а пока хороший, качественный секс — это неплохая альтернатива.
Я невольно скрипнула зубами. Другая девушка значит… Он уже думает о другой, но при этом со мной…
Впрочем, имела ли я право возмущаться?! Тоже цаца какая! Сама же отфутболила, вот и пожинай плоды, Фролова.
Внутренний голос, зараза, очень вовремя высказался. Как будто и без его мнения тошно не было.
На съёмку собиралась дольше обычного. Сперва из ванной долго вытравливала Синицу, что с горем пополам, но мне все же удалось. Со словами:
— А вот была бы ты моей девушкой, я бы тебе это право уступил. Забота, понимаешь ли.
Я только фыркнула и хлопнула дверью прямо перед его носом.
Девушка. Ишь чего удумал!
 Нет. Ну где я, а где серьёзные отношения?! Смех да и только!
Еще дольше приводила себя в порядок и наводила марафет. Сегодня была важная для меня съемка. Я ждала её почти два месяца. Это была съемка для журнала. Не то чтобы я питала надежды однажды стать моделью. Отнюдь. Ну, а вдруг? Раз в год, как говорится, и палка стреляет.
Пока что мне нравилось сниматься, но красота не вечная. Мой план был таков: собрать энную сумму и открыть салон красоты. Возможно, это примитивно. Но мода — это, то в чем я хороша.
Я плохо знаю математику, ни черта не смыслю в юриспруденции, да и особыми талантами не обладаю. Грустно, печально, но такова суровая правда. Я хороша в красоте. Стало быть, и стоит создавать красоту.
Краситься мне было не нужно. Смысла нет, ведь я ехала на съемку, но это не значит, что собралась я быстрее. Всякие маски, патчи и остальные женские причуды тоже отнимают немало времени. Лицо должно быть свежим.
Завязав волосы в красивую гульку, скинула халат и натянула белье. Достала из ящика чулки и бросила на кровать.
Открыв пачку, стала натягивать, как вдруг раздались это знакомое и зловещее:
— Фролова! Ты что ополоумела?
— Ээ, — недоуменно покосилась на Синицына, который стоял в дверном проёме, — нет. Пока вроде в своём уме.
Дима прожигал своими омутами мои ноги. Точнее, одну ногу, на которую я наполовину натянула чулок.