Восход Темной Луны (СИ)
Всё это промелькнуло в моей голове судорожным потоком, на мгновение даже заглушив неприятные ощущения от тела, впрочем, те быстро вернулись, пригласив «на тусовку» в моём организме ещё и головную боль.
— Ну… — колоться было нужно, но вот выкладывать всё я точно намерен не был, — это не столько техника, сколько… хм… последствие… образа жизни, — ну да, если помер и возродился в лице проходного антагониста сянси — то, значит, жил, и вся эта ситуация — последствие такой жизни. — По крайней мере, я это нигде не изучал и не изобретал, да и, по чести говоря, сам плохо представляю, как оно появилось. Но не думаю, что у этого есть какие-либо побочные эффекты.
— Вот как, — она чуть нахмурилась, во всяком случае, эти сведённые бровки определённо означали хмурость, — а я уж было начала беспокоиться, что это… следствие несколько иных действий… и договорённостей, — и вновь меня окинули взглядом. Отслеживает реакцию? Похоже. Но что именно она хочет увидеть? И каких ещё договорённостей? В местной некромантии есть какие-то договорённости? С кем? Там же вроде вся фишка в том, что Ци практика искажается специальными пытками, разве нет? Хотя какого чёрта я спрашиваю об этом себя?!
— Скажите уж честно, леди Шангуан, вы подозреваете меня в некромантии?
— Ты знаешь об этой нечестивой практике? — сразу же стала заметно серьёзней дама, хотя на видимой части лица у неё не дрогнула и морщинка, но в пещере словно сам воздух потяжелел.
— Только слышал, что она культивируется через какие-то пытки, от которых сходят с ума, если вообще выживают, но имею крайне смутные представления о её принципах работы. То, чем обладаю я… Одно время я и сам думал, что это некромантия, но, судя по вашей реакции, какая-то разница между ними есть. К тому же, повторюсь, я абсолютно точно не учился некромантии, никогда не видел техник овладения ею и даже не знаком с практиками, которые бы обладали нужными знаниями. Я подозреваю, что подобные знания есть у одной организации, которая похитила моего одноклассника из Академии Небесной Звезды и вроде как готовит переворот в стране, но эта организация является моим врагом и точно бы со мной не поделилась.
— Почему ты считаешь, что они могут обладать такими знаниями?
— Пару месяцев назад члены этой организации напали на учеников Академии, когда мы были в горах, тренируясь сражаться с Демоническими зверями. Один из нападавших владел техникой «Тёмного Вестника» и обладал очень сильной тёмной Ци, помимо этого при нём был Нефрит Живого Духа, а сам он даже не являлся высокопоставленным членом организации. Из этого я сделал вывод, что в их распоряжении могут находиться и куда более опасные и сильные запретные техники. К тому же их амбиции предполагают массовые убийства практиков Восьмого и Девятого Небесных Уровней, состоящих в Старших Семьях и на службе у императора, а это требует соответствующего оружия и силы.
— Но ты сказал, что считал свою силу некромантией… — атмосфера не спешила становиться легче, да и каких-то эмоций в зелёных глазах моей собеседницы пока не появилось, однако смотрели те на меня ну очень пристально.
— Это было единственное, что приходило мне в голову, ни о каких других техниках, позволяющих насильственно забрать чужую Ци и присвоить себе, я не слышал.
— Некромантия не позволяет забрать и присвоить чужую Ци, — спокойно и бесцветно поправила меня собеседница. — Она позволяет приносить людей в жертву одному из владык Преисподней, которому некромант обязался служить. Этим нечестивым существам чужды благодарность и забота, и такой слуга для них — не более чем раб, которому в конечном итоге тоже суждено угодить к ним на стол, но чтобы слуга мог приносить им более обильные трапезы, они делятся с ним малой частью силы, которую получают из принесённых им жертв. То же, что сделал ты, работало иначе. Ты получил всю силу Небесного Льва, не поделившись ни с кем и каплей… — женщина выдержала многозначительную паузу. — Что ты думаешь о её применении?
— Вас интересует, считаю ли я приемлемым пожирать жизнь и Ци других людей для быстрого собственного развития и почему я так не делаю? — как же отвратительно ходить по этому ахрененно тонкому льду… Но кто бы дал мне варианты на выбор! Ведь только начну запираться — и прибьют. После озвученного термина «нечестивой» и вот всего остального описания тут даже гадать не о чем…
— … — ответа не последовало, но и взгляд был достаточно красноречивым.
— Эх-х… — устало прикрываю глаза. Помирать — так с музыкой… — Не буду отрицать, идея выпить город-другой, чтобы в один момент и без усилий сравниться с могущественнейшими людьми мира, имеет в себе немалый соблазн. Однако… если я начну так поступать, то чем я буду отличаться от обычного бешеного животного?
— … Хочешь сказать, что ты не приемлешь насилия? — выдержав паузу, спросила моя… ну, на данный момент — пленительница.
— Отнюдь, — вновь открываю глаза, чтобы встретиться с женщиной взглядом. — Я не считаю себя особенно нравственным человеком и прекрасно знаю, что в будущей жизни мне предстоит совершить немало жестоких поступков, и чем выше я буду подниматься, тем больше их от меня потребуется. Не скажу, что меня это радует, но и от мысли, что мне придётся убивать, я не испытываю душевных терзаний. Многие люди заслуживают смерти. Многие заслуживают даже худшей участи, чем смерть. И именно поэтому я не хочу убивать всех без разбора. Не хочу уподобляться обезумевшему животному, что бросается на собственных сородичей и не способно больше ни на что.
— И это твоя единственная причина не применять свою силу на всех подряд? — кажется, она считает меня сумасшедшим, хотя эта чуть-чуть приподнятая бровь, возможно, имеет и иные трактовки.
— А зачем мне нужны другие, если мне достаточно этой? — в свою очередь поднимаю бровь. — Если я могу обойтись без подлости и жестокости, я обойдусь. Каждый сам выбирает, кем хочет быть, а я не хочу быть гнилым человеком, — завершил я мысль словами, которыми некогда уже объяснял своё поведение… Е Синхэ, кажется.
— А что будет, если ты упрёшься в потолок развития? Что будет, если соблазн простого пути пересилит нравственные ориентиры? — это уже был откровенный допрос, хотя не сказать чтобы его не было раньше, но тут она уже, кажется, и сама забыла даже самую капельку его маскировать.
— Я не могу сказать, каким буду в тот момент и буду ли вообще похож на себя нынешнего, но если мои личность и взгляд на мир останутся более-менее такими же, то я просто отправлюсь в дикие земли, из которых приходят Демонические звери, терроризирующие поселения людей, и начну охоту на них. Пользы от этого будет гораздо больше, а неприятностей в разы меньше, да и совесть моя в таком случае будет спать спокойно.
В пещере почти на минуту установилась гнетущая тишина. Возможно, для решавшей мою судьбу женщины (а она именно это сейчас и делала) это было не так, но я гнёт каждой пролетевшей мимо секунды прочувствовал каждой клеткой тела. Всё, что мог, я сделал и тем не менее всё равно совершенно не контролировал ситуацию. Мерзейшее чувство. Но даже его я не мог позволить себе выразить, вынужденно лёжа на столе абсолютно покорным экспонатом. Ну и да, я, как оказалось, действительно лежал на чём-то вроде стола… ложа… алтаря. Последнее было не самой лучшей ассоциацией, но эта штука состояла изо льда, пропитанного сильнейшей ледяной Ци, которую я потихоньку начинал чувствовать. Дискомфорта она не доставляла, но антураж всё равно угнетал.
— Что же, — обронила наконец леди Шангуан, — я узнала всё, что хотела, и, признаться, весьма удивлена твоим словам. Встретить хорошего человека непросто во все времена. Я бы с удовольствием побеседовала с тобой ещё, но, думаю, ты сейчас больше хочешь вернуться к своим друзьям. Сейчас я закончу твоё лечение, однако перед этим, для того чтобы гарантировать, что ты доживёшь до нашей следующей встречи, позволь вручить тебе подарок.
Ещё до того, как я успел вздохнуть с облегчением и реально поверить, что пронесло, женщина подняла правую руку, вокруг указательного пальца которой возник шар сияющего золотом света, и ткнула мне этим пальцем точно в точку на животе, где располагался даньтянь…