Наследница поневоле (СИ)
— ТЫ! — я резко делаю шаг вперед и тычу в девушку указательным пальцем. Та, на секунду опешив, тут же пятится назад, к зеркалу. — Считаешь меня идиоткой? Думаешь я поверю в тот бред, который ты пытаешься рассказать? Запомни раз и навсегда, Ярослав любит меня. А я люблю его. А еще у нас растет прекрасный сын. — я простреливаю побледневшую девушку яростным взглядом и понижаю голос до ядовитого шипения. — И если ты сунешься к нашей семье хотя бы на миллиметр, — прищуриваю глаза, пока Света удивленно открывает и закрывает рот, вдавливая спину в холодное зеркало. — Я тебя просто на части порву. Сотру в порошок. Втопчу в грязь. Запомни это, милая.
Гордо поднимаю голову и смотрю на нее свысока.
— Я уже давно не та девочка, что ты задирала в школе. Я выросла и могу постоять за себя. А вот ты как была интеллектуально ущербной, так и осталась.
Самодовольно поправив платье, я быстро развернулась и, стуча острыми каблуками, пошла в зал.
Сердце билось как сумасшедшее, лицо горело от нахлынувшего адреналина. Но я гордилась собой. Все школьные годы я не могла дать ей отпор. Не могла противостоять, потому что с детства в себя не верила. Но не сейчас. Сейчас все иначе.
Гордо откинула назад волосы и взяла мужа под руку.
— Все в порядке? — он обернулся, нахмурив брови. — Выглядишь взбудораженной.
— Так оно и есть. — без тени улыбки, ответила я, внимательно вглядываясь в его обеспокоенное лицо.
— Что случилось?
— Я встретила Свету.
— Свету? — непонимающе переспросил Яр. Кажется, для него эта новость и правда была неожиданной. Но ни испуга, ни смятения, я на его лице не заметила. Пожалуй, он просто слегка удивлен, но не больше.
— Она пыталась заявить мне, что является любовницей моего мужа. — выжидающе смотрю на мужчину, пока его брови удивленно ползут вверх по лицу.
— Что? — думаю, он и сам не верит в то, что только услышал. Но переспрашивать он не стал. Потому что уже в следующий миг искренне и громко рассмеялся. — Господи, неужели она до сих пор еще не успокоилась!? Милая, — Ярослав быстро притянул меня к себе и заботливо поцеловал в висок. — Мы со Светой не виделись с того самого дня, как она застала наш поцелуй на кухне в поместье. Больше года прошло! Первые месяцы она обрывала мне телефон, пока я не заблокировал ее номер. Клянусь тебе нашим сыном, меня с этой девушкой уже давно ничего не связывает. — он обхватил мои плечи и очень серьезно взглянул в глаза. — Ты моя. А я твой. Никаких третьих женщин или мужчин между нами просто не может быть.
Подумать только, а ведь на секунду я действительно поверила Свете. И усомнилась в собственном муже. Да мало ли откуда у нее эти серьги! Может она и вовсе тайно отслеживает мои социальные сети, в которых я недавно опубликовала фото нового украшения. Откуда мне знать, на что способна эта мерзавка, и какие планы зреют в ее голове из-за ущемлённого самолюбия? Неужели она действительно рассчитывала рассорить меня с мужем своей глупой выходкой?
Но главное, что сейчас, смотря в глаза мужа, я верю ему. Всем сердцем и всей душой. Это самое важное. Он не способен меня предать. Так же, как и я его.
Я обвиваю шею мужчины руками и ласково трусь о него щекой.
— Конечно же я тебе верю, любимый. — улыбаюсь, а в голове делаю пометочку, выкинуть хлопковые штаны и в срочном порядке приобрести с десяток шелковых кружевных халатов. И пусть, я действительно уверена в своем муже, но в моих силах сделать так, чтобы он и дальше любовался только своей женой. Разожжённый однажды огонь все же стоит поддерживать. — Но едем домой, я устала от шума и людей. — нежно целую мужа в губы, сквозь улыбку. Ластясь к нему, и шепча на ухо: — Мне есть чем тебя удивить сегодняшним вечером. — играю взглядом, пока Ярослав взбудоражено рычит и легонько прикусывает мою губу.
За окном ливень, а серые городские пейзажи будто созданы для того, чтобы наводить тоску в душе. Но только не на меня. И только не сегодня. Положив ладонь на руку мужа, я любуюсь как уверенно он ведет машину. Аккуратно, четко выверенными движениями, будто везет самый ценный на свете груз. Капли дождя мелодично стучат по крыше авто, и, созвучно моему ритму сердца, отбивают спокойный такт.
— Я так люблю тебя. — расслабленно откинув голову на спинку сиденья, произношу я. Еле слышно, почти шепотом. Но так, чтоб мужчина услышал.
Он на секунду отрывается от мокрой дороги только для того, чтобы одарить меня влюбленной улыбкой.
— И я люблю тебя.
Это было последнее, что я услышала, перед тем как невыносимо громко заскрипели тормоза. Я взвизгнула, испугавшись, и со всей силы зажмурила глаза. Еще мгновение я ощущала тепло его руки под своей ладонью, а потом все прекратилось. Так же резко, как и началось.
В ушах грохотало сердце, а звук тяжелого дыхания бил по мозгам.
Моих щек коснулись холодные пальцы.
— Ты как? Открой глаза.
Сделав глубокий вдох, открываю.
— Все хорошо. — произношу онемевшими от шока губами.
Мы только что чуть не попали в аварию.
После того как на светском мероприятии объявилась фиктивная любовница мужа.
А дома нас ждет наш малыш.
История слишком сильно напоминают трагедию, которая произошла ровно двадцать лет назад. С моими родителями.
Но мы выжили.
Я судорожно вглядываюсь в темноту ночи за стеклом автомобиля, и руки буквально холодеют, а по спине бежит озноб.
Ярослав смог остановить машину в нескольких сантиметрах от ограждения. А сразу за ограждением красуется обрыв пропасти, в глубине которого шумит река с ледяным течением.
— Все хорошо. — Ярослав, сжимает мою ладонь. Успокаивает. А я не могу прийти в себя от нахлынувшего испуга.
Все это похоже на мистику. Слишком много совпадений с историей, которая уже происходила несколько лет назад.
Но ведь я говорила, что у нас все иначе. Мы любим друг друга. Мы верны друг другу. И мы заслужили наше «долго и счастливо», словно в сказке.
Так оно и будет.
— Поедем отсюда. Я в порядке. — шепчу я мужу, и тот тут же заводит авто, как можно дальше отъезжая от опасного обрыва.
Возвращались домой мы в полном молчании, но крепко взявшись за руки.
***— Вот видишь, все хорошо. Не о чем было переживать. — Ярослав обнимает меня сзади, и я на миг удовлетворенно прикрываю глаза.
— Мы могли никогда его больше не увидеть. Мы могли погибнуть сегодня. — шепчу я, чтобы не разбудить мирно сопящего в кроватке сына. Но тут же прикусываю язык, потому что мои слова прозвучали как обвинение. Но в том, что случилось виноват уж точно не Ярослав. Он водит очень аккуратно, а подобное, да еще и в такую погоду могло случиться с каждым водителем. Как и с моим отцом…
— Спасибо, что ты так собран за рулем и смог избежать этого. — поправляюсь я, и оборачиваюсь к мужчине. — Идем на кухню, я делаю нам сладкий чай.
— А что это вы так рано? — дедуля, вошедший на кухню, явно не ожидал нас тут застать, и теперь пытался скрыть свое смущение от того, что помешал молодым.
— Дедушка, проходи. — я встаю и заботливо выдвигаю старику стул. — Вроде не рано, полночь за окном уже. Это ты чего так поздно не спишь? — улыбаюсь, и хитро прищуриваюсь.
Но ответа не дожидаюсь, потому что на кухню входит Раиса Альбертовна.
— А почему вы так рано? — искреннее улыбается женщина.
— Опять двадцать пять. — смеемся мы с Ярославом. Но я шикаю на мужа, чтобы не смущать и без того растерянных старших. Прекрасно их понимаю — у влюбленных время несется со скоростью света.
— Как прошел вечер? — спросила Раиса Альбертовна, делая себе и дедушке чай, и присаживаясь рядом с ним за столом. Наблюдать за их проникновенными взглядами друг на друга иногда и правда смешно. Но мы держим себя в руках. Все-таки люди старой закалки очень отличаются от современного поколения. Их можно понять — встретить любовь в таком возрасте… Любой бы растерялся…
— Вечер прошел хорошо. Мы прекрасно повеселились. — поспешила ответить я, взглядом показывая Ярославу, чтобы и не думал сознаваться в происшествии с машиной. Мало старики еще волнений пережили.