Идея Фикс (СИ)
В целом эта боль не была для меня серьезной проблемой. Хуже всего было оттого, что именно эта боль безустанно напоминала о Патрике. Именно это для меня было невыносимей всего. Моя голова была полна удручающих мыслей, что не позволяли сосредоточиться на лекции. Я чувствовала себя обманутой и вместе с тем не могла избавиться от ощущения грязной шлюхи. Разум усердно твердил, что я накручиваю себя и преувеличиваю, но легче мне всё равно не становилось.
Я знала и прекрасно понимала, на что иду, но чувство полного разочарования не покидало меня. Если хорошенько во всём разобраться, то я добровольно позволила сделать Патрику со мной всё, что он захочет. Более того, в определенной степени мне было приятно, даже несмотря на ноющую боль, что преследует меня с раннего утра. Патрик меня не обидел и вроде бы не унизил, я добровольно согласилась переспать с ним. Но где-то на подсознательном уровне мне хотелось верить, что эта ночь для нас станет какой-то особенной. На самом же деле, Патрик лишь утолил свой сексуальный голод и ушел, оставив меня одну в собственной крови и его сперме. Такое положение оказалось для меня слишком оскорбительным.
В голове постоянно повторялись слова Марго насчет того, что в подобных клубах не ищут серьезных отношений. Я знала это, но всё равно упрямо верила, что стану для Патрика не еще одной девушкой, которая скрасит его вечер. Моя глупая и беспочвенная уверенность выглядела дурацкой и наивной.
Раз в жизни я позволила себе рискнуть, но этот риск стал напрасным. Было трудно держать себя под контролем, отчего-то сильно хотелось плакать, но я держалась. Никто не виноват в том, что я себе что-то там вообразила. Но чувства упрямо шли вразрез со здравым смыслом, и это еще больше меня угнетало.
Хотелось поехать домой, броситься в объятия мамы и горько разрыдаться. Казалось, что после этого мне обязательно должно стать легче. Пусть она бы меня поругала и осудила за такой беспечный поступок. А лучше было бы вновь стать маленькой девочкой, которая не знает, что такое настоящие проблемы и душевные переживания. Но это невозможно и мне нужно самостоятельно справиться с собой.
Профессор Бонье продолжает свой очередной рассказ о взаимоотношениях человека с информационным полем, а я по-прежнему ничего не могу понять. Меня будто выбросило за приделы аудитории и кроме своих переживаний, я ничего больше не слышала. Обсуждать эту проблему с Марго я боялась и не хотела. Она бы расстроилась и непременно начала бы злиться. Могу даже поспорить, что подруга пошла бы в тот клуб только для того, чтобы влепить Патрику крепкую пощечину. Я знаю Марго, она бывает очень вспыльчивой и остановить ее практически невозможно. Да и в целом, не могу же я постоянно загружать ее своими проблемами. В конце концов, мне скоро исполнится двадцать и уже пора научиться самостоятельно, принимать решения и справляться с преградами, что появляются на жизненном пути.
Из водоворота собственных мыслей меня вырвал внезапный визит медсестры. Я постаралась изменить немного свою позу, но очередной позыв боли заставил меня сидеть и не двигаться. Медсестра подошла к профессору Бонье и что-то прошептала ей на ухо, профессор положительно кивнула.
- Завтра состоится обязательный медицинский осмотр студентов факультета журналистики, - объявила медсестра, обращаясь к нам. – Перечень докторов, которых нужно пройти висит на доске объявлений.
По аудитории прошлась волна недовольного ропота. Думаю, найдется не так много людей, которые способны искренне заявить, что они любят посещать больницы. Я была точно такой же. С объявлением о медосмотре, все мои мрачные размышления резко отошли на второй план. Я даже немного запаниковала, осознав, что завтра мне придется посетить кабинет гинеколога. Как я объясню свою ситуацию и отвечу на вопросы, которые мне непременно зададут? Бояться было нечего, но страх всё равно не отпускал. Правильно говорят, что беда не приходит одна.
Когда я вернулась в общежитие, Марго занималась созданием своих новых эскизов. Она сидела на полу, сложив ноги по-турецки, и зажав в зубах черный фломастер, что-то рисовала на листе бумаги. Светлые волосы были завязаны в небрежный пучок, но несколько прядей всё равно спадали на лоб. В комнате играла тихая музыка и в воздухе буквально витала творческая атмосфера. Здесь было так спокойно и уютно, как бывало лишь в те моменты, когда Марго творит.
Я тихонько прошла и села в кресло. Мне нравилось наблюдать за подругой, когда она была вдохновлена. В ее работе улавливалась какая-то магия, будто ты стала неотъемлемой частью какого-то таинства. Может, я всё это лишь преувеличивала, но в одном я была абсолютно уверена – мою подругу ждет великий успех в сфере моды.
- Как прошел день? – спросила Марго, отрываясь от своего занятия.
- Хорошо, - ответила я, пытаясь всячески игнорировать боль внизу живота.
- С тобой всё хорошо? На тебе лица нет, - подруга нахмурилась.
- Нормально, не переживай. Ты как? Смотрю, наш поход в музей не прошел зря, - указываю взглядом на эскизы.
- Не зря, - подтвердила Марго. – Вдохновение накрыло меня с головой. Уже все руки во фломастере, даже майку испачкала, но это пустяки.
- Ясно. Ты хоть ела?
- Нет, но я даже не голодна.
- Ладно тебе уже. На часах три дня. Я понимаю, что у тебя диеты и тому подобное, но кушать хоть что-то надо, - я поднялась с кресла и прошла в нашу маленькую кухню. – Что тебе приготовить?
- Ты же знаешь, - доносится из комнаты голос подруги.
- Как обычно салат?
- Ага.
Мы неспешно обедали. Я старалась выглядеть веселой и разговорчивой, но по взгляду Марго почти сразу стало понятно, что она мне не верит. Я опасалась того, что она всё-таки не выдержит и станет задавать вопросы, но ничего подобного, к счастью, не произошло.
После сытного обеда я до вечера занималась уроками. Боль никак не желала проходить и я, выпив таблетку, решила принять ванну и немного расслабиться. Приятный аромат пены действовал успокаивающе. Я наслаждалась запахом лаванды, закрыв глаза от удовольствия. Как бы мне не хотелось думать о Патрике, его образ всё равно, прочно осел в моей памяти.
Я понимала, что прокручивать в голове одно и то же не имеет никакого смысла. Но ничего не могла с этим поделать. Лео сказал, что можно стать зависимым от сексуальных игр. Эти слова казались мне полным абсурдом, но сейчас я поняла, что ошиблась. Сегодня вечером я решила остаться дома, но не прошло еще и суток, а я уже не знаю, куда себя деть. Мне хотелось видеться с Патриком, причем как можно чаще. Неужели я тоже попала под влияние секса? Или может, всё дело в Патрике Холланде? Я не знала, что и думать на этот счет. Глова разрывалась от надоедливых мыслей, а боль в животе ослабла лишь наполовину. Отложив все свои домашние задания на завтра, я легла спать.
* * *- Всё в порядке, - заявила врач-гинеколог, снимая перчатки.
Я облегченно вздохнула и теперь ложный страх перед доктором, наконец, перестал меня мучать. Одевшись, я покинула смотровой кабинет и села на место, что предназначено для посетителей.
- Так как это был ваш первый половой акт, я рекомендую вам первое время воздержаться от секса, - торопливо проговорила миссис Адамс, заполняя графу в моей медицинской карте. – Не забывайте о средствах контрацепции. Если еще ощущаете дискомфорт, то я могу выписать вам обезболивающее.
Я согласилась и глубоко вздохнула. Средства контрацепции… Мы с Патриком не предохранялись, и я вновь начала переживать. Нет! Нужно перестать думать о плохом, иначе навлеку на себя беду.
Покончив с медосмотром, я отправилась в кафе, что было расположено неподалёку от поликлиники. Впервые я посетила гинеколога уже как женщина, и это здорово повлияло на мои нервы. Причин для переживаний не было, но я уж слишком привыкла себя накручивать понапрасну. Может, если рядом была Марго, я бы чувствовала себя чуточку лучше. Но у нее были занятия, и со своим страхом я смело справилась в одиночку.