Бешеная. Королева проклятых (СИ)
— Да причём здесь Машенька?! — негодовал Людвиг. — И не нужен мне никакой проктолог! Я нормальный, здоровый мужик!! — уже чуть ли не в припадке бился колдун. Да — а — а, истерика штука заразная…
— А — а — а — а!!! Значит всё дело во мне?! Я тебя не возбуждаю, да?!
— Майя перестань нести чушь и посмотри вниз! — опустив глаза я увидела выдающееся достоинство колдуна, полностью готовое к действию. Он не просто хотел меня, он вожделел, но всё же остановился.
Колдун продолжил:
— Я не могу взять тебя силой. Я люблю тебя, Майя. Как только я тебя увидел носящуюся по поляне, как сумасшедшая, то уже тогда понял, что от тебя будут одни неприятности.
— Не надо мне тут зубы заговаривать, — как ёжик засопела я ему в ответ.
— Ты что не веришь в любовь с первого взгляда?
— Ну конечно же верю! А главное, это так экономит время!! — никак не унималась я.
Очевидно Людвиг устал выяснять со мной отношения. Устало облокотившись на стену, он тихо произнёс:
— Не нужно ничего больше говорить, просто уходи…
В его глазах было столько боли, что я сама невольно её ощутила. Вот он стоит передо мной абсолютно голый, такой неудовлетворённый и желанный. И я вся горю изнутри от острой потребности в нём. Внутри что — то щёлкнуло. Схватив его за руку, я перекинула его через бедро на кровать, запрыгнув сверху сразу же впиваюсь в его губы, страстным поцелуем. Перед тем, как потерять последние остатки разума успеваю поймать себя на мысли, а ведь это наш первый поцелуй.
Колдун не отталкивает меня. Вместо этого он углубляет наш поцелуй, просовывая свой язык в мой рот и исследуя его. Мой язык движется ему на встречу, и они сплетаются в жарком танце пламени и желания.
Оторвавшись от его губ, я спускаюсь вниз по шее к его груди. Прокладывая дорожку из поцелуев и легких покусываний к его паху. Колдун громко рычит и ловким движением переворачивается, подминая меня под себя. Он берёт бразды правления в свои руки, а я в общем — то и не против. Покрывая моё лицо легкими, невесомыми, как полёт бабочки поцелуями. Нежно обводит языком край моего уха, спускаясь к шее. Руками он ласкает мою грудь и бёдра. Опустив голову к груди, он захватывает в заложники мой сосок слегка посасывая и покусывая его. Я со стоном выгибаюсь ему на встречу. Колдун не спешит, он ласкает моё тело с мастерством скульптора. Кажется, что он заново вылепливает его. Каждый изгиб, каждую выпуклость, я же в этот момент медленно схожу с ума. Каждая частичка моего тела, каждая клеточка вопит, чувствуя жар его тела. Или это я горю? Я никогда не испытывала ничего подобного. С Ильдаром всё было иначе. Это был просто супружеский долг, быстрый суетливый секс под простынями, а после сон повернувшись к стеночке.
С Людвигом всё не так. С ним я тону в океане блаженства и удовольствия. Проложив дорожку из поцелуев, колдун уже добрался до эпицентра всех моих желаний. Поцеловав внутреннюю сторону бедра, он направился в сторону моего бутона исследуя все складочки, скрупулёзно разглаживая их. Я выгибаюсь одновременно, пытаясь отстраниться. Удовольствие настолько сильное, что я не в силах его вынести. По моей пояснице пробегает целая толпа мурашек и это невыносимо и приятно одновременно, но Людвиг крепко держит меня за бёдра продолжая доставлять мне удовольствие.
Из моей груди вырывается стон, когда он умело нажимает своим языком на клитор, поддавшись ему навстречу я кончаю. Довольный собой он возвращается к моим губам, я чувствую свой вкус у него на языке и это сносит все границы между нами.
Крепко поцеловав меня, он одним резким толчком входит в меня, и я растворяюсь в нём. Его движения быстрые и чёткие, этот ритм сводит меня с ума. Это, как попасть в шторм. Ты не можешь спастись, ты уже погиб. Я громко стону и пытаюсь прижаться к нему еще ближе, несмотря на то, что ближе уже некуда.
Волна оргазма захлёстывает нас одновременно, с громким стоном больше похожим на рык волка, Людвиг кончает в меня. Как только последняя волна удовольствия утихает он, опустившись, ложиться рядом со мной. Я прижимаюсь к его груди. Мы не говорим друг другу ни слова. Сейчас они нам просто не нужны. Засыпая на его груди, я наслаждаюсь его близостью и плевать на то, что завтра я всё сожгу дотла.
Глава тридцать пятая
ЛЮДВИГ
Хорошему коту и в декабре март.
***
Приличная женщина — это та,
про которую никто не знает,
как неприлично она может себя вести.
***
Запретный плод… Но столько витаминов…
***
Если нервничаете, возьмите себя в руки…
или отдайте в хорошие.
Афоризмы
***
Проснувшись за долго до того, как солнце начнёт своё стремительное восхождение на небосклон сменяя там луну, а на смену ночи придёт день я, лёжа на кровати под ритмичное посапывание Марка раздумывал, как лучше поступить. Взять Майю с собой на этот ужин с советом или найти причину либо подходящий довод и уговорить её хотя бы сегодня вечером остаться в стороне и не лезть на рожон?
С одной стороны, мне бы очень хотелось, чтобы она заняла место рядом со мной за столом переговоров. Ведь то, что сегодня там будет обсуждаться касается и её, а я очень хочу, чтобы она могла сама решить свою судьбу. Она относиться к миру паранормов так же, как и все мы, а значит имеет право голоса в выборе короля. К тому же она могущественная ведьма… опять же именно она испила из моего кубка и теперь именно она разделяла ту мощь и силу, что была дарована прошедшему обряд.
Да и чего греха таить мне очень хотелось показать всем на совете для кого была создана эта женщина. НО!!! В то же время я прекрасно понимал, что на совете будет присутствовать слишком много хищников, желающих спровоцировать и выставить в плохом свете мою пчёлку перед председателем, если не похуже — вовсе отобрать её у меня. Нет, Виктор конечно не дурак и его проницательности и рассудительности любой позавидует, но что если он сам на неё позариться? Что тогда делать? Бросить ему вызов и умереть? Другого варианта не останется.
— Бросить вызов и умереть, — задумчиво протянул себе под нос я.
Ну, что же, смерти я не боюсь, но во имя чего или кого будет эта жертва? Если мы с Виктором действительно схлестнёмся победителем из нашего поединка может выйти любой из нас. Если я окажусь удачливее, то в последствии меня всё равно казнят, как государственного преступника и Майю не кому будет защитить от этих гиен. Если победит Виктор, то где гарантии, что этот шакал Александр не провернёт потом какую — нибудь авантюру и не избавится от него. Ведь как — то он уже сделал подобное и ему всё сошло с рук, никто не смог доказать его причастности к этому преступлению хоть все и знали, что это был он. В этом случае о Майе опять некому позаботиться. На то, что Вольф возьмёт все заботы о Майе на себя можно даже не надеяться. Кишка тонка у него тягаться со взрослыми дядьками в конце концов он всего — лишь щенок. Глупый, амбициозный, ничего не смыслящий в жизни щенок…
И в этом случае ладно ещё Александр завладеет Майей, этот ещё пол беды. Что если она достанется этому больному извращенцу Виталию?! Я же тогда даже на том свете не буду знать покоя!!!! Моя душа будет испытывать страдания сильнее, чем все муки ада, а тело будет не прекращая переворачиваться в гробу. Нет, не такие у меня планы на мою девочку!!! Она мне нужна для другого… а её зад достоин места по «теплее» и по комфортнее, чем коленки Виталия или ещё хуже быть нанизанным на его петарду. От одной только мысли об этом всё моё тело сильно передёрнуло. Выругавшись себе под нос и сдержавшись чтобы не плюнуть прямо на пол рядом с кроватью, я встал и направился к двери. Проходя мимо спящего Марка, чья очередь была прошлую ночь спать на раскладушке невольно слегка ухмыльнулся, позавидовав такому спокойному и сладкому сну друга. Ни мои шаги, ни скрип открывающейся двери не могли вырвать его из тех ночных грёз в которых он пребывал и по ныне. Сладко причмокивая, как ребёнок, перевернувшись с одного бока на другой он с новой силой опустился в объятья Морфея. Улыбнувшись напоследок глядя на него я, аккуратно закрыв дверь вышел в коридор.