Руины Вудстоуна (СИ)

Наблюдатель обнаружился на дереве, и его жизненный поток был достаточно мощным, не таким, как у ловцов, но, скорее всего, незнакомец превосходит меня по уровню и умеет очень хорошо маскироваться. Опыта у него маловато. Ну кто же смотрит на объект наблюдения напрямую? Даже на Земле люди могут почувствовать направленный на них прямой взгляд, а уж на Асдаре существует масса способов узнать о слежке.
Как бы случайно прикоснувшись к дереву, на котором засел наблюдатель, активировал ощущение жизни и попытался понять, кто же он такой. Неожиданно натолкнулся на сопротивление со стороны дерева. Оно не хотело выдавать мне информацию, что было странно. Усилив напор, подключил умение подчинение природы и сломил сопротивление строптивого дерева. Ко мне начала стекаться очень интересная информация.
В этом лесу обитают эльфы, причём эльфы тёмные. Я сейчас не говорю о фракционной принадлежности, хотя, скорее всего, так оно и есть. По всей видимости, этот лес пользуется дурной славой неспроста. Нужно налаживать контакт с представителями своей расы. Вряд ли среди них есть кто-то из лиги наёмников, но расслабляться всё равно не стоит.
— Спускайся, я не враг тебе, нужно поговорить.
Жизненный поток эльфа дёрнулся и начал перемещаться. Я сработал на инстинктах, выбросил поток маны и тёмной энергии и приказал дереву, с которым всё ещё находился в контакте, схватить беглеца и спустить его на землю. Ветви могучего растения опутали незнакомца, при этом выбив из невидимости, а потом плавно опустили вниз.
— Отпусти меня! — воскликнула эльфийская девчонка, на вид лет восемнадцати. Как я и предполагал, девушка была тёмной и являлась нпс. Она яростно сопротивлялась и стремилась выпутаться, а на лице застыла гримаса ненависти.
— Да успокойся ты, я же говорю, надо поговорить, — но мои слова не возымели никакого эффекта. Девчонка по имени Анилаэль словно обезумела.
Рядом с моей ногой воткнулась стрела, чёрт, это плохо, значит, она не одна, хотя, может, второй эльф окажется более адекватным. Тот факт, что стрела не прилетела мне в голову, уже говорит о многом, так что не стоит и дальше накалять обстановку.
— Я не враг вам, — вновь довольно громко повторил я и приказал дереву отпустить девчонку. Оказавшись на свободе, та моментально ушла в скрыт, и её жизненный поток пропал из радиуса действия заклинания. — Если нарушил границы ваших владений, прошу прощения. Возникнет желание поговорить, я разбил лагерь на опушке.
Спокойно повернувшись спиной к возможному агрессору, я направился в сторону своего костра. Хотели бы убить — сделали бы это уже давно, и вряд ли я бы смог этому помешать. По всей видимости, молодая девчонка проходила некое испытание, которое, не без моего участия, с треском провалила.
Пожилой эльф появился у моего костра через сорок минут. Причём он появился уже с дымящимся куском мяса, который жарил на моём костре, а я совершенно не был осведомлён об этом факте. А ведь я дважды активировал поиск жизни, но так и не смог обнаружить старика, да и Мрак не смог почувствовать гостя, что говорит о многом.
— Как ты узнал о нас, чужеземец? Тебя послали магистры лиги наёмников? — спокойно заговорил старец, имени которого я узнать так и не смог. После активации познания сути над головой моего собеседника появились только вопросительные знаки. Единственное, что я мог о нём сказать с уверенностью, — это то, что он тёмный.
— Мы все чужеземцы в этом мире. И ты был им когда-то, пока не потерял память. Разница между нами лишь в том, что ты лишился своего шанса пройти испытание, а я нет.
— Ты не ответил на мой вопрос, — проигнорировав мои слова, продолжил говорить старец, меланхолично переворачивая кусок мяса, чтобы тот равномерно обжарился со всех сторон. И вроде бы он сказал эту короткую фразу спокойно, но сердце в груди ёкнуло, а интуиция подсказала, что я ещё никогда так не был близок к смерти, как сейчас. За исключением того случая в ущелье, благодаря которому я и попал на Асдар, естественно.
— Я не имею никакого отношения к лиге наёмников, а в окрестностях этого леса оказался совершенно случайно и не знал, что тут скрываются тёмные эльфы. Да и, честно сказать, мне плевать, что вы тут делаете, своих проблем хватает. Всё объединение света стоит на ушах, и тысячи светлых пытаются отыскать мои следы. Нравится вам прятаться в глухом лесу — ваше право, я не привык сидеть сложа руки и предпочитаю действовать.
 
Мне показалось, что зрачки старца полыхнули огнём, но он мастерски подавил вспышку гнева.
— Ты не лжёшь, это хорошо, значит, ты не глуп. Чего же ты хочешь?
— Странный вопрос. Ещё час назад я не подозревал о вашем существовании, а ты спрашиваешь о том, чего я хочу. От вас? Ничего. Да будь вы хоть осколками королевства Вудстоун или вообще прямыми наследниками правящей династии Эль-Са Муна, мне плевать. Я привык достигать своих целей самостоятельно. От помощи не откажусь, но и просить её не буду.
— И какие же цели преследует первый за долгое время тёмный маг-игрок? — Старец превосходно владел своим лицом. Я намерено попытался вызвать в нём хоть какие-то эмоции, упомянув название правящей династии эльфов и название королевства, но он был невозмутим, словно скала.
— Возрождение, — максимально коротко ответил я.
— Возрождение невозможно, королевский мэллорн уничтожен, — грустно ответил старец.
— Могло сохраниться семя, — осторожно, чтобы не сболтнуть лишнего, ответил я.
Со мной сейчас говорит очень влиятельный эльф. Скорее всего, вождь этого племени, возможно, единственного, до которого ещё не добрались светлые. И что-то мне подсказывает, что этот старец участвовал в давних событиях и лично видел уничтожение королевства Вудстоун. Это можно прочитать в его выцветших, повидавших очень многое глазах.
— Жрецы светлых давно уничтожили все сколь-нибудь значимые источники тёмной энергии. Не думаешь же ты, что они проглядели семя королевского мэллорна?
— Семя могли скрыть от них.
Вот тут в глазах старца точно промелькнул огонь.
— Орден огнеликих выжег всё живое на сотни километров вокруг столицы королевства Вудстоун. Я был там и видел всё своими глазами. Наша стальная крепость оказалась на самой окраине, но не выдержала нестерпимого жара. Железное древо плавилось на глазах, прожигая тела моих бойцов насквозь. Выжили единицы из тысяч. Не говори о том, о чём не имеешь ни малейшего понятия, мальчишка.
Мне всё же удалось вызвать в старце эмоции. Я оказался прав о его непосредственном участии в давних событиях. Он говорил отрывисто, словно отдавал приказы, что подтверждало его слова о принадлежности к высшим офицерским чинам королевства. Такому бывалому военному, как я, это видно сразу, и неважно, что старец воевал не на Земле, а на Асдаре, офицеры вооружённых сил везде одинаковые.
— Жрецы огнеликих не всесильны, — никак не отреагировав на его эмоциональную речь, ответил я. — Несколько дней назад я обнаружил тёмный стихийный алтарь у них под самым носом, в нескольких десятках километров от Ньюберта. Зал этого небольшого святилища был защищён сложной рунической вязью и полностью скрывал все излучения.
— Ты не понимаешь, о чём говоришь, — уже обычным, безэмоциональным тоном продолжил старец. — Не сравнивай стихийный алтарь и семя королевского мэллорна. И вообще, зачем я веду с тобой разговоры на эту тему?
— Потому что ты не глупец и понимаешь, что мне что-то известно, а в глубине души закалённого во многих боях воина, который так и не смирился с поражением, ещё горит искра надежды.
— Надежды на что? — прищурив глаза, подозрительно спросил мой собеседник.
— Что ещё не поздно всё изменить.
Мои слова заставили эльфа серьёзно задуматься. Я буквально чувствовал, как он прокручивает у себя в голове сотни различных вариантов стечения обстоятельств, при которых появлялись хоть призрачные шансы, что семя мэллорна могло уцелеть. Наверняка за прошедшие столетия он уже делал это не раз и не находил нужного ответа, но сердце по-прежнему отчаянно хотело верить.