Брак по расчету, или Счастье для кимтарцев (СИ)

— Очнись, — прошептал и, тяжело дыша, посмотрел мне прямо в глаза.
Ушла тоска, грусть. Неумолимое желание касаться его уползло следом, жалко поджав хвост. Остались только мы: он, я и голая права о том, что мы друг другу никто.
— Зачем? — выдохнула я.
— Грань пройдена, госпожа. Дальше все зависит только от тебя.
Качнув бедрами, мужчина снова пришел в движение. Возбуждение еще не погасшей искрой взорвалось в горле, и я покачнулась, упираясь ладонями в каменный живот, громко вскрикнув.
— Уже бояться нечего, мане нанеки. Хуже не будет.
— Будет, — всхлипнула от нового движения и поджала бедра, прогоняя сладкую истому, прокатившуюся вдоль всего тела острым разрядом.
— Не трусь. Ты командуешь. Кончи ради себя, Иянна.
Слегка приподнявшись, я только дала волю мужчине раскачиваться сильнее, выше подбрасывать мое тело в воздух, заставляя волосы подпрыгивать и дрожать. Каждое проникновение эхом отзывалось в голове, выкручивало руки, спину, плечи. Вжимая ногти в светлую кожу, я стонала все громче, проваливаясь под толщу этой неподъемной воды ощущений, забывая, кто я и где.
— Пожалуйста… Прошу…
Резко отпустив перекладину кровати, он с силой сжал меня за бедра и ускорился, роняя боком на постель. Вбивался с оглушительными влажными звуками, стучал бедрами о голые ягодицы и рычал.
Пепельные волосы скрутились во влажные непослушные прядки, пот блестел выступившими капельками на лбу, а глаза, стянувшиеся в черный зрачок, смотрели на меня дико, жадно и как-то по-другому. Иначе, чем несколько минут назад.
На моем крике руку обожгло новой меткой. Под браслетом запекло, и я хотела сжать свое запястье, но Аметист меня опередил, прижимаясь губами к обожженной коже.
— Позволь мне, — прошептал как-то… умоляюще. Не остановившись после моего финала, все так же продолжал двигаться, только медленнее. — Позволь.
Мне хватило сил только на то, чтобы пьяно качнуть головой, облизывая пересохшие губы.
— Смотри на меня, — подтянув мое обездвиженное тело ближе к себе, мужчина буквально свернул меня клубком, позволяя прижаться носом к своей щеке и закинуть голые ступни на крепкий мужской бок.
Он сжимал меня сильнее, крепче, двигаясь глубоко и проникновенно. Прижимал так близко, что дыхание сплеталось воедино, в одну тонкую линию, связывающую два влажных тела в одну нить. Прочную, единственную и незаменимую.
Он рычал мне в губы, заканчивая свой танец и отнимая бедра назад. Цеплялся кончиками губ за мою кожу, хватал, кусал воздух, выпуская наружу что-то первобытное, отчаянное.
Мы еще долго молчали, пытаясь наладить дыхание и биение сердец. Возвращаться в реальный мир не хотелось, но Аметист первый поднялся на ноги. Шатаясь, поднял свой ошейник со смятых покрывал.
— Ты должен… — мужчина повернулся, с высоты своего роста глядя прямо на меня. — Заставить меня не думать о том, что произошло.
Аметист присел на край кровати, кончиками пальцев сдвинул растрепанные пряди с моего лица, явно не понимая причину моей просьбы.
— Они не простят, — слабо подтянув руку к шее, я погладила пульсирующую кожу от так недавно вжатых в нее пальцев, стремящихся меня задушить. — Сотри из моей памяти.
— Не смей думать об этом, госпожа, — прошептал Аметист.
Умело вернув ошейник на шею, он захлопнул щелкающие замки, лишая себя возможности и дальше меня контролировать.
Осторожно собрал меня вместе с измятой простыней и поднял на руки, прижимая к своей груди, как малого ребенка. Слабого и доверчивого.
— Нам уже пора?
Кивнув, Аметист подтянул меня выше, позволяя уткнуться носом в свое плечо, и тихо сказал:
— Тшшш… Я тебя больше никогда не оставлю.
  
Глава 18
 
Дома нас ждали. Удивительно, но не всей огромной, разросшейся за такой короткий срок семьей.
Ступая по пустому коридору, я дошла до спальни, слыша, как тихо и послушно Аметист следует рядом, не привлекая к себе внимание и всем видом выражая покорность. Не встретив по дороге никого, даже мужчин, что занимались домом, я облегченно выдохнула, толкая дверь и видя своих мужей, сидящих за столом и что-то бурно обсуждающих.
 
— А где все? — было моим первым вопросом. Поднявшись на ноги, кимтарцы окружили меня плотным кольцом, глядя на молчащего мужчину, продолжающего стоять в пороге.
— Госпожа Маром распорядилась приготовить дома для ваших сестер, нанеки. Этот дом слишком мал для стольких людей.
Удивленно вскинув брови, я растерялась от откровенного официоза, не сразу сообразив к чему это. Но мысли в удивительно ясной голове сложились в очевидную цепочку, и я вновь расслабленно выдохнула.
— Он знает.
Кристиан сделал уверенный шаг в сторону Аметиста, прищурил темные глаза и внимательно осмотрел серебряный ошейник на крепкой шее нового мужа. Склонив голову к плечу, кимтарец сделал вокруг сына Караты медленный круг и обратился к нему:
— Неожиданно. Я был уверен, что таких, как ты, больше не существует.
— Отец был потомком. Мне посчастливилось услышать голос предков в крови.
— Шаман? — с сомнением уточнил Туман, так же, как Крис, щуря глаза, но Аметист прищурил глаза в ответ, как настороженный кот.
— Ваша госпожа поделилась со мной своей ситуацией…
— Она отныне и твоя госпожа тоже, — прервал Лиам, скрещивая руки на груди, а я почему-то обратила внимание на Раэля, с какой-то тоской смотрящего на мою четвертую метку.
Лицо кимтарца почти не выражало эмоций, но успев узнать великана достаточно близко за прошедшие дни, я слишком ясно перехватила тонкую нить печали, врезавшуюся изломом меж его темных бровей.
Его можно было понять.
Я же так и не решилась принять на его предложение, неосознанно избегая возвращения к этому разговору. Раэль ждал. Он ни разу не попрекнул меня нерасторопностью, и даже сейчас, когда уже всем известно о нашей с Аметистом близости, продолжал терпеливо молчать.
Вина уколола между ребер, заставляя поморщиться, на что Кристиан незамедлительно отреагировал:
— Ия? Все хорошо?
— Да… да, нормально. Помогите, пожалуйста, Аметисту устроиться, — я сглотнула тяжелый ком в горле. — Нам, наверное, нужно попросить у Аданы еще одну спальню, когда она вернется: в этой становится тесно.
Правильно расценив мои слова и мысли, мой старший муж выразительно глянул на побратимов, отчего те безропотно последовали прочь из спальни. Раэль было потянулся за ними, но поймав руку проходящего мимо мужчины, я ясно дала понять, что ему нужно остаться.
— Но я не хочу уходить, — возмутился Аметист. — Я обещал госпоже никогда не оставлять ее.
— Топай, — ворчливо буркнул Крис, судя по звуку, хлопнув мужчину по плечу. — Ия не любит, когда ей навязываются.
— Раэль, — позвала я, когда дверь за моей спиной закрылась, запирая нас наедине. — Твои волосы почти отросли.
— Да, почти. Еще несколько дней, и я уже смогу заплести их.
— Как?
— В две косы, — спокойно ответил он. Но, судя по тому, что великан продолжал прятать от меня глаза и оставался стоять боком, так и не развернувшись, его это волновало. И очень сильно.
— Заплети косу. Тугую и с кольцами, — хрипло попросила я.
— Не трави меня надеждами, госпожа. Я рад просто быть рядом с тобой, но свое место осознаю и принимаю.
— Прошу, не говори так. Дело не в тебе, Раэль. В этом только моя вина.
— Я не удивлен, что ты так думаешь, Ия. Но не лги себе — дело только во мне.
— Принеси веревку, — прошептала я, выпуская горячую ладонь из своих пальцев, дам тем самым согласие.
— Ия…
— Неси. Можешь считать, что это приказ.
По-другому он не поймет, а я не докажу.
Великан вздрогнул и напрягся, но, развернувшись на пятках, вышел из спальни, отправляясь на поиски пут, которыми я его обездвижу.
Этих минут мне хватило, чтобы отыскать свою храбрость и принять твердое решение сделать то, что давно уже пора было сделать. Нельзя вечно ходить вокруг да около, принимать ласку, что великан дарил мне при первой же возможности, и ничего не давать взамен.