Трон великих Предков (СИ)

А вот и двери. Двустворчатые, но с идущими внахлёст элементами отделки, что были продолжением нетипичных для южных краёв геометрических узоров, так напоминающих что-то среднее между печатями и рунами. И ровно посередине, на уровне груди — крупная замочная скважина, к которой сходились ключевые нити узоров.
Алан придирчиво осмотрел створки, угадывая знакомые элементы узора и всё больше приходя к мысли, что без ключа эти двери не вскрыть. Вполоборота бросил взгляд на оставшийся внизу отряд. Что ж теперь, силком выбивать ключ у жрецов?
Ключ всегда при тебе, юный наследник. Его нельзя отнять и нельзя потерять.
Алан вздрогнул, и, оглядевшись, увидел, что одна из теней немного выступила вперёд. Такая же, как и все, тень высокого мужчины, воина. Однако от чего-то казалось, она смотрит прямо на него с лукавой усмешкой.
Алан сложил руки и медленно, с почтением поклонился тени, благодаря за подсказку, и та удовлетворённо отступила, вернувшись на своё место.
Однако.
Даже не по себе немного. “Голос” тени, тихий и шелестящий, сам возникал где-то в затылке, и ощущение было… своеобразным.
Нельзя отнять и нельзя потерять, значит? Что-то связанное с особым даром Императорского рода?
Алан ещё раз окинул дверь взглядом. В ней не было ни капли магии, но она явно была необходима для того, чтобы запитать все эти своеобразные печати. Несколько минут Алан потратил на аккуратные воздействия, в ходе которых установил, что двери хорошо экранированы и отталкивают постороннюю магию, даже замочная скважина была защищена наглухо!
А значит замок — чисто механический, и нуждается в первую очередь в физическом ключе. Пара заклинаний-отмычек, которыми он туда потыкал, намекали именно на это.
Но при чём тут тогда уникальная сила Императорского рода?
— Что-то не так? — тихо спросил из-за спины Амарими.
— Всё так, просто… Мне нужен ключ, который вроде как у меня есть, осталось только понять как его…
— Создать? — нетерпеливо продолжил молодой принц.
Алан едва удержался от того, чтобы хлопнуть себя по лбу ладонью. Ну конечно же! Физическое проявление смешанного дара!
Выдохнул. Собрался, сложил ладони лодочкой, нагнетая в них эфир и не до конца преобразованную в него “духовную энергию”, смешивая, их, переплетая. Фокус давался ему уже лучше, но прежде он создавал совсем мелкие белые камешки из смеси двух сил, а тут явно потребуется объём побольше. Вот между ладоней заклубилось белёсое марево. Алан развёл их немного пошире, увеличивая количество энергии, и когда она уже готова была начать твердеть, вогнал рыхлое облако в замочную скважину. Пара мгновений, и в пальцах образовалась кривоватая рукоять от торчащего из замка ключа. Алан перебрал по ней пальцами, ухватываясь поудобнее, и с трудом провернул. Защёлкали и заскрежетали какие-то механические детали внутри замка, а потом тот с тонким звоном “откусил” ключ, оставив в руке только рукоять от него. Принц охнул, а Алан непонятливо сморгнул, а потом усмехнулся — узоры на двери оживали, впитав поглощённую замком часть ключа.
Он отступил на шаг назад, и спустя пару мгновений створки медленно и величественно распахнулись.
  
Глава 14
 
В лицо пахнуло затхлым и сухим воздухом, разрушив всю торжественность момента. Шоуки кашлянул невольно — до того это было внезапно, ибо подсознательно он ожидал аромата благовоний.
Чем ещё может пахнуть в храме?
А ещё внутри было темно. Свет, проникающий сквозь распахнутые створки выхватывал из темноты лишь пару больших красивых светильников, стоящих по бокам от прохода. Ну и каменные плиты пола с мозаичными вставками — розетки под светильниками и проход, ведущий от ворот куда-то во тьму. Шоуки обшарил его своим “пронзающим взором”, и не сразу сообразил, что что-то было не так.
Сосредоточился, потянулся дальше, чувствуя ряды и ряды светильников, курильницы, подставки для благовоний, вероятно, в альковах по сторонам прохода, какую-то храмовую утварь и…
И что-то ещё. Вроде тела людей — оружие, амулеты, драгоценные нити в вышивке, а дальше “взор” начинал странно плыть, цепляя большую массу небесного металла. Сосредоточиться на форме было почти невозможно, и это было странно — Шоуки впервые сталкивался с таким эффектом.
 
Сморгнув, он обнаружил, что Алан уже шагнул вперёд, зажигая волшебный шарик-светляк, и Амарими потянулся следом. Пришлось догонять их, чуть прихрамывая.
— Я, кажется, вижу трон… — произнёс он шёпотом, боясь потревожить покой священного храма. — Он… странный…
— Ожидаемо, — так же тихо отозвался Алан. — Далеко?
— Порядком. Две дюжины пар этих светильников, и, похоже, лестничный пролёт.
— Получается, главный храм уходит глубоко в гору? — поёжился Амарими.
Мягкий свет шара выхватил ниши справа и слева, в которых замерли статуи божеств, и каменные тумбы перед ними для благовоний и подношений. Южане поклонились синхронно, прежде чем идти дальше. В одну сторону, в другую, а Алан — чуть замешкавшись.
Потом были ещё статуи. И ещё. Впереди показался большой экран со сценой сотворения мира, перед ним алтарный камень. Замешкались на мгновение, но мозаика на полу вела вокруг экрана — к широкой лестнице, что упиралась в приоткрытую дверь. Обычную, двустворчатую, из изысканного резного дерева. Охраняющие её каменные львы казались удивлёнными и слегка нетрезвыми в свете парящего магического шара.
Непонятное… трон был уже совсем близко, и Шоуки сглотнул невольно, чувствуя волнение и некоторую робость.
Не он один, впрочем. Глянул на напряжённо замершего Алана, и, поколебавшись мгновение, положил ладонь ему на плечо в знак поддержки. Будущий Император вздрогнул, выныривая из мыслей, и обернулся к спутникам.
— Мы рядом, — на удивление серьёзно заявил Амарими, склонив голову. — Не переживай.
Алан помолчал опустив взгляд, потом чуть качнул головой.
— Дело не в этом. Пути назад для меня давно нет. Меня тревожит, что мы увидим за этими дверьми. Сейчас перед нами откроется тайна падения Императорского рода.
— Ха-х… — Амарими то ли выдохнул так странно, то ли нервно хохотнул. — Учитывая, как часто обвинения в произошедшем звучали в адрес моего клана… Возможность узнать истину несказанно бодрит. Если, конечно, следы тогда не успели замести.
— Что-то должно остаться. Несмотря на прошедшие столетия… Когда прерывают ритуалы такого масштаба, что-то обязательно остаётся! — качнул головой Алан, и решительно направился к ступеням. Шоуки шагнул следом, чувствуя, что неясная тревога отпускает его.
На ступенях он немного отстал от парней, но нагнал их быстро, ибо оба принца так и замерли в дверях, разглядывая большое восьмиугольное помещение с теряющимся в темноте потолком. Вернее, то, что было в центре на полу. Для Шоуки это секретом не было, и он запоздало подумал, что стоило бы спутников предупредить.
Посередине зала мозаика была выложена сложной восьмиугольной фигурой, по углам которой лежали высохшие трупы — кто ничком, кто на боку, кто сбив и опрокинув на бок жаровню, и раскатившиеся угли теперь лежали тут и там. А у дальней стороны фигуры стоял трон. Совсем такой же, как и во дворце, но если стоящая там подделка благородно поблёскивала лаком, покрывающим дорогое красное дерево, то здесь трон отливал металлом и молочным янтарём. Мотивы и всё те же — гнутые львиные ноги, головы чудовищ на подлокотниках, широкая спинка украшена мотивом с горой Аят и восходящим солнцем.
И привалившись к трону спиной покоилось тело последнего Императора. Руки бессильно уронены, голова склонилась на грудь и уцелевшие чёрные волосы закрывают высохшее лицо. Узнать его было легко — по одеждам, по поясу, по выпавшему из ладони клинку с удивительно белым лезвием.
— Господин Такамори, — Алан сложил ладони в молитвенном жести и поклонился. Южане последовали его примеру, склонившись куда ниже. — Я, потомок госпожи Миноко, прешёл забрать то, что принадлежит мне по праву. И прошу простить меня за спешку и отсутствие надлежащих почестей — в Империи… неспокойно.