Игра в невесту (СИ)

— Да-да, — я подняла голову и побежала вслед за Стасом, как бы случайно задевая его руку своей. Он усмехнулся и, шлёпнув меня по заднице, сел за стол.
— М-м-м… Вкусно пахнет… — наклоняясь над тарелкой борща, протянул Стас.
— Уже почти остыл, — я протянула Стасу ложку, — Ешь быстрее. И ещё открой банку солянки.
— Сейчас, — Стас взялся рукою за банку и вмиг открыл её, — Вот, держи.
Я с удивлением вскинула брови и взялась рукою за мышцы на Стасовых плечах. Меня поразили его сильные накаченные руки.
— Какой ты сильный…
От моих слов щёки Стаса залила улыбка. Ему нравилась похвала с моей стороны и нравилось то, с какой нежностью я трогала его руки. Я прикусила нижнюю губу, поглаживая бицепсы Стаса, и незаметно для себя перешла к его не менее мускулистой груди. Всё тело Стаса было безумно красивым и рельефным. Словно мужчина с обложки журнала, а не из моей жизни.
— Как ты сладко покусываешь свои губки… — заметил Стас и тронул большим пальцем мою нижнюю губу, — Но давай ты не будешь кусать свои, а то потом не очень красиво будет. Можешь кусать мои.
Я усмехнулась и отвела глаза.
— Как скажешь.
Мы принялись ужинать.
— Стась, а что говорит твой отец?
— В плане? — жуя, уточнил Стас, и поднял на меня глаза.
— Ну в плане меня, нас.
— А-а, ты об этом… — он отложил ложку и задумался, — У нас с отцом не самые лучшие отношения. Мы почти не разговариваем. А с того дня, как я уехал в Питер, так он вообще разозлился.
— Он разозлился на то, что ты бросил фирму?
— Да не бросил я ничего. Просто пока перебрался сюда, — Стас отодвинул от себя тарелку и внимательно посмотрел на меня, — Мы же переедем обратно в Москву, когда поженимся?
Я призадумалась. Вопрос Стаса был крайне неожиданным и даже резким.
— Я пока об этом не думала, — кратко ответила я.
— Так подумай, — настойчиво продолжал Стас, — В Москве у нас всё. А что здесь?
— Здесь моя родина.
— И всё. Больше ничего.
— Ну и что с того? Мне здесь хорошо. Я думала, мы останемся в Питере.
— Ну Алис! — с обидой в голосе произнёс Стас и насупился, — В Москве твоя тётя, моя семья и работа. Там всё. Наши друзья, куча воспоминаний…
— Стас, не дави на меня! — нахмурилась я и отставила пустую тарелку вперёд.
— Ладно. Потом обсудим, — он опустил глаза в тарелку и принялся доедать борщ.
Хоть Стас и согласился со мной, но на его лице всё равно виднелась обида. Его разочаровали мои слова. Да и я сама была немного растеряна, ведь пока ещё надо конца не знала, где хочу провести всю свою жизнь. На родине или же в Москве, где я встретила свою любовь — мужчину, с которым планирую связать свою жизнь.
Стас доел и тоже отставил тарелку в сторону. Его лицо было встревоженным и озадаченным. Видя это, я ближе подсела к нему и крепко обняла.
— Какая разница, где мы будем жить? — прошептала я, — Главное ведь, что мы вместе.
Глаза Стаса посмотрели на меня, и он улыбнулся.
— Ты права, — кивнул Стас, — Глупо будет ссориться из-за таких мелочей. Так или иначе мы всё равно решим.
— Да… — я обхватила его шею руками и впилась губами в его щетинистую щёку, — Самое трудное уже позади. Разве может хоть что-то помешать нашему счастью? По-моему, мы уже пережили всё возможное за эти несколько лет.
— Угу. Такое ощущение, что кто-то пишет сценарий по нашей жизни и очень сильно над нами издевается, даже извращается.
Я усмехнулась.
— Но ведь любая история имеет свой конец.
— Вот только у кого-то он хороший, а у кого-то не очень… — Стас взглянул на мои руки, что крепко обнимали его шею, и вложил одну из них в свою, — Но в нашем случае мы сами творцы своего счастья. Глупо рассчитывать на какого-то неумелого сценариста.
— Но это ведь всё образно. Как ты говоришь, мы сами творцы своего счастья. А остальные только косвенно влияют на него. Кто-то положительно, а кто-то отрицательно, — я заглянула в серьёзные глаза Стаса. Мы оба понимали, о ком идёт речь, и оттого задумались.
— Нужно откидывать этих самых отрицательных людей, пока они не начали портить нам жизнь, — строго сказал Стас, переводя свой задумчивый взгляд на окно, завешенное шторой, — Кстати, у тебя на кухне шторы из вискозы?
 
Я пожала плечами.
— Без понятия. Не я покупала.
Стас протянул руку к окну и тронул штору.
— Да. Это вискоза, — подтвердил собственные слова он.
Я удивлённо подняла брови, не понимая, к чему здесь шторы, да и почему Стас заговорил о них.
— На кухню лучше не вешать шторы из вискозы, — в ответ на мой немой взгляд произнёс Стас. Вопросов стало только больше.
— И почему же? — заинтересовалась я.
— Вискоза — это достаточно привередливый материал. Он легко сминается, деформируется во время стирки. Да и к тому же изнашивается под влиянием воды и солнечных лучей. Тот человек, который додумался повесить шторы из данного материала, явно не разбирается…
— Это моя мама повесила… — шёпотом перебила Стаса я. Он замолчал и опустил голову.
— Прости. Просто думал дать совет, — виновато произнёс Стас.
— Всё нормально. Возможно, ты и прав. Ты в этом лучше разбираешься, — я сглотнула и подняла голову вверх, ощущая, как на глаза наворачиваются слёзы. Тема моих мамы и папы до сих пор была очень тяжёлой, хоть уже и прошло немало лет.
Стас вздохнул и положил мою голову к себе на плечо, нежно поглаживая ладонью.
— Знаешь… — задумчивым голосом начал он, — Хоть я даже не знал твоих родителей, но я уверен, что это были очень хорошие люди…
Я приподняла голову и посмотрела на серьезное лицо Стаса, ожидая, понять, почему он так думает.
— Не каждому родителю под силу вырастить такую достойную дочь, — строгий взгляд Стаса немного смягчился, а на лице появилась улыбка, — Как ты…
— Ты прав, — согласно кивнула я, — Мои мама и папа действительно были чудесные люди. Сколько себя помню, они всегда покупали мне всё только самое лучшее. А денег в нашей семье всегда не хватало. Тем не менее я никогда не ходила в обносках, ела только самую лучшую еду и училась в гимназии.
— Ты училась в гимназии? — с удивлением переспросил Стас, — Ничего себе. Мои родители тоже предлагали мне обучение в гимназии, но я отказался, ведь в средней школе у меня был лучший друг, который слабо учился и не потянул бы обучение ни в гимназии, ни в лицее.
— Так ты окончил среднюю школу?
— Ага. Как и все.
— И что, это только из-за Давида ты отказался от обучения в гимназии? Это же так престижно. Тем более Московская гимназия…
— Ну не только из-за Давида… — ответил Стас и призадумался, — Ещё у меня был конфликт с одним пацаном из той самой гимназии, в которую меня хотели перевести родители.
— Конфликт? Подрался, что ли?
— Типа того, — Стас почесал затылок и опустил глаза. По его взгляду я поняла, что Стас не продолжит, и эта тема для него запретная.
«Видимо, случилось что-то серьезное, раз Стас не хочет даже вспоминать об этом…»— поняла я.
— А кем работали твои родители? — перевёл тему Стас.
— Мама работала консультантом в магазине бытовой техники, а папа… — я остановилась, предаваясь воспоминаниям, — Папа работал портным. От него осталась швейная машинка, на которой он сшил мне немало платьев и блузок.
— М-м-м. Твой папа умел шить?
— Да, — ответила я, — Уверена, вы бы с ним отлично поладили.
— Знаешь… — Стас поджал нижнюю губу и задумчиво посмотрел на меня, — Есть такая фраза… Девушки выбирают себе мужей, похожих на своего отца…
— Ну-у… — протянула я, разглядывая настенные часы над своей головой, — Не думаю, что ты сильно похож на моего папу… Скорее наоборот… Ты вспыльчивый и решительный, а мой папа был спокойным, покладистым и неконфликтным. Так что вы с ним схожи только в своём таланте. Папа тоже мечтал стать дизайнером, но из-за своей мягкохарактерности так и не достиг этого.
— А что так? В университет не поступил?
Я покачала головой.
— Наоборот. Поступил. Его работа прошла отбор. Папа создал дизайн чудесного женского платья, которое он потом пошил и подарил моей маме.