Армия Зла (СИ)

Луна посмотрела на него, как на говорящего навозного жука и ответила:
— Я бы тебя зарезала, но лень вставать.
— Эх! Все они смотрят только на внешность… — грустно вздохнул кербриец, почесывая немытую голову.
Ту часть головы, где росли волосы, а не простиралась лысина.
— Как тебе битва, полумордый? — обратился он к вошедшему Ренго.
— Достойна моего меча. — ответил всадник, недобро поглядывая на кербрийца.
Думаю, что как только их совместная служба завершится, то кто-то кого-то попробует убить. Не ради денег или славы. Просто есть люди, которые по какой-то тайной причине стремятся к проблемам. И Теврингер относился именно к таким. Жил, заигравшись со смертью и находя в этом извращшенное удовольствие. Человек с гнилыми зубами и безумными глазами. Не самый великий воин, недоученный маг, но было в нем что-то неприятно зловещее. Даже Ренго воспринимал его серьезно. Однако Тев однажды доиграется. Очень надеюсь, что прежде чем варвар отправиться в посмертие, он успеет принести мне достаточно пользы.
В текущей ситуации был важен каждый меч, топор или иное орудие убийства.
К проблемам надо было адаптироваться. Одним из решений стало создания в рамках каждой когорты ударных центурий. Фактически это будут такие почти антесигнаны, только более массовые. Среди легионеров отбирались бойцы с самым высоким индивидуальным мастерством. Они получали, на кого хватало, тяжёлую броню из трофеев и щиты размером меньше. Не для строевого боя, а чтобы рубиться в смешанной схватке.
Некоторые легионеры рабочие топоры сажали на длинные древки, получая двуручные секиры, которыми можно было наносить сокрушительные удары по шлемам взбирающихся врагов.
Адаптируйся или умри.
Не, какая-то слишком негативная мотивация получается.
Адаптируйся и убивай!
Вот. Уже звучит гораздо лучше. Хочется жить, любить, творить и отбивать вражеские приступы. Утренний прошел сносно. На одном участке врагу удалось вцепиться, но я заметил угрозу относительно заранее. Сбросили их быстро. Всего за двадцать три минуты. Надо смотреть статы юнитов. Если где-то имеется отряд с мастерством сильно выше среднего, то там будет прорыв. Нужно туда как можно быстрее перебрасывать резерв. Враг, это увидев, может обойтись без прорыва и выжидать дальше. Пробовать оборону на зуб в поисках уязвимой точки. Ставка на микроконтроль, на слаженные действия сплоченных отрядов героев, на одновременное управление от четверых стратегов.
Снова накатывает на Кринторн бронированная чешуя, начиная свой путь по осадным лестницам туда где под яростью орудий и магии рухнули защитные галереи крепости. Теперь я среди массы варваров замечаю готовые отряды прорыва. Группы по 50–70 отборных бойцов, которые вопреки течению толпы смещаются в сторону или выжидают. То, что раньше я принимал за беспорядок в армии врага на самом деле проявление микроконтроля. Четыре вражеских стратега ищут уязвимые точки.
В этот раз рвануло на севере у реки. Участок Велвегров. Там легионеры Двадцать Четвёртого вполне успешно резали пеструю толпу заморских наемников. Я краем глаза видел это, подумав: "интересно, им много заплатили или сильно пригрозили, что на такой риск идут?" Однако, когда легионеры уже сбрасывали наемников со стены по ним всем ударил буквально шквал эльфийских стрел. Пусть, усиление магией частично сбивало подавление, но кинетическая энергия оставалась. Да и сами по себе луки ушастых отличались силой. Так что били они крепко.
Фрагмент мой обороны, рухнул вместе с ранеными и умирающими легионерами. На ослабленный участок тут же хлынули другие наемники. Не пестрая толпа пиратов, а цестинская пехота, да еще и усиленная тремя гомункулами и несколькими адептами.
Вижу такое и в голове сразу возникает одно слово: "резерв". И затем другое полезное слово "срочно!"
Не скупясь кидаю туда наших двух гомункулов, трех демонов, полсотни антесигнанов, сотню превенторов, сотню тяжеловооруженных легионеров из новых формирований и кого бы из героев… Луна как-то вяло выглядит после того, как в прошлом штурме ее разок зажали в узком проходе. Спасли доспехи и нечеловеческое происхождение, но настроение испортилось. Так кого послать? Гана? Лучше Теврингера и Те-Увея. Там как раз подавителей пока нет, так что магия сыграет.
 
А тем временем враг расширял прорыв. Снизу туда устремились ближайшие боеспособные части. Даже со стороны основного войска Геора уже спешил отряд из пары сотен отборных бойцов. Благо доспехи не позволяли им слишком разогнаться.
Врагам изначально удалось расширить прорыв за счет тупой физической мощи трех гомункулов. Алхимические монстры, прикрытые чешуйчатыми доспехами и вооруженные двуручными булавами, перли вперед как живые танки. Напрасно стремились в бой сэйфы. Ни их клинки, ни их подавление не причиняли тварям вреда. Уязвимым местом гомункулов был их интеллект. Достигнув ближайшей башни, один из них попытался втиснуться внутрь, где тут же попал под раздачу. Уродливая голова в тяжелом сферическом шлеме дергалась под ударами, но тварь на них почти не обращала внимание. Тогда один из легионеров, безусловно рискуя, подлетел вплотную и, пользуясь некоторой заторможенностью существа, вскрыл ему горло гладиусом. Поток темной крови хлынул на пол. Гомункул начал терять силы и вскоре замер, застряв своей скрюченной тушей в двери.
Ещё одного алхимического монстра Тевриген, схватив красновато-призрачной плетью телекинетического захвата, бросил вниз со стены. Гомункул пострадал, но выжил. Чего не сказать о северянах, на которых он упал.
Третьего попытался сжечь Те-Увей, но пламя лишь немного прожарило монстра. Рядом уже были подавители из северян. Возможно, гомункулы не ощущают боль в человеческом понимании, но многочисленные ожоги им явно не нравятся. Пострадавший монстр принялся яростно и беспорядочно махать булавой. Летели во все стороны обломки многострадальных укреплений. От гомункула отшатнулись как легионеры, так и северяне. Несколько минут тварь бесчинствовала, пока выстрел из скорпиона не угодил в грудь, пробив броню. Тогда монстр на несколько секунд замер, будто удивившись, затем рванул вперед. Расчет скорпиона был вынужден спасаться, а сама машина упала со стены. Однако гомункул встретил своего собрата, воюющего на нашей стороне. В короткой схватке неоднократно раненый монстр был повержен и добит легионерами между двух обводов стен, куда рухнул от удара. Затем наши два гомункула обрушились на северян и цестинцев, сбросив их со стены. Один из них при этом получил десяток усиленных эльфийских стрел и чуть не помер. Или лучше сказать: чуть не сломался. Все же гомункулы являются живыми очень условно.
Из курса школьной биологии мне известно, что живой организм имеет такие признаки как самовоспроизведение, то есть размножение в том или ином виде, и развитие. Алхимические монстры к этому не способны. Их, как я слышал, буквально собирают в лабораториях, сращивая отдельные фрагменты измененных человеческих тел.
Повезло, что процесс довольно затратный и сложный. Будь у врага больше гомункулов, то нам пришлось бы несладко. Эти твари немного ломали местный баланс магии, подавления и простых людей. Плюс условия боя для них самые подходящие. В поле их можно ударить кавалерией или замесить пехотным строем. Тут же одна такая махина на стене может наворотить дел.
Прорыв мог бы обернуться большими потерями, но тут мне на руку сыграла некоторая разобщенность северян и союзников. У Геларда в наличии гомункулы, но практически нет подавителей. Думаю, что нормальным знатным воинам было западло воевать в одном строю с монстрами, наемниками, колдунами и эльфами, которыми к тому же командует девочка-подросток.
Пока западло.
Не стоит недооценивать способность врага к адаптации. Полагаю, побившись головой об стены еще несколько дней, северяне могут серьезным образом пересмотреть отношение к магии и другим расам. И тогда может быть неприятно. Засунув в одну пачку эльфов, магов, подавителей, гомункулов и мощную пехоту, враг может получить очень разрушительный коктейль.