Хроники старого мага (СИ)

По окончании завтрака мы общим решением распланировали свой день. Отдав чашки и кружки работникам кухни, мы вышли из лазарета, благо раненых и больных не было, и направились к кухне. Нужны были дрова. По пути мы зашли на площадку для тренировок. Пленник, увидев нас, попытался отползти подальше, но длина удерживающей его верёвки этого не позволяла. В его глазах вспыхнула злость. Объяснений не потребовалось. Назар и Алкима продолжили свои занятия. Поочерёдно они пытались накладывать на гоблина заклятия парализации. В течение часа Назар накладывал заклятия с переменным успехом, а я постоянно снимал их. Но через час он добился устойчивого результата. В конце первого часа у Алкимы получилось наложить своё первое заклинание, но, в отличие от заклятий Назара, парализация была полной. Я сразу же поздравил её. Прозанимавшись ещё один час, мы получили устойчивые результаты не только от Назара, но и от Алкимы. Теперь каждое их парализующее заклятие было успешным. После этого мы закончили утренние занятия. К моменту окончания нашей тренировки гоблин уже не пытался сопротивляться, а только жалобно поскуливал от боли в суставах, подвергаемых регулярным спазмам. В какой-то мере мне было его жаль. Но его горящие от гнева глаза не были сломлены. Когда мы были в Академии, то нам для тренировок привозили преступников, которым публичную порку заменили иным наказанием. Их преступление было не столь значительным, чтобы бросать в тюрьму или казнить. После того, как на них потренировались юные волшебники, у многих больше не возникало желания нарушать законы.
Набрав дров, мы направились к моей башне. Описывать процедуру копирования книг нет смысла. Долгий, нудный и неинтересный процесс. Обновление пентаграммы, укладка дров, исполнение заклятия, подгибание переднего листа, изъятие книги. И так по новой. До обеда мы смогли скопировать «Книгу стихий», «Защиту от тёмных искусств», «Некротеленикон». Сначала «Некротеленикон» я хотел скопировать для себя. Что-то говорило мне, что эта книга может обязательно пригодиться. Но делать её в одном экземпляре было неудобно в присутствии моих спутников. Поэтому книга была скопирована в трёх экземпляров, чтобы никого не обидеть. Будут они его читать или нет, не важно. Я лично прочесть собирался, даже если использовать не придётся. После ударов гонга мы закончили нашу работу. Назар и Алкима забрали свои книги с собой, что меня устраивало. Я не знал, где они их хранят, но не считал важным об этом узнавать. Закрыв башню, мы направились в лазарет, чтобы там пообедать. Впереди нас ждало много работы. Теперь даже мои спутники это понимали.
После обеда мы снова заглянули на тренировочную площадку. Пленник уже не сопротивлялся. В глазах помимо злости появилось затравленное выражение обречённости. Он сильнее вжался в столб, ожидая боли. На этот раз я решил усложнить задачу. Чтобы сделать тренировку эффективнее, я решил ввести в неё новое заклинание. На этот раз заклинание «Фините Инкантатем». Прежде, чем приступить к работе, я долго и максимально доступно объяснял своим спутникам принцип его работы. Для обычного человека сложно понять, как можно снять с себя заклинание, перенастроив мозг и расслабив все мышцы тела, попутно вызвав поток внутренней энергии, промывающей блоки и комплексы заклятия. В конце я просто отчаялся это сделать и, как много раз после этого, просто объяснил им последовательность выполнения движений. Пришлось долго ходить вокруг них, поправляя их действия, и указывая начала двигательных и дыхательных циклов. Минут через двадцать, когда они вполне сносно усвоили последовательность движений, я разрешил им приступить к тренировкам на пленнике. Теперь они чередовались. Сначала Назар ставил на гоблина парализацию, а Алкима пыталась снять его заклятие. Затем они менялись местами. И всё повторялось. Так они отрабатывали оба заклятия. Поначалу, если им не удавалось выполнить снятие заклятия два — три раза подряд, я сам снимал заклятие, чтобы не мучить пленника. Через два часа работы им удалось продвинуться незначительно. И если заклятие парализации они освоили и проводили вполне уверенно, то контрзаклятие было ещё далеко от совершенства. Пока им удавалось освобождать пленника не полностью. Приходилось самому доводить заклятие до конца. Но прогресса не было. По этой причине я решил прервать занятие до завтра. А ещё я обратил внимание на состояние пленника. Он был истощён. Ему нужен был отдых и пища с водой. Я отошёл к стражнику и спросил его, кормят ли пленника.
 
— Пытались — буркнул стражник, — отказывается и от пищи, и от воды. Не хочет жить. Насильно кормить не будем, да и жалости к гоблинам у нас нет. Слишком много они причинили зла.
Я задумался. Сколько ещё он мог протянуть? Пленник предпочитал умирать, но не говорить и не помогать нам. Я знал, что это нормально для гоблинов. Времени у нас для обучения было мало. Надо было использовать его по полной программе. Но сейчас нужен отдых и для него, и для нас. По пути в магическую башню мы зашли в столовую и набрали дров. Работники кухни стали поглядывать на нас с подозрением. Людям было интересно, куда это мы таскаем дрова посреди лета, да ещё и в таком количестве. Но нам некогда было объяснять людям свои потребности.
Набрав дров, мы отправились по тропинке в башню. День опять превратился в сплошную работу с заклятиями. Работали мы уже достаточно быстро и эффективно. До ужина мы изготовили копии в трёх экземплярах по книгам «Книга бестиария», «Зельеварение», «Скрытое за гранью». Книги были достаточно толстыми, а потому выполнив по ним заклятия и получив копии, я чувствовал гордость от содеянного и, одновременно, усталость. Меня изрядно пошатывало. Поэтому было решено закончить на сегодня работу. Разобрав копии книг, мы направились в лазарет ужинать. Сейчас это кажется странным. Перечисляя свой сегодняшний распорядок дня, я указываю точное время в промежутке дня. Это связано, в первую очередь, с ведением мною занятий для учеников. Многие из этих уроков имеют своё расписание, чтобы упорядочить время преподавания для разных групп. Но тогда мы измеряли своё время в промежутках между приёмами пищи. Никто из нас не засекал время по часам. Мы просто работали. Каждый из нас ощущал опасность, нависшую над нами. Мы понимали, что наше выживание связано с нашей готовностью противостоять этой опасности. А когда работаешь, то время пролетает незамеченным. И об этом я размышляю сейчас, и размышлял тогда. Я вернул книги обратно на полки, а свои копии отнёс и уложил на стол в своей комнате. Теперь там скапливалась достаточно большая стопка книг. Оставалось только их переписать для себя, а если приживусь, то и создать повторные образцы для башни. Если когда-нибудь я отсюда уеду, то свои образцы я заберу с собой. И хочу, чтобы после меня осталась обновлённая магическая библиотека в башне. А если останусь здесь надолго, то постараюсь сделать копии и с остальной библиотеки. Или переложу это дело на писарей крепости. Капитан прозрачно намекал на такую возможность. Эти мои размышления были прерваны голосом Алкимы.
— А у тебя здесь уютно. Хотя добираться непросто. Мой домик одноэтажный. Но у нас и застава менее оборудована, чем ваша крепость.
— Чувствую зависть — попытался я пошутить.
Её брови изогнулись удивлённо.
— Какая зависть? Мой дом был деревянный и тёплый, а твой каменный и холодный. Дров не напасёшься. С семьёй здесь жить плохо. А беременной жене взбираться сюда — большая проблема.
— Так ведь я не женат — на этот раз удивился я. О таком я просто не думал.
— Это пока. В пограничных областях женщин больше, чем мужчин. Мужчины здесь долго холостыми не ходят.
Она хитро улыбнулась. Из лаза появилась голова Назара. Он осмотрелся и покачал головой. Но рта открыть не успел.
— Уже слышал. Каменный дом, холодный и непригодный для семьи.
Назар пожал плечами и проговорил
— Я хотел сказать, что идти надо.
Больше разговоров не было. Осторожно, следуя друг за другом, мы спустились на первый этаж, вышли на улицу, переступая через пентаграмму, чтобы не испортить её, и закрыли дверь. Оказавшись в лазарете за столом и вкушая ужин, я отметил ещё один временной промежуток. После ужина я собрал Назара и Акиму, чтобы обсудить порядок дежурства. Но Назар остановил меня, сказав, что эту ночь он может продежурить сам. Тем более что сегодня на дежурство выходят люди из его отряда. К тому же при таком методе дежурства проведение ночи не такое уж и напряженное. В прошлую ночь он даже хорошо выспался. И в эту он тоже намерен выспаться, не смотря на частые просыпания. Что-то было в его словах неправильное, но я не стал уточнять, что именно. Прежде, чем отпустить людей, я включил у себя состояние второго видения и просмотрел окрестности крепости. Да, орки и гоблины были, но находились они достаточно далеко. Некоторые их отряды были на пределе моего видения. Враги не готовились к штурму, но учитывая их мобильность, это могло измениться в любой момент. Отряды в любой момент могли быть придвинуты к стенам крепости, а камнемётные машины снова откроют стрельбу по нам. Всё зависело от решения их военачальника. Но пока нам штурм не грозил, только осада. А учитывая пять уже павших крепостей, нашу крепость они постараются взять обязательно. Только осмотревшись, я отпустил людей. Вечер я решил провести в своей башне. Если мне предстоит переписывать книги, то я хотел начать пораньше. Я прихватил фонарь, взятый из моей башни, и вышел из здания лазарета.