Ядерное оружие ядерных и неядерных стран

Обращаясь к своему собеседнику, Верховный главнокомандующий твёрдо заявил:
– Мы должны расширить территорию Украины на западе, закрепить за собой немецкий город Кёнигсберг и прилегающие к нему районы, в частности морскую базу Пиллау. Конечно, нашими должны быть прибалтийские республики Литва, Латвия, Эстония и некоторые острова Балтийского моря. На Дальнем Востоке к нам должны отойти оккупированные Японией Южный Сахалин и Курильские острова. Понял, товарищ Молотов?
– Как не понять… Я Вас, товарищ Сталин, понимаю с полуслова. Столько лет работаем вместе!
Иосиф Виссарионович улыбнулся.
– Спасибо, Вячеслав, я этого не забуду. Ты же знаешь, что память у меня хорошая.
– Во время войны, товарищ Сталин, – подхватил эту мысль собеседник, – Вы знали фамилии не только командующих фронтов, но и многих командиров соединений и полков.
– Да, было дело, – с удовольствием промолвил Сталин, вспоминая их мужественные лица во время докладов в Ставке Верховного Главнокомандования о результатах боевых сражений.
Раскуривая свою любимую трубку, Иосиф Виссарионович решил сделать небольшой перерыв в работе и предложил собеседнику выпить чаю.
Через несколько минут в кабинет вошёл его личный секретарь, и на столе появились два стакана с крепко заваренным чаем.
– Пей, Вячеслав, – по-дружески сказал Сталин, угощая Молотова, как он это часто делал на своей загородной даче в Кунцеве, когда там собирались почти все члены Политбюро с жёнами. – Чай ароматный, грузинский.
После чаепития с печеньем и шоколадными конфетами собеседники в течение нескольких минут отдыхали, обмениваясь короткими фразами о состоянии дел в области периодической печати, в основном газеты «Правда». Сталин поделился с Молотовым мыслями о своей статье, которую готовил для печати. При этом он с наслаждением курил свою знаменитую трубку. Как же без неё…
На обсуждение второго вопроса – о репарациях – тоже ушло довольно много времени. Говорил в основном Сталин.
– В результате фашистского нападения на нашу страну были разрушены сотни городов, сожжены дотла почти 70 тысяч сёл и деревень. Особенно большие потери разрушительного характера понесли заводы, фабрики и другие промышленные и сельскохозяйственные предприятия. По данным наших специалистов, общий материальный ущерб страны составил более 600 миллионов рублей. Немцы должны заплатить нам за свою агрессию в полной мере.
– Я с Вами согласен, товарищ Сталин, – сказал Молотов. – Именно такую сумму мы будем требовать с них. И это – справедливо.
– Контрибуция поможет нам в короткие сроки восстановить нашу экономику, – продолжал Сталин. – Советские люди даже и в мирные дни не любят сидеть сложа руки, особенно труженики тыла. Они по-прежнему упорно работают, как и в годы войны, когда претворяли в жизнь лозунг партии и правительства «Всё для фронта, всё для победы!». Такой у нашего народа волевой характер…
Обмен мнениями по этому и другим важным для Советского Союза вопросам, которые необходимо поднять на предстоящей Потсдамской конференции, продолжался до обеда. Сталин предложил Молотову пообедать вместе.
– Угощайся, Вячеслав Михайлович, – с улыбкой сказал он, – свежими фруктами. Только вчера прислали из Грузии. Вкусные, не пожалеешь…
  
2
 
К 17 июля 1945 года в Потсдам прибыли делегации пяти мировых держав антигитлеровской коалиции, среди них и так называемая «большая тройка». Делегацию СССР возглавлял председатель Государственного Комитета Обороны Иосиф Сталин, США – президент Гарри Трумэн, а Великобритании – премьер-министр Уинстон Черчилль. После Тегерана (1943 г.) и Ялты (1945 г.) это была третья подобная встреча и, как оказалось, последняя.
Цель конференции – определение дальнейших шагов по послевоенному устройству Европы, а также принуждению милитаристской Японии к миру.
Всех разместили в красивом, огромном дворце Цецилиенхоф. Из 176 его помещений успели отремонтировать только 37. Но и этого оказалось вполне достаточно для плодотворной работы. Основная нагрузка легла на Совет в составе министров иностранных дел СССР, США, Великобритании, Франции и Китая. Совет был учреждён в первый же день заседания конференции. И началась трудоёмкая работа, иногда даже вечерами, в течение почти двух недель (до 2 августа 1945 г.).
 
Прежде всего для управления Германией был создан Контрольный совет из четырёх командующих оккупационными войсками с дислокацией в Берлине. Совет приступил к выполнению своих обязанностей в тот же день, и жители, особенно Берлина, сразу почувствовали не только порядок, но и помощь в их повседневной жизни.
Решения были приняты и закреплены в Декларации по следующим вопросам:
– оккупация Германии войсками союзников;
– роспуск националистических организаций;
– восстановление запрещённых партий и гражданских свобод;
– уничтожение военной промышленности;
– предание нацистских руководителей суду Международного военного трибунала;
– о территориях;
– о репарациях.
Что касается последних двух вопросов, то с советской стороны ими занимался лично товарищ Сталин и добился внесения в текст Декларации требований, важных для СССР, обговорённых им с Молотовым ещё в Москве, в его кремлёвском кабинете.
Отдельным пунктом в Декларации были прописаны условия безоговорочной капитуляции Японии. По этому вопросу за неделю до окончания конференции шла бурная дискуссия, поскольку она затрагивала стратегические цели «тройки». Однако в тактическом плане интересы СССР, США и Великобритании совпадали: Сталин, Трумэн и Черчилль понимали, что окончание Второй мировой войны зависит от разгрома милитаристской Японии. Поэтому ещё до окончания работы Потсдамской конференции было принято решение объявить Японии ультиматум о немедленной капитуляции на следующих условиях:
– капитуляция всех вооружённых сил (как своих, так и находящихся под её контролем);
– немедленное прекращение боевых действий;
– отстранение от власти виновников агрессии и суровое наказание военных преступников;
– освобождение всех союзных военнопленных;
– сохранность судов, самолётов, военного и гражданского имущества;
– искоренение милитаризма;
– устранение всех препятствий к возрождению и укреплению в стране демократических тенденций;
– введение свободы слова, печати, религии, соблюдение прав человека;
– запрещение военных отраслей промышленности;
– временная оккупация Японии;
– подчинение императора и правительства Верховному союзному командованию.
26 июля 1945 года правительства США, Великобритании и Китая (союзники на Тихоокеанском театре военных действий) направили ультиматум Японии, текст которого японским руководством был транслирован по радио и разбросан с самолётов, чтобы народ знал об унизительном для самурайского духа решении Потсдамской конференции. Его смысл заключался в том, что Япония должна признать своё поражение и подписать Акт о безоговорочной капитуляции на условиях, которые были приведены в тексте ультиматума. Если она этого не сделает, то её ожидает «быстрое и полное уничтожение».
На следующий день, 27 июля 1945 года, в японских газетах появилось сообщение о неприемлемости условий капитуляции и нежелании японского правительства принять ультиматум. Это подтвердил и сам премьер-министр правительства Японии Кантаро Судзуки на срочно созванной им конференции.
Надо отметить, что в эти тяжёлые для Японии дни японские дипломаты от имени императора Хирохито вели активные сепаратные переговоры с руководством СССР, пытаясь склонить его на свою сторону и заключить перемирие, чтобы освободить силы и средства для продолжения вооружённой борьбы с США и их союзниками до победного конца.
Император Хирохито, не дождавшись ответа от Советского Союза, не стал менять решения о продолжении войны с США, но в разговоре с Коити Кидо, политическим советником двора, дал понять, что императорская власть должна быть защищена любой ценой.