Зов крови (СИ)

А сейчас, пожалуй, стоило проветриться и пробежаться по лесу, загоняя неосуществимые фантазии в самые темные уголки моей души.
Александра Маккой
Солнечный свет проникал сквозь тонкие кружевные занавески и больно резал глаза. Всё было слишком: свет, запахи, ощущения.
На грани.
Я тихонько застонала, изумленно моргнула и попыталась закрыть глаза.
Нейтон поднял меня на руки и отнёс на кровать.
— Можно задёрнуть шторы? Слишком ярко.
Запах Нейта изменился, став чётче.
— Через несколько дней твои глаза и все органы чувств приспособятся. В человеческой ипостаси ты будешь видеть и слышать лучше, чем человек, но не будет такого сильного контраста, как сейчас. Это последствия оборота. Поэтому важно было вернуться назад как можно быстрее. Поэтому я так настаивал.
Я лежала, прислушиваясь к себе, одновременно следя за всеми передвижениями Нейтона. Он деловито собирал в корзину грязное постельное белье, обрывки простыней и еще кучу всякой ветоши, лежащей в углу комнаты.
Ни он, ни я не спешили разговаривать. Он, скорее всего, давал мне время, а я… не знаю… первое, что приходило в голову, — это стыд. О пустые небеса, что я творила, что говорила и что предлагала! Зарывшись лицом в подушку, вдохнула все ароматы своей трансформации: секс, пот и кровь…
Я густо покраснела. — А можно… воспользоваться ванной?
Нейтон коротко кивнул:
— Да, конечно. Думаю, следует сменить комнату. В этой надо убраться. Я распоряжусь, чтобы нам подготовили новую.
«Нам. Одну на двоих»
Нейт помог мне дойти, не беря во внимание мои протесты.
Оставшись одна, принялась приводить себя в порядок. Ноги дрожали, приходилось всё время останавливаться, облокачиваясь на раковину. Но, несмотря на это, помня, как рвала зубами сырое мясо, практически захлёбываясь в тёплой крови, заставила себя тщательно прополоскать рот и почистить зубы. После залезла в ванную и так же основательно вымыла все тело и волосы. Запахло хвоей и мёрзлой рябиной. Так на самом деле это был не «его» чистый запах? Всего лишь гель и шампунь. Теперь-то я отчётливо могла различить, как именно он пахнет: мускус, кедр, сандал и немного мяты…
Осознав, что принюхиваюсь, вспоминая его аромат, фыркнула и улыбнулась.
Завернувшись в полотенце, вышла.
— Нейт? — позвала его. Он стоял у окна, задумчиво водя пальцем по стакану с водой.
— Вот, попей, тебя наверняка мучает жажда.
Я залпом выпила воду, и тут же мы оба услышали голодное урчание в моем животе.
— В столовой уже накрыли обед: мясное рагу, печень в грушевом сиропе, бекон, пончики с сыром и яйцами, свежий хлеб, овощи…
— О-о, — рот наполнился слюной, — сжалься надо мной. Чего мы тут еще торчим? Побежали обедать!
Он хмыкнул.
— Сперва, сладкая, я тоже приму ванну.
Я сглотнула, неосознанно шагнув к нему, пробегая взглядом по его губам, опускаясь по вырезу рубашки к торсу, мимолетно отмечая танец пылинок между нами, сорвавшихся в пляс от движения воздуха.
— А это позже, — он отшатнулся, обошел стол и кресло, будто убегая. Давая понять, что знает, о чем были мои мысли. — Потому что я больше не смогу сдерживаться, Алекс, — признался Нейтон. — Оденься, пока я буду мыться, идет?
Мне ничего не оставалось, как покорно кивнуть.
Пока Нейтон принимал ванну, я неспешно одевалась, всё время замирая с одеждой в руках, то и дело вспоминая своё прошлое, свою так называемую «болезнь». Пыталась проанализировать взаимоотношения с отцом и Киллианом. По-новому оценила свои «приступы» и голос «моего второго Я». Теперь я понимала — это была моя кошка! Бедная, измученная, всё время сражающаяся за жизнь, цепляющаяся когтями за свою суть и своё место… сражающаяся за меня… за нас.
«Прости меня! Прости!»
Внутри заворочался зверь, тихо вздыхая вместе со мной. Не споря, без язвительных замечаний, просто принимая мои извинения.
Вдохнула полной грудью, понимая, что впереди ждет ещё немало испытаний, выяснений отношений и поиска правды.
Всё же мир стал совершенно другим, полным ярких красок, тепла и запахов. Подняла руки, вновь разгоняя пылинки, кружившиеся на свету. Невероятно! Всю жизнь я чувствовала себя больной, неполноценной, а теперь наконец-то прозрела, излечилась и увидела всё в новых красках. Благодаря Нейтону…
 
— Да, твоя жизнь больше не будет прежней, — прокомментировал Нейт мои пассы руками.
— Очень на это надеюсь! — поднялась с кровати, остановившись перед ним, толкнула его в грудь.
От неожиданности он покачнулся.
— Как думаешь, насколько я сильна? — спросила, не сдержав улыбку.
— А зачем тебе знать?
— Да так…
«Если будешь долго бегать от меня, скручу в бараний рог и привяжу к кровати»
Оу, собственные мысли и мысли кошки теперь ощущались единым целым. Да, я по-прежнему различала, где её желания, а где мои. Но теперь это было не так остро раздельно.
Скользнув руками по его плечам, наклонилась, вдыхая замечательный мускусный запах. — Я наконец знаю, чего хочу, и больше не боюсь в этом признаться.
— Алекс, — пророкотал Нейт, словно предупреждая, но, не удержавшись, обхватил рукой мою ягодицу, легонько сжимая.
Прижалась к его губам, лизнула верхнюю и легонько прикусила нижнюю. — Кто сказал, что нужно вообще выходить из этой комнаты… вылезать из кровати? Кто сказал, что тебе надо сдерживаться?
Теперь его глаза горели от страсти.
— Нейтон Уотерфорд, ты мой, — я победно улыбнулась, заметив перемену.
Поднялась на носочки, чтобы углубить поцелуй, но Нейтон попытался увернуться. И кто тут из нас упрямый?
— Ты мой дар небес и сущее наказание одновременно, — мрачно пожаловался он. — Если мы попадем в кровать, то умрем от голода, правда. Ты ведь голодна?
— М-м-м. Да, очень, — поцеловала и вновь лизнула его губы.
Нейтон еле-еле сдерживался, а я плавилась от восторга, чувствуя запах нашего возбуждения и получая острое удовольствие от этой сладкой муки.
— Пустые небеса, Алекс!
— Кто из нас тут девственница, Нейт? Ведешь себя как застенчивая невеста в брачную ночь, — понизила голос до доверчивого шепота: — А правду говорят, что оборотницам в первый раз практически не больно или не больно совсем? Что все моментально излечивается? Если это так, подумай обо всем, что сможешь со мной делать!
Его глаза потемнели.
«Пора добить его, малышка»
— Чувствую себя так, будто могу сделать с тобой все самое неприличное и прямо сейчас.
Нейтон сжал руками мою попку, притягивая к себе, давая прочувствовать, что скрывает его полотенце.
«Наконец-то сдался»
Наш поцелуй был горячим, полным ярости и сдерживаемого голода. И таким правильным. Я прижималась к нему всем телом, мечтая о большем.
Подхватив меня под попу, Нейтон направился к кровати.
«Хорошо, что я толком не успела одеться»
Он уложил меня на спину, рывком снимая несчастные панталончики, лишь на миг прервав поцелуй. Его полотенце упало где-то на середине пути.
Я зарылась руками в его волосы, сжимая шелковистые пряди, и застонала, запрокинув голову.
— О да-а…
Нейтон прижался губами к ее шее, спустился ниже, царапая зубами изгиб груди.
— Раз ты пообещала мне все самое неприличное и я могу сделать с тобой всё, что хочу… первым делом я накажу тебя за девственника и застенчивую невесту.
Рассмеялась. Хрипло. Порочно.
Он ласкал мои соски языком и терся набухшей головкой о вход в лоно.
Я стонала, царапая его плечи, гладя его волосы. Нас охватывали безумие, жажда, потребность насытиться. Ноющая пустота между бедер едва не лишала самообладания.
— Тише.
— Не в этот раз, — потянулась рукой, желая прикоснуться к шелковой головке, но Нейт успел перехватить мою ладонь.
— У нас тьма времени, сладкая. Обед все равно плавно перейдет в ужин, остальное не важно.
— Сейчас хочу.
Он рассмеялся, обнимая меня, наслаждаясь долгими горячими поцелуями:
— Не хочу спешить.
Я погладила его по животу: