Незримый клинок. Хребет мира. Море мечей

– Сведения – не такая уж высокая цена, – как всегда драматично произнес Валь-Дуссен, взмахнув руками так, что широкие рукава его одеяния взметнулись, как вороньи крылья. – Неужели я многого прошу?
Дзирт опустил голову и запустил пальцы в густую белую шевелюру, при этом искоса глянув на Кэтти-бри. Они пришли в Небесную башню Аркана в надежде разыскать какого-нибудь мага, отправляющегося в Десять Городов, чтобы передать с ним весточку Бренору. Они знали, что дворф страшно бес покоится за судьбу варвара, и хотели его ободрить, поскольку все, что им удалось здесь узнать, позволяло надеяться, что Вульфгар жив.
Их направили к этому странному чародею в черном одеянии, Валь-Дуссену, который как раз собирался перенестись в Долину Ледяного Ветра. Друзья решили, что мага их просьба не сильно затруднит, но приготовились заплатить, если нужно, однако бородатый седовласый старик вдруг сильно заинтересовался Дзиртом и его корнями.
Он согласился доставить сообщение Бренору, но только в том случае, если дроу даст ему исчерпывающее описание жизни в Мензоберранзане.
– У меня нет времени, – повторил Дзирт. – Нам надо отправляться на юг, в Глубоководье.
– Может, наш уважаемый друг мог бы с помощью магии перенести нас в Глубоководье побыстрее, – вдруг заявила Кэтти-бри, заметив, что чародей стал расстроенно пощипывать бороду.
В комнате находился еще один маг, один из руководителей гильдии, по имени Каннабир, который при этих словах поспешно замахал руками, при этом на его старом, словно высеченном из камня лице отразилось волнение.
– Ну что ж, – задумался Валь-Дуссен, – это потребует некоторых усилий, но вполне возможно. Не бесплатно, конечно, и цена, сами понимаете, будет ощутимой. Н-да, дайте подумать… Я переправлю вас обоих в Глубоководье за тысячу золотых и два дня рассказов о Мензоберранзане. Да-да, именно так. А потом, конечно, я отправлюсь в Десять Городов, как и собирался, и передам Бренору все, что вы хотите, но это будет стоить еще одного дня рассказов.
Он глянул на Дзирта жадно блестевшими глаза ми, но темный эльф решительно покачал головой.
– Мне нечего рассказывать об этом городе, – сказал Дзирт. – Я ушел оттуда, так и не успев там прижиться. По правде говоря, думаю, что многим, включая и тебя, известно о Мензоберранзане гораздо больше, чем мне.
Валь-Дуссен надулся.
– Ну, тогда один день рассказов, и я доставлю ваше письмо Бренору.
– Никаких разговоров о Мензоберранзане, – твердо возразил Дзирт и вытащил из-под плаща заготовленное письмо. – Я заплачу тебе двадцать золотых – а это немалая цена за столь пустячную услугу, – если ты передашь это послание советнику в Брин Шандере, куда ты все равно направляешься, и попросишь отдать его Реджису из Одинокого Леса.
– И это ты называешь пустячной услугой?! – закатив глаза, вскричал Валь-Дуссен.
– За то время, что мы здесь препираемся, ты уже мог бы не один раз переместиться в Десять Городов, – ответил темный эльф.
– Но я хочу услышать истории! – уперся маг.
– Тебе расскажет их кто-нибудь другой, – отрезал Дзирт и поднялся с места, а с ним и Кэтти-бри.
Они уже дошли до двери, когда их окликнул Каннабир:
– Он согласен.
Дзирт поглядел на него и недовольного чародея.
Каннабир тоже смерил взглядом возмущенного Валь-Дуссена и кивнул дроу. С демонстративным глубоким вздохом чародей подошел к темному эльфу и взял письмо, протянув было руку за платой, но Каннабир прибавил со значением:
– Прими эту услугу, Дзирт До'Урден, как знак нашей благодарности за твою службу на «Морской фее».
Валь-Дуссен что-то пробубнил, но тем не менее отошел, зажав в руке послание.
– Может, когда мы снова встретимся, я и придумаю тебе историйку-другую, – чтобы как-то задобрить его, пообещал Дзирт в спину сердито сопевшему магу.
Руководитель гильдии только вежливо поклонился им, и Дзирт с Кэтти-бри направились своей дорогой, в Глубоководье.
* * *
Крепкие веревки глубоко впивались в запястья Лелоринеля, сидевшего на жестком высоком стуле с пря мой спинкой, а шею туго охватывал кожаный ошейник, не дававший пошевельнуться.
 
Один глаз от удара заплыл, на его месте налился громадный сливовый синяк, плечи болели, как, впрочем, и все остальное.
Когда оставшийся работоспособным глаз привык к освещению, эльф разглядел, что в комнате находятся уже знакомые ему громадные стражи и та же темноволосая женщина. Она сидела прямо напротив него, пристально глядя на пленника.
– Моей госпоже не нравится, когда о ней расспрашивают во всеуслышание, – сказала пиратка, внимательно осматривая мускулистую фигуру эльфа.
– Твоя госпожа не отличает друзей от врагов, – дерзко ответил Лелоринель.
– Да, есть вещи, которые трудно отличить, – согласилась женщина, продолжая его разглядывать.
Эльф презрительно фыркнул, и она кивнула одному из великанов. Одним прыжком громила оказался рядом с пленником и заехал ему увесистым кулаком по лицу.
– Будешь и дальше так себя вести – убью, – невозмутимо заявила женщина.
Лелоринель стал вести себя осторожнее.
– Ты шлялся по всему Лускану и выспрашивал о Шиле Кри, – продолжила она, помолчав. – С чего такой интерес? Может, тебя власти наняли? Или ты работаешь на этого негодяя Дюдермонта?
– Я сам по себе и западнее Серебристой Луны никого не знаю, – спокойно ответил Лелоринель.
– И при этом ты на всех углах треплешь имя человека, с которым ищешь встречи.
– Неправда, – возразил эльф. – Я говорил о Кри только однажды, потому что мне показалось, что те люди могли свести меня с ней.
Женщина чуть заметно кивнула, и Лелоринель получил новый удар в лицо.
– О Шиле Кри, – поправила она.
Лелоринель чуть-чуть наклонил голову, насколько позволял ошейник.
– Тогда говори прямо сейчас, зачем ищешь мою хозяйку? – спросила женщина. – Только выбирай слова.
– Мне указал на нее провидец, – признался эльф. – Он набросал мне рисунок.
При этих словах женщина взяла обрывок пергамента, на котором было изображение гравировки с Клыка Защитника, символа, теперь неразрывно связанного с пиратской шайкой.
– Мне нужен совсем другой человек, грозный враг, и он тоже будет разыскивать К… Шилу Кри, – объяснил Лелоринель. – Место и время мне неизвестны, но, по словам провидца, я смогу выполнить свою задачу и сразиться с этим бродячим воином только вместе с Шилой Кри, если, конечно, оружие, на котором начертаны эти знаки, действительно находится у нее.
– Грозный враг? – переспросила женщина. – Может, капитан Дюдермонт?
– Дзирт До'Урден, – прямо ответил эльф, решив, что скрывать правду нет смысла – тем более, что любое неосторожное или неверно понятое слово могло поставить под угрозу не только его дело, но и жизнь. – Темный эльф, друг человека, которому раньше принадлежало это оружие.
– Дроу? – недоверчиво переспросила женщина – похоже, она впервые слышала это имя.
– Именно. – И Лелоринель скорчил презрительную гримасу. – Герой северных земель. Жители Долины Ледяного Ветра, как и многие другие простаки, его просто обожают.
Ее лицо выразило некоторое любопытство, но по том снова стало равнодушным.
– И он ищет Шилу Кри? – спросила она.
Эльф хотел пожать плечами, но путы мешали.
– Мне известно только то, что сказал провидец, и ради того, чтобы исполнить предсказание, я проделал путь в несколько сотен миль. Я хочу убить этого темного эльфа.
– А какое отношение все это имеет к моей хозяйке? – спросила женщина.
– Да мне просто надо попасть к ней… то есть к ее дому, или крепости, или кораблю – уж не знаю, где она живет, – согласился Лелоринель. – От самой Шилы Кри мне ничего не нужно. Изменится что-нибудь или нет, это будет зависеть от нее. Думаю… – И он выразительно поглядел на веревки.
Женщина довольно долго разглядывала его, обдумывая странный рассказ, потом снова сделала какой-то знак стражникам.