Тайна архангела (СИ)

Внезапно девушка дернулась и выпучила глаза на дверь.
— Зачем так пугать?! Я думала, ты еще на работе! — вскрикнула она нервно.
— Сделай потише, ты ничего уже не слышишь! — громко проговорила мама, высокая молодо выглядящая женщина, стоящая в дверях. — Тебе звонят!.. — в руке у нее была зажата трубка радиотелефона.
Марина, позабыв про тапочки, босиком добежала до приемника и прикрутила звук до нуля.
— Алло? — произнесла она, прижимая телефон к уху.
— Тебе слон на голову свалится, ты и то не услышишь! — ворвался возмущенный голос.
— Мне уже свалился! Прямо на ухо!.. Ты что, давно звонишь?..
— Третий раз!
— Прости, я не слышала, — виновато отозвалась Марина.
— Неудивительно! — выпалила Аня горячо. — У меня тут шабаш, а ты сидишь, даже не шелохнешься от своей макулатуры!
Мара не стала спрашивать, откуда Аня узнала про учебник. Видимо, она слишком хорошо знала Марину, чтобы интересоваться еще и реальными фактами.
— Да тут готовилась… — Марина покрутила пирсинг в ухе будто настраивая мозг на нужный ныне лад. — Что случилось?
— Случилось то, что один козел, как там его родители назвали матерным словом, второй день играет на моих нервах и на моих перепонках!
— Сосед, что ли?
— Собственной персоной! Вчера полночи зажигал на полную громкость какую-то третьесортную попсу, жеребец поганый!.. И бабы к нему шатались до трех, дверьми громыхали на весь подъезд и горло драли, как ишачки!.. Что ты прешься? — Аня блестящими глазами уставилась вперед себя.
— Просто зоопарк какой-то у тебя, — ответила Марина, светя зубами. — Кони, ишаки… Спроси, им пару свиней не нужно?..
— Нужно!.. Одна свинья с проколотым пупком — жеребцу с доставкой на дом! — отрапортовала Аня со злым вкусом. Не дожидаясь, пока Марина ее пошлет, она продолжала: — И сегодня этот гад долбит свою волынку уже третий час! Я рехнуться готова!..
— Опять на полную громкость, что ль? — Мара, видимо, забила на доставку, не припоминая, чтобы хотя одна из свиней, которую она видела, имела бы пупок. — Я думала, сегодня рабочий день…
— Я тоже так думала! — огрызнулась Аня. — По ходу, он ничего не делает, только пьет целыми днями!
— Может у него отпуск?..
— Конюшня у него! И загон навозный!.. Из-за него предки сегодня встали невыспавшиеся, отец злой на работу пошел… Я целый день в институте засыпала, сейчас над рефератом чахну, думаю, как бы не срубиться. Завтра последний срок!..
— Во чувырло… Бедная, — посочувствовала Марина. — Вы ему патруль пробовали ночью вызывать?..
— Пробовали! Дождешься от них!.. Тащились к нам час, а потом, когда подошли к двери, он выключил все, и они уехали! Отец полчаса ему в дверь долбил и матерился — ноль внимания!.. Прикинь, даже бабы начинали заходить в квартиру, только когда папа уже закрывал дверь к себе в комнату!
— Закон подлости, — хмыкнула Мара. — Интересно, что…
— Блин, козлина тупая!.. — Марину оборвали бодрые звуки марша и ругань подруги. — Я его убью сейчас, честное слово! Сволочь! Чтоб тебя разорвало, придурок! Чтобы тебя черти забрали и поджарили твою задницу на сковороде!.. — услышала Мара мимо трубки. — Слушай, мое терпение лопнуло! Сейчас пойду и надену ему эти его колонки…
Марина не смогла понять, что там Аня собирается делать, и не расслышала за грохотом когда. Внезапно ее уши уловили тишину.
— Мара… — услышала она шепот.
— Чего? Заткнулся, что ли? — наморщила лоб Марина.
— Ага… Это чудо… — почти с благоговением произнесла Анюта. — Пойду… посплю часок… и за реферат…
— Удачи, — усмехнулась Марина. — То есть, успей выспаться, — пожелала она.
— Вечером созвонимся…
— Обязательно. Пока, не проворонь летающие сны.
Аня попрощалась. Марина отключила трубку и задумчиво поправила на шее замочек от цепочки…
* * *
Рабочая неделя пришла к выходным подлинно и невероятно. Суббота!.. Жаль, что только с двумя буквами «бэ»!.. День отдыха души и испытания тела. Девушки не страдали лишними предрассудками и потому не считали, что стоит отказывать себе в релаксе.
 
Марина взглянула в зеркало и еще раз аккуратно, но не очень, потрогала слой лака на ногтях. Высох. Можно выметаться.
— Принимай товар, — Марина протянула Ане через порог темный пакет, трынкающий стеклом.
— Холодное? — Аня заглянула вовнутрь.
— Нет, у них холодильник, по-моему, гукнулся, — ответила Марина. — Поставь в морозилку, пожалуйста.
— Ага. Ты проходи пока, — Анины глаза легли на комнатную дверь. Сама она пошла в кухню.
Марина стоя разулась и прошла в родительскую спальню.
— Как твой красавец?.. Вау, — остановилась она, обнаружив шедевр творения — домашний кинотеатр, новую семейную гордость. И вновь родители покинули на выходные квартиру, оставив технику на разграбление жадным глазам детей.
— Нравится? Наконец-то купили, — Аня вошла в комнату, обтирая пивные бокалы полотенцем.
— Я про соседа твоего. А этот, конечно, нравится, — одобрила Марина, оглядывая экран.
— А, ты про этого шпыня, — лоб Ани покривился. Она поставила посуду на стол и полезла в кучу DVD. — Сейчас охладится, принесу, — пояснила Аня. — Три дня полного затишья. Уехал, наверное, куда-нибудь…
— Туда ему и дорога, — ответила Марина.
— Точно. Триллер. Вчера купили, — Анюта продемонстрировала коробочку с новым фильмом и загнала его в проигрыватель. — Его, кстати, Денис, по-моему, зовут, — сказала она.
— Откуда ты узнала?..
— Да в понедельник какая-то швабра противным голосом вопила на лестнице: Денис, ты где?!.. — Аня сделала самую тупую рожу, на какую была способна. — Весь дом слышал в два часа ночи!..
— Говоришь, к нему много девок шатается?..
— Больше, чем представить можно, одновременно! — Аня ткнула на «Play». — Ясный швах, с такой тачкой и такой рожей!.. Черт, и пусть мне хоть одна облезлая метелка после этого скажет, что мужики — уроды! А сами-то хороши, твою …, продаваться ни за что.
— Согласна, — кивнула Марина.
— И так было, есть и будет, и пока об них ноги не вытрут и не бросят, они про свои принципы не вспомнят, хорошие клавки, блин, — Аня стянула спортивную кофту, оставаясь в одном топике, и приземлилась рядом с подругой.
— Испорченный мир. Мир уродов и денег. И тачек со смазливыми рожами внутри, — отозвалась Марина без сожаления. — Увы и ах.
— Аминь. Был бы он потише, тогда бы я вообще была счастлива этой жизнью, — бормотнула Анна.
* * *
Марина была права: раньше Аня не курила. И даже не пила, по ее собственному признанию. В этот день это откровение было самым малозначительным. Они расстались, скрестив ладони, только вечером у подъезда Марины.
…В ушах Мары еще звучали те жгучие слова, которые сказала тогда уже ее друг, сделавший для нее за два дня более, чем кто-то из друзей за всю жизнь.
— Я занималась гимнастикой с пяти лет. Грезила этим. Была уверена, что стану великой спортсменкой. Олимпийские игры смотрела, представляла себя там. Думала, что смогу так же. Мне было тринадцать, когда — это было лето — мне поставили ухудшение зрения на два градуса или балла, как их там? Я тогда не врубилась, что это будет значить. Потом стало хуже. И мне заявили: либо спорт, либо зрение. Я была готова ослепнуть, если бы ко всему еще и не обнаружилось, что у меня непереносимость к линзам. Не дура же я: нацепила очки, плотные, спортивные, на резинку, ну и пошла… Да потом только все выяснилось: тренер меня просек. И закончилась моя карьера… Навсегда…
— Пока, Мариш, — сказала Аня. — До завтра.
— Пока. Спасибо тебе… За реанимацию. И за пиво тоже.
— И тебе. За парней и за «шлюху» тоже… Теперь мне легче смотреть на мир.
— Не сомневаюсь, — опустила голову Марина. — Завтра увидимся.
— Увидимся. И знаешь что?.. Садись-ка ты со мной за одну парту. Мне надоели идиоты вокруг меня.