Идея Фикс (СИ)

- И чего это ты у нас такая зачарованная? – спросила Марго, входя в комнату после душа.
- Ничего, - тут же отвечаю я и бросаю свой блокнот в рюкзак.
- Ты уже несколько дней ходишь сама не своя, - подруга плотней укуталась в полотенце и села за свой туалетный столик.
- Просто нужно статью написать про выставку. Размышляю над тем, как лучше это сделать.
- А что за выставка?
- Картины какого-то современного художника. Искала информацию в Интернете и не нашла ни одной его фотографии. А мне сказали, чтобы фото было обязательно.
- Так сфотографируйся с ним. Думаю, выйдет очень даже неплохо, - предположила Марго.
- Если получится, - мрачно отвечаю я.
- Хочешь, я могу с тобой сходить. У меня на сегодня всё равно нет важных никаких дел. Если что, помогу тебе сделать с этим художником фотографию.
- Было бы здорово, - я даже оживилась немного.
- Да и, в конце концов, нужно же хоть иногда интересоваться творчеством. Может быть, найду вдохновение для своих новых эскизов.
- Отлично, тогда у тебя есть час, чтобы собраться, - заявила я.
- Постараюсь успеть. Слушай, - Марго принялась красить свои ресницы. – Ты ведь мне так и не рассказала про свой последний поход в клуб.
- Нечего рассказывать, - пробормотала я, надевая свой любимый джинсовый комбинезон.
- Неужели ты так и не встретила своего очаровательного принца? – подруга вопросительно посмотрела на меня, опустив зеркальце.
- Встретила, но теперь всё это неважно. В тот клуб я больше не пойду, - принимаюсь расчесывать свои волосы.
- Он тебя обидел? – Марго вмиг становится серьезной.
- Нет, просто пора заканчивать со всем этим, - я не хотела рассказывать подруге о своих дурацких переживаниях.
По сути, нет никакой проблемы и причины впадать, как это сейчас модно говорить в депрессию. Я всего лишь еще не умею разбираться в людях, вот и делаю ложные выводы на их счет. Но если я постараюсь эту простую истину объяснить Марго, то она станет зря переживать за меня.
- Ты всё правильно решила, - произнесла подруга. – Тебе нечего делать в подобных местах. Там ошиваются всякие извращенцы, которые могут сломать жизнь таким наивным девочкам, как ты.
Марго была абсолютна права, но иногда мне хотелось верить в сказку, в которой есть принц. Но ссылаясь на свой еще скудный жизненный опыт, я понимаю, что принцев в реальности не существует. Тому подтверждением служит хотя бы мой отец.
Выставка проходила в местом музее искусств, что был расположен в центре города. До центра мы с Марго добрались на автобусе, который подруга просто не выносила. Я и сама предпочитала ходить пешком, но мы уже опаздывали, поэтому пришлось чем-то жертвовать. В нашем случае – комфортом.
Музей искусств представлял собой небольшое двухэтажное здание, построенное из белого камня. Вокруг здания расположился чудный зеленый газон с несколькими фруктовыми деревьями и круглым фонтаном. К сожалению, здесь я бывала не так часто из-за большой загруженности в университете и постоянного отсутствия «свободных» денег. Мой сегодняшний поход был оплачен кафедрой, а Марго не привыкла экономить на своих развлечениях.
Когда нас внутрь провел работник музея, то я удивилась такому большому количеству людей. Похоже, здесь намечался аншлаг. Мне и подруге раздали по буклету, в котором была детальная характеристика каждой представленной картины.
- Патрик Холланд, - вслух прочла Марго имя автора, что было написано на обложке буклета. – Интересно, в каком стиле он работает? Как и большинство современных мнимых художников, всякую возню рисует?
- Он пишет портреты, насколько мне известно, - ответила я.
- Ну, пойдем, посмотрим уже на эти портреты.
Мы прошли в следующую залу, где кроме картин, висевших на белых стенах, ничего больше не было.
- Да уж, с обстановкой здесь решили не заморачиваться, - Марго тоже заметила отсутствие какой-либо мебели. – Ух ты! Красиво! – подруга схватила меня за руку и повела к картине, что висела к нам ближе всех. – В ней явно что-то есть.
Я посмотрела на полотно и увидела красивую женщину с младенцем на руках. Она склонилась к нему, и создавалось такое впечатление, что вот-вот улыбнется. Густые черные волосы распущенны и мягкой волной лежат на хрупких женских плечах. Руки настолько бережно держат ребенка, что у меня даже не осталось ни единого сомнения – это мать и сын. Ребенок укрыт какой-то белой тканью, но присмотревшись, я понимаю, что это не ткань, а мех. Малыш тянет руки к матери и на его румяных щечках отчетливо видны симпатичные ямочки.
 
- Как интересно, - проговорила я. – Художник так детально изобразил материнские руки, что они выглядят как настоящие.
- Знаешь, такой натурализм даже немного пугает, - отметила Марго. – Задний фон размыт, а эта женщина с ребенком кажутся живыми и такое ощущение, что она сейчас просто выйдет из картины. Жутко как-то.
- Что же тут жуткого? – улыбнулась я. – Женщина так трепетно смотрит на своего ребенка. По-моему это очень даже мило.
- Ладно, пойдем дальше, - Марго повела меня к другой картине.
- А как тебе эта? – спросила я, кивая в сторону полотна.
- Грустно, - ответила подруга, после долгих размышлений и наблюдений.
На этой картине была изображена старушка, которая укуталась в свою шаль. Взгляд женщины был чуть отведен в сторону, словно она кого-то увидела в дали. Симпатичное лицо, что было испещрено морщинками, вызывало доверие, но затаившаяся грусть в голубых глазах не давала мне покоя. Возможно, старушка увидела своего сына, которого дома не было много лет, поэтому ей и стало грустно.
Шаль кремового цвета едва заметно развивалась от легкого дуновения ветра. Как и в прошлой картине, задний фон изображен расплывчатым, зато шаль была написана очень четко. Наверное, акценты, которые делал художник, что-то для него значили или через них он хотел донести до людей определенный смысл.
- Действительно грустно, - согласилась я.
Все картины, которые мы успели рассмотреть не оставляли в душе и крупицы равнодушия. Повсюду художник выделял одну деталь, над которой я непроизвольно начинала задумываться. Я не была поклонницей живописи и совершенно ничего в этом не смыслила, но эта выставка очень сильно мне понравилась. Чувствовалась в ней какая-то душевность, старание и, конечно же, очевидный талант мастера.
Вскоре в центр зала вышел какой-то мужчина в строгом костюме и громко объявил всем присутствующим:
- Через несколько минут состоится небольшая конференция с мистером Холландом. Все желающее смогут лично пообщаться с художником и задать свои вопросы. Конференция состоится в соседней зале.
Практически все присутствующие гости направились в соседнюю залу. Мне тоже стало интересно воочию увидеть человека, который пишет такие изысканные картины. Вооружившись блокнотом и ручкой, я вместе с Марго пошла на конференцию. Мы сели в самом конце, и пока я расписывала ручку, подруга подкрашивала губы.
- Интересно, как выглядит этот художник? – спросила Марго.
- Наверное, ему уже должно быть где-то за сорок. Не думаю, что кто-то моложе может так тонко чувствовать человеческую энергетику, а тем более – изображать ее.
- Я тоже так думаю.
На небольшой трибуне появился тот же мужчина, который приглашал нас на конференцию.
- Встречайте мистера Патрика Холланда.
Перед зрителями появился высокий мужчина в серых брюках и белоснежной рубашке с распахнутым воротником. Мистер Холланд обаятельно улыбнулся публике в знак приветствия и аккуратно поправил свои очки.
На миг мне показалось, что я ошиблась, ведь это просто не могло быть правдой. Такой добродушный, улыбчивый, расслабленный. Подобный образ никак не вязалась с образом Незнакомца. Я часто заморгала, всё еще не веря своим глазам. Но когда я глянула на Марго и, увидела на ее лице выражение глубокого удивления, стало ясно – ошибки быть не может.
Пока гости задавали свои вопросы, я находилась в прострации. Шок ввел меня в оцепенение. Я уже давно позабыла про свою статью и то, что должна записывать каждое слово Патрика Холланда. Его образ в клубе и образ сейчас – просто взрывали мой мозг. Появление Незнакомца совсем выбило меня из колеи. Я не знала, что мне следует делать и как поступать в подобной ситуации. Хотелось убежать и забыть обо всём этом, ведь я уже решила, что не хочу продолжать подобные отношения. Но теперь, когда я увидела его вновь, мое решение кажется нелепым.