Гидра-2. Криминальные истории 60-х

Но парень молчал, продолжая смотреть неподвижным взглядом.
В комнату заглянула Замятина. В это время глаза парня закрылись. Пономарев взял его за руку, она была теплая. Пульс был очень слабый и неровный.
— Срочно вызывай «скорую», — сказал он милиционеру, который тоже вошел в комнату. Ванюшин вышел в коридор, и было слышно, как он набирал номер телефона.
Пономарев обратил внимание, что на столе стояли две пустые водочные бутылки, три тарелки с остатками пищи, три стакана, лежали три вилки.
В это время женщина молча махнула рукой, подзывая Пономарева. Тот вышел к ней в коридор.
— Рядом с Валеркой на полу лежал еще один, — сказала она.
— Может, лежал тот, который сидит на диване? — высказал предположение Пономарев.
— Нет, не он. Тот был другой. Светловолосый и одет совсем не так. — Женщина молча смотрела на Пономарева.
— А вы видели того, который сидит на диване?
— Нет. Я туда не смотрела. Как увидела мертвого Валерку и этого, второго рядом с ним, сразу закрыла дверь.
«Не хватало, чтобы еще покойники бегали, — подумал Пономарев. — Куда он мог деться?»
Вместе с Замятиной и Ванюшиным проверили кухню, ванную комнату, туалет, комнату Замятиной. Никого нигде не было.
Рядом с дверью комнаты Замятиной находилась еще одна дверь. Она оказалась запертой.
— В этой комнате живет Кузьма Савельевич, — сказала Замятина и постучала.
Никто не ответил.
— Может быть, его нет дома? — предположил Пономарев.
Замятина сунула руку за занавеску, висящую слева от двери, и достала ключ, открыла им замок, распахнула дверь. Комната была пуста.
— Когда вы его видели в последний раз? — спросил Пономарев.
— Вчера днем он был дома, ходил по квартире. Но мы с ним почти не общаемся, — ответила Замятина.
Пономарев попросил ее пригласить кого-нибудь из соседней квартиры и, когда пришел мужчина, начал составлять протокол осмотра места происшествия.
В это время приехала «скорая помощь». Врачи осмотрели парней. У лежавшего на полу констатировали смерть, а сидевшего на диване увезли в больницу. После чего труп Курицына отправили в морг.
Окончив составление протокола осмотра места происшествия, Пономарев допросил Замятину. Она не сказала ничего нового. Затем Пономарев запер дверь на замок, опечатал комнату Курицына и вышел из квартиры.
На улице шел дождь. Стояла слякотная осенняя погода. «Все не так. И погода — дрянь, и по делу ничего не понятно. Единственное, что как-то утешает: не очень жаль потерянного выходного. В такую погоду все равно пришлось бы сидеть дома», — подумал Пономарев и поехал в морг.
Там врач-патологоанатом сказал, что череп у Курицына имеет множественные переломы. По-видимому, было нанесено несколько очень сильных ударов твердым тупым предметом. Кожа не повреждена. На голове нет ран. По-видимому, предмет был гладкий и овальной формы. Врач обещал на следующий день подготовить акт судебно-медицинского исследования трупа.
Из морга Пономарев поехал в больницу. Дождь на улице кончился, но было очень холодно. По небу ползли сплошные свинцовосерые тучи. Пономарев продрог, пока добирался до больницы. На него повеяло приятным теплом, когда он зашел в здание. Пахло лекарствами и щами. Было время обеда. Столовая находилась на первом этаже недалеко от входа. Там обедали больные.
В хирургическом отделении Пономарев встретился с доктором. Тот сказал, что состояние больного Кузьмина тяжелое. У него перелом верхней части височно-лобовой кости черепа. Травмирован мозг. Больной без сознания.
— А что с ним произошло? — спросил доктор.
— Пока неизвестно. Он сегодня утром обнаружен в комнате у некоего Курицына. Курицын мертв. — Доктор молча смотрел на Пономарева. — Как и чем мог быть нанесен удар или травма получена при падении? — спросил Пономарев.
— Падение исключается. Травма получена в результате сильного удара по голове тупым твердым предметом, наверное, овальной формы. Вмятина на черепе круглая. Кожа не повреждена.
— Когда с ним можно будет поговорить? — спросил Пономарев. Доктор помолчал.
 
— Не знаю. Звоните.
И снова Пономарев на улице. Неожиданно из-за туч выглянуло яркое солнце. Его лучи осветили мокрые стены домов, пожелтевшую листву деревьев, засверкали в многочисленных лужах и стеклах окон. Но Пономарев не замечал этого.
«Теперь можно с уверенностью сказать, что их было трое. И третий — преступник. Он нанес удары Курицыну и Кузьмину. Одним и тем же овальным предметом. Кто он? Где он? Какие мотивы преступления? Из квартиры ничего не похищено. Пьяная драка? Возможно. Случайное знакомство? Тоже не исключено. Чем он наносил удары? В комнате такого предмета не обнаружено. Значит, унес. А может быть, и принес? Если принес с собой, значит, готовился к преступлению. Следовательно, был знаком с Курицыным или Кузьминым. Если был знаком, принес с собой орудие преступления, то причина убийства, наверное, в неприязненных отношениях. Неприязненные отношения возникают у людей, хорошо знакомых.
Но почему убил в квартире, в присутствии третьего? Может быть, хотел убить обоих? Почему остался ночевать? Возможно, убил угром? Но труп уже остыл. Одни вопросы. Если они были хорошо знакомы, значит, часто встречались и договаривались о встречах, в записной книжке должен быть его телефон. Надо внимательно ее изучить».
Три дня ушло у Пономарева на проверку в паспортных столах ДЭЗов мужчин, телефоны которых и адреса были обнаружены в записной книжке Курицына. Только двое из них были молодыми. Оба работали. К одному из них, Тюрину, Пономарев поехал на работу и встретил у проходной. Это был высокий, спортивного вида черноволосый парень. Он сказал, что знал Курицына, когда тот работал у них на заводе. Но после того, как он уволился, Тюрин его больше не встречал.
— А что случилось? — спросил Тюрин.
— Убили его, — ответил Пономарев.
Тюрин помолчал.
— А известно, кто убил? — спросил он.
— Пока нет. Вы не знаете, с кем он водился?
— Нет. Он недолго у нас работал. Ничего не могу сказать.
На этом они расстались.
Со вторым, Роговым, Пономарев встретился тоже на работе. Оказалось, что Рогов и Курицын работали на одном предприятии — в типографии и даже в одном наборном цехе.
Рогов оказался невысокого роста, худеньким, похожим на подростка парнем со светлыми, слегка кудрявыми волосами. Увидев Пономарева, он как-то весь насторожился. По-видимому, он каким-то пятым чувством понял, что тот — из милиции. Пономареву тоже сразу показалось, что Рогов, именно тот человек, который имеет отношение к убийству Курицына.
Они сидели в маленьком кабинете мастера, больше похожем на кабину, расположенном посредине цеха. В цехе стоял негромкий шум — работали наборные машины. Рогов сидел на стуле, опустив голову, подняв плечи и засунув руки между колен.
— Расскажите, где вы были в ночь с 25-го на 26 октября?
Рогов словно не слышал вопроса, продолжал сидеть в прежней позе и некоторое время молчал.
— Наверное, дома. Я не помню, — ответил он совершенно спокойным голосом.
Пономарев не ожидал этого и несколько растерялся.
— Постарайтесь вспомнить. Это очень важно, — сказал Пономарев.
Рогов помолчал.
— Я действительно не помню, — ответил он и посмотрел на Пономарева.
В его глазах тот увидел светлую спокойную решимость. «Он ничего не скажет, — мелькнула мысль. — Ничего».
— Расскажите о ваших отношениях с Курицыным.
Рогов вздохнул. Этот нервный вздох убедил Пономарева, что Рогов причастен к преступлению.
— Отношения обычные. Работали в одном цехе. Здравствуй, прощай. И все.
«Надо вызвать его в отдел и там разговаривать, — подумал Пономарев. — Взять отпечатки пальцев, сравнить с теми, которые обнаружены на посуде. Может быть, это что-то даст».
— Не получается у нас разговора, — сказал Пономарев. — Пойдем в отдел, там поговорим.
Рогов бросил быстрый взгляд на следователя, затем опустил голову.
Пономарев сказал мастеру, что для уточнения некоторых обстоятельств Рогов отлучится с работы. Мастер пожал плечами.