Печать бездны (СИ)

Мы оценивающе прикинули расстояние до пятачка, метров десять не меньше. Сплошная лава, бурлящая, раскалённая, с лопающимися пузырьками газов на поверхности.
— Тварь! — не сдержался Рэкс. — Поманил девчонку конфеткой, чтоб она самоубилась, а у самого ручки чистенькие! Рррр….
— Да я уже догадалась, Рэксик, что рано обрадовалась. — Лиза грустно окидывала взглядом своё пристанище. — Лава — стихия земли. С этой стихией дружна только бабуля, но она могла и не выжить, а даже если и выжила, попасть сюда и вытащить меня не сможет. Это же какой-то пространственно-временной карман. Сюда вообще, видимо, никто не должен был попасть, чтоб я с честью самоубилась.
Ведьма горестно вздохнула.
— Но внезапно вклинились мы с Рэксом, — продолжил размышлять я, — и смогли через слабенькую неокрепшую нить партнерства тебя отыскать. Это явно не входило в планы неизвестного. Значит, нужно что-то придумать, чтобы и условие выполнить, и вытянуть тебя оттуда. Времени у нас достаточно, главное коллективно не убиться в процессе.
***
Аннэ
Осенний вечер вступал в свои права, сумерки сгущались, окутывая уютным покрывалом старый лес. Раскидистые дубы тихо шелестели золотыми листьями. Откуда-то издали ветер донёс запах костров. Возможно, где-то горели поля после уборки урожая, или местные жители убирали свои участки и жгли листву.
Я сидела в кресле- качалке на маленькой террасе у дома и любовалась последними лучами заходящего солнца. Знобило, не спасал даже тёплый плед. Отвратительное ощущение, которое никак не вязалось с физиологическим состоянием. Болезни обходят стороной проводников за Грань. А значит, скоро свершится. Мама называла это состояние «асфагари» — предупреждение от мира о скорых напастях, влекущих обилие смертей. Моры и эпидемии, войны и природные катаклизмы, чем обильнее предполагался урожай смертей, тем хуже проявлялось асфагари. Перед началом вторжения Германии в СССР всех оставшихся на Земле некромагов уложило с лихорадкой на четыре дня по числу кровавых лет войны. Такого количества смертей не было на этой планете ни до, ни после. Уводить за грань приходилось сотнями и тысячами. Когда счёт пошёл на миллионы, ужаснулись даже мы. Сейчас состояние подсказывало, как минимум, локальный военный конфликт, как максимум, катастрофу природного характера с жертвами до полумиллиона человек. Отстранённо вспоминала последние мировые новости, перебирая места возможной работы. Революция? Голод в Африке? Цунами в Индийско-Тихоокеанском регионе? Похоже отпуск придётся прервать, ибо такие события мы договорились отрабатывать совместно.
Если бы не нынешнее состояние, я бы заметила его раньше. Но увы.
Из сгустившихся сумерек выделилась тёмная мужская фигура. Тьма его кожи могла соперничать с мраком подземных пещер, ни разу не видевших солнца. Белые глаза без зрачков равнодушно взирали на окружающую обстановку, выхватывая отдельные детали. Кривая улыбка обнажила небольшие выступающие алые клыки.
— А ты неплохо тут устроилась, я смотрю. Миленько. Деревенский стиль и всё такое. Не в моём вкусе, бедновато, но для тебя — в самый раз. — Незваный гость махнул рукой, и, повинуясь его движению, из земли сформировался изысканный каменный трон, инкрустированный драгоценными камнями. Существо с удобством на нём расположилось. Обнажённым.
— И что понадобилось Воплощению стихии земли в моей скромной обители? Ты не вспоминал обо мне сколько? Пять-шесть тысяч лет? — Я равнодушно взирала на бывшего любовника, который внезапно пропал несколько тысяч лет назад и вот решил порадовать меня свои визитом. — Прикрылся бы хоть ради приличий.
— Кому нужны эти приличия? Ты же знаешь, я не терплю лишних прикосновений, а тебя вряд ли еще чем-нибудь смогу удивить. — Гость нарочито медленно и разнузданно чуть раздвинул колени, а затем положил ногу на ногу, копируя сцену из «Основного инстинкта».
— Шарон Стоун из тебя, конечно, так себе, — остудила на корню все его попытки самолюбования. — Зачем пришёл, Гебион? Не поверю, что просто заскочил на огонёк.
 
Я плотнее укуталась в плед, стараясь скрыть от Геба своё состояние. Но не тут-то было. Мгновение, и он исчез, растворившись в сумерках. Лишь крепкие мужские объятия, пахнущие листвой и кострами, обволакивали и расслабляли, наполняя измученное тело мягким, подчиняющим теплом.
— Расслабься, крошка Аннэ, или тебе будет приятней, если я буду звать тебя как раньше, Анубис? — Геб практически мурлыкал мне на ухо, тёплое дыхание в шею порождало давно забытые воспоминания. Как было весело экспериментировать с людьми, покровительствовать целым цивилизациям, не таясь использовать магию. Азарт бурлил в крови, а вместе с ним бушевали и чувства, резкие, горячие как пески Египта, опаляющие, как пустынное солнце. Я была молода, и так легко поддалась на игру Гебиона, давнего друга семьи. Его стараниями мне однажды пришлось повзрослеть.
— Не стоит, Гебион. Или лучше называть тебя «дедушка Геб»? — я дёрнула плечом, пытаясь сбросить его руки, но не преуспела в этом.
— Ну не ершись, «внучок Анубис», я же чувствую, тебе плохо. Асфагари, и не рядовое. Позволь забрать часть себе, как раньше…
Его руки блуждали по моему телу. Пока пальцы одной были заняты, массируя мне шею и затылок, другая — предательски скользнула под плед, в вырез лёгкой рубашки, и продвинулась, едва касаясь кожи, к затвердевшему от прохладного воздуха соску. Наваждение какое-то… Столько лет прошло, а тело всё также плавится от его прикосновений. Чуть повернула голову навстречу поцелую и лишь за мгновение до него прочеканила в губы:
— Что. Тебе. От меня. Нужно. — Ни единый мускул в теле не подался ему навстречу. Хотя соблазн был велик. Видят боги, очень велик.
— Фу! Нарушила всё очарование момента! — несколько обиженно проворчал Гебион. — А так красиво всё могло получиться, — мечтательно промурлыкал. — Ещё не поздно, Аннэ. Ну же, поддайся искушению, послушайся своего тела. Тебе будет очень хорошо.
— Мне уже было хорошо. Спасибо, урок усвоила. — Я запахнула плед, убрав его руки с тела. Прохлада вернулась вместе с ознобом. Устало подогнула ноги в коленях и обняла их, пытаясь согреться. — Зачем пришёл?
Гебион снова вернулся на трон и даже создал некое подобие иссиня-чёрного атласного халата на теле.
— Мне нужна услуга.
— С этого и стоило начинать, — устало ответила, прикрывая глаза. Так легче думалось. — Кого нужно провести?
— Девчонка, ведьма из Черноземья, спасла бабушку Верховную ведьму от ритуала прорыва тварей Бездны. Сама сгорела, но душа затерялась здесь. Хочу вознаградить и из пустоцветной ветви переродить в чистой линии крови, с возможностью наследования стихийного дара.
Я размышляла. Выглядело всё достаточно благопристойно. Геб сейчас покровительствовал Черноземным в связи с наличием у них Верховной с даром земли. Как только ведьма умрёт, источник закапсулируется и Гебион снова будет свободен от обязательств по присмотру за этим Осколком. Он очень не любил работать, и зная его характер, не удивилась бы, что несчастный случай ведьме мог быть подстроен его руками. Но не прорыв тварей Бездны. Это табу. Это то, от чего мы все оказались в связке с Землёй. Если ведьма, действительно, помешала прорвать печать Бездны, то она вполне логично заслуживает награды даже от такого ленивого и замшелого эгоиста как Гебион.
— Искать на Земле или в Черноземье? — уточнила для понимания.
— Я дам прямые координаты её местонахождения. Упрямая, зацепилась в пространственном кармане — копии места гибели. — На колени упала друза аметиста, толщиной не больше иглы. — Разломаешь и перенесешься к ней.
Мне показалось, что Гебион чересчур суетился. С другой стороны, цель визита обозначена, а доступ к телу не получен. Его больше ничего здесь не держало.
— Так ты согласна помочь? — допытывался мой бывший любовник и один из первородных богов древнего Египта.
— Я согласна выполнить свою работу. Цену услуги назову после.
Последнюю фразу услышал лишь вечерний лес. Гебион уже растворился во мраке.