Зов крови (СИ)

— Пустые небеса, ты кто такой?! — прошипела ему в лицо, неуважительно «тыкая». — Что тебе от меня надо?
Мужчина поднял руки выше, словно желая успокоить, но сам при этом не сводил с моего лица проницательных глаз.
— Не всю память подчистили, да? — он прищурился, понизив голос до ласкового шепота: — Но все равно знатно покромсали.
Затравлено глянула на дверь гостиной. Когда же вернутся Алгар с Нейтоном? Почему их всё еще нет? Теплота и уют комнаты утратили свое очарование, разом став слишком приторными, искусственными. Это всё постановка, чей-то идеально сработанный план!
«Но зачем им я? Возможно, это отцовский подельник, тот, что помогал ему ставить опыты над тем несчастным? Они узнали, что я сдала их безопасникам, хотят теперь знать, что мне еще известно?»
— Я последний, кого тебе стоит опасаться, Александрина, — из его речи пропало всё просторечье и безграмотность. — Зная твою бурную фантазию, даже представить боюсь, что ты успела придумать за эти несколько минут.
— Меня зовут… — с жаром собралась опровергнуть то, как он меня назвал.
— Александрина София Бересфорд, — закончил он вместо меня.
26.1
Я растерянно хлопала глазами, открывая и закрывая рот, не в силах что-либо сказать.
В зелёных глазах мужчины блеснуло удовлетворение, словно он был доволен моей реакцией.
— Ну-у… — он завертел ладонью в воздухе, и золотые трубки-браслеты засияли в свете огня. — Мое имя не хочешь узнать? Или, возможно, ты его уже знаешь?
— Откуда мне его знать? — вскинула бровь, видя, что мой ответ его не удовлетворил. Почему-то он будил во мне самую упёртую и вредную часть. — Нас не представили. Знать не знаю и ведать не ведаю.
Он цокнул языком, качая головой:
— Кое-что никогда не изменится, пройди хоть сотни лет.
Я сложила руки на груди.
— Что же ты вспомнила, малышка Алекс? — подначивал он. — В твоей хорошенькой головке уже должна была сложиться картинка.
— И что? — зачем-то артачилась я. Предположение было невероятным. А еще более нереальной была моя полная уверенность в том, что я знала, кто передо мной.
— Ар-р, — прорычал он. — Да скажи уже, святые небеса!
Победно хмыкнула, видя, как слетает его бесстрастная маска:
— А как ты себе это представлял? — спросила, заставляя себя стоять ровно. Если я и сжала подлокотник кресла, к которому подошла, слишком крепко, то этот мудак и виду не подал, что заметил. Он смотрел на моё лицо, словно запоминая черты.
— Понимаю, — протянул он. — В тебе просыпается та мегеристая часть, что особенно бесила в детстве. Надо же… травили-травили, да не вытравили… ла-адно… давай начнём заново.
Он подошёл ближе и поклонился:
— Рад тебя видеть, сестра.
Пустые небеса, так и есть. Невероятно, немыслимо, непостижимо! Но передо мной действительно стоял мой брат — Уильям Эдвард Бересфорд.
— Змеиная рвота… — только и смогла, что выдать ругательство.
— Зови меня Эд, — он залихватски подмигнул, — Бешеный Эдю. Моя банда к твоим услугам.
***
— Ну и как это понимать?
Вся наша честная компания опять собралась в гостиной. Нейт и я заняли кресла у камина. Алгар сидел за столом, вертя в руках диковинную фигурку. Тот громила, сперва представившийся нам главарем банды, а на деле оказавшийся правой рукой Эда, Чип, подпирал плечом дверь.
Мой брат… Бешеный Эд, он же — Уильям Эдвард Бересфорд, сейчас опёрся рукой на кирпичный дымоход и уставился на потрескивающее пламя. Тишину комнаты нарушало лишь тихое стрекотание механических частей его тела.
«Интересно, когда и при каких обстоятельствах он стал модифицированным?»
Главарь банды повернулся и взглянул на нас:
— Пожалуй, стоит начать с самого начала. Существует одна тайная организация…
— «Цех», — перебила я.
Он кивнул, недовольно сверкнув глазами:
— Да, «Цех», малышка Алекс, давай ты не будешь меня перебивать, ладно?
Надула губы, уставившись в окно.
«Надменный индюк», — проворчала кошка.
— Так вот, в этом «Цеху» состоят не только маги. Там также есть и представители Двуликих. Наш отец, — он сделал паузу, — не был заурядным членом организации или спонсором, он был Мастером.
 
— А эти ранги, — Нейт барабанил пальцами по креслу, — Мастера, подмастерья, Архитекторы, — они не зависят от положения в обществе?
— Нет, не зависят. Всё строится только на достижениях. Покойный лорд Бересфорд вёл целое подразделение под названием «Токсин». В то время твой опекун, мистер Валентайн Маккой, был его подмастерьем. Ты вряд ли помнишь, но он был практически членом нашей семьи — жил вместе с нами, выполнял поручения отца, сопровождал мать. Возможно, именно потому ты и кошка с легкостью приняли его в роли папаши.
— Ничего не понимаю, — пробормотала я.
— Скоро поймёшь, — пообещал Эд. — Наш отец работал над одной секретной микстурой, зельем, способным вызывать в обычных людях, на определённое время, возможности Двуликих. Всё, что могут оборотни или вампиры — для человека. С таким варевом возможности людей стали бы безграничными. Зная извечную борьбу между тремя видами: закрытостью мира вампиров, клановостью оборотней и желанием людей знать всё… Эта микстура была бы отличным входным билетом в любые круги.
— Ты сейчас говоришь о «лекарстве», что я принимала?
— О нет, малышка Алекс, то, что ты принимала, очень далеко от изобретения отца. В итоге лорд Бересфорд создал идеальные составы: для людей, вампиров и оборотней. Но отец понял, какое оружие вложил в руки «Цеху» и пошел на попятную. Ему не простили предательства.
Он ненадолго замолчал. Мы же терпеливо ждали, когда Эдвард будет готов продолжить.
— Бересфорд спрятал формулы, — он устало потёр лоб. — Где — никому не известно. За такое предательство всю семью ждала смерть, но хитрец подстраховался, сумев оставить нас, своих детей, в живых.
— И чем же вы заслужили такое счастье? — поинтересовался до этого молчавший Алгар.
Эд уставился на него, словно только что заметил:
— Эх, Веттино, как же нам всем повезло, что именно ты втесался в нашу странную компанию! Представитель скандальной, опальной, но очень могущественной семейки кровососов, делающих всё наперекор власти. Прямо как мое нынешнее положение: на дух не выносят, но считаются и терпят…
Алгар не спорил, просто пожал плечами.
— Заслужили — слишком громко сказано. Его лордство Бересфорд просто нашёл способ сохранить свой род. Он сказал цеховикам, что его дети знают, где тайник с формулами. Выдумал легенду, согласно которой влил в нас зелье блокировки памяти и как только мы достигнем брачного возраста, память вернётся. Бересфорд наплел с три короба, лишь бы нас оставили в живых… сохранили жизнь… тебе — в качестве «шедевра» его подмастерья, Валентайна Маккой, нынешнего Мастера подразделения «Токсин», и мне, «шедевру» Мастера подразделения «Биом», — он расстегнул рубашку, снял её и я наконец увидела, куда ведут металлические вены.
Весь его позвоночник был биомеханический. На первый взгляд ничего и не заметить. Но если присмотреться, становилась видна синтетическая кожа с металлическими позвонками под ней. Они тускло мерцали, переливаясь в свете огня.
— Ты… твой зверь… а как же оборот? — зажала в ужасе рот.
— О-о, — он дал знак помощнику, и тот бесшумно вышел. — На то я и «шедевр»! Все мои модификации подходят под трансформацию.
Едва заметное марево окутало его фигуру, разрывая одежду, которую он не потрудился снять и перед нами уже стоял ирбис. Он внимательно смотрел на меня, не мигая. Покружился вокруг своей оси, давая рассмотреть.
Зверь был завораживающе-прекрасен какой-то ужасающей красотой: в отличие от человеческой ипостаси, снежный барс был модифицирован больше и все механические части были на виду, не скрытые кожей: вибриссы*, когти и сами лапы, позвоночник, холка и хвост с острым, словно у скорпиона, наконечником — всё было металлическое.