Странствия Луны (СИ)

— Сидит на ступенях и пытается понять, что происходит. Разделение случилось непосредственно перед самым первым моим вопросом к тебе. Насколько я поняла, попытка полностью отключить поток информации отсюда вызывает отторжение. Вот ты/она и изучают ситуацию. А поскольку эти действия, скажем так, внешние, то и время на них тратится гораздо больше. Ты лучше сядь, я сейчас произведу подключение.
— Погоди немного, — я достала свой амулет.
— Осторожно, это сократит твое время, — забеспокоилась Дива.
— Один вопрос сократит его не слишком сильно, — возразила я, надевая амулет и пряча его под своим доспехом. — Мозголом, иди сюда. К тебе есть один вопрос.
— Да, Леди? — подбежав, спросил ничего не ожидавший гремлин.
— Расскажи-ка мне, пожалуйста, поподробнее, мудрец, — сказала я, положив руку ему на плечо, — что народ гремлинов знает про атомное оружие?
— Ничего. А что это?
Я улыбнулась. А потом демонстративно сняла амулет. И если, отвечая на мой вопрос Мозголом справился с эмоциями, то сейчас он отпрянул с явным ужасом на физиономии.
— Ты соврал, — констатировала я, улыбнувшись.
— Леди, но… Это строжайше запретные знания! Никому больше нельзя это знать! Даже нам, гремлинам, не стоило бы, но вот знаем и сами боимся того, что знаем! — запротестовал Мозголом.
— Хорошо, — согласилась я. — Тогда расскажи мне, откуда вы знаете про такое оружие?
— Мы точно не знаем источник. Честно-честно. В архивах встречаются три варианта, но везде приводится пример Мира, где гремлины смогли разделить неделимое. После этого он выпал из Упорядоченного, и погрузился в Хаос, из-за чего стал абсолютно смертоносен для всего живого. Его так и называют: Выпавший Мир. Молодых гремлинов у нас пугают: дескать, не слишком-то мудри, а то разделишь неделимое, и тебя заберут в Выпавший Мир, откуда не возвращаются. И мы, гремлины, всерьез боимся попасть туда.
— Фоллаут?
— А?.. — гремлин испуганно отпрянул еще дальше, споткнулся об что-то на полу и сел на попу.
— Выпадение. Осадки. Фоллаут?
— Это что же? — гремлин испуганно заозирался по сторонам. — Это?..
— Это Фоллаут, — подтвердила я.
— Нет… Нет… Нет-нет-нет-нет-нет! — Мозголом, выпучив от ужаса глаза, смотрел на меня.
— Успокойся. Мы здесь уже достаточно долго, и ничего не случилось.
— Нет… — Мозголом явно был не в себе. Я присела рядом с ним на колено, и пристально посмотрела гремлину в глаза.
— Слышишь меня!?
Гремлин мелко затряс своей головой. Вроде бы, соглашаясь.
— Мы! Отсюда! Выберемся! Это точно. Именно здесь — безопасно. Это не Фоллаут — это только проход в него. Тебе понятно?
Гремлин кивнул уже увереннее.
— Это Убежище. Здесь безопасно. Мы должны осмотреться. Но если ты считаешь это место столь плохим, то можешь остаться в Убежище. Понимаешь меня?
— Дддааа… Да! — Мозголом кивнул. — Но туда нельзя ходить! Там хуже, чем Смерть! Хуже, чем в Некрополисе! Там даже солнце убивает! А, я понял! — вдруг захихикал гремлин. — Вам же плохо на солнце, и вы пойдете туда ночью. Я слышал, там надо держаться подальше от света. Любого. Этот свет сводит с ума.
Гремлин замер, а потом, оглянувшись назад, в ужасе уставился на останки светящихся гулей.
— Яд, который они источают, оказался мне прекрасно виден, — презрительно бросила Дива. — Его можно избежать. Вообще, хватит тут трястись в полуобмороке. В Ил Алуке было намного опаснее. Особенно для тебя, гремлины не могут стать нежитью.
— Ты ничего не понимаешь, — Мозголом с заметным трудом поднялся на ноги, его продолжало трясти от страха, но, судя по речи, он пытался успокоиться. — Для нас, гремлинов, то, что непознаваемо, не существует вовсе. Мы лишь молча посмеиваемся над тем, как все дылды носятся вокруг своих богов, а о том, что такое смерть и вовсе не думаем. Самое страшное для нас — безумие. Что это такое мы прекрасно знаем, и также знаем, что в Выпавшем Мире этого невозможно избежать, а потому боимся. Этот мир — он безумен, и всех в него попавших сводит с ума, а затем убивает. Здесь нельзя долго находиться: потеряешь путь назад, заблудишься и останешься тут медленно сходить с ума и умирать. Как во эти, — он кивнул в направлении останков гулей. — Наверняка это те, кто попал сюда раньше нас.
 
— Нет, это местные, — возразила я Мозголому. — И они очень серьезно подставились, чтобы стать подобными болванчиками. Думаю, внутри Убежища найдутся еще такие же.
— И вы предлагаете мне туда зайти!?
— Да. То, что сделало их такими, уже улетучилось. Оно осталось только в их телах, мы это видим. Мозголом, мана и управление ею может наделать намного худших дел, чем весь хаос этого мира. Просто ты это знаешь, а потому не беспокоишься. Тебя пугает неизвестное, но, поверь, это неизвестное вовсе не непознаваемо. Так что успокойся.
— Нет уж, я лучше тут посижу. Подожду момент, когда мы станем отсюда выбираться.
— Тут? — уточнила Дива. — В месте, куда может прийти своим ходом абсолютно любая проблема? Ты уверен?
— Вот именно. Внутри хотя бы будут залы, в которых можно запереться, — поддакнула я. — И спокойно изучить вещи, которые мы найдем внутри или принесем из нашей разведки.
— Вы предлагаете мне изучить проклятые вещи, и принести их проклятые знания в наш мир? Ни за что!!! — отрезал Мозголом.
— Ну, может быть, тут ты и прав, — не стала спорить я, осторожным жестом остановив вмешательство Дивы. Чем меньше информации перейдет отсюда в Земли, тем будет лучше. Хотя не поздновато ли? “Балансир”-то про Фоллаут отлично знает, это очевидно. И как это только админы не заметили такой довесок к Землям и своей информационной системе?
Впрочем, меня все это, скорее всего, не касается. А значит, чем меньше информации я притащу с собой на хвосте, тем будет лучше.
— Что тебе еще известно про атомное оружие? — спросила я. — Рассказывай уж, не томи.
— Оружие Распада, порождающее первородный Хаос. Одно из самых мощных. Мощнее только Оружие Созидания Хаоса и Оружие Уничтожения Всего. Потому ни в коем случае нельзя изучать Неделимое, это в итоге грозит разрушением всего нашего мира и погружением его в первозданный Хаос. Так написано в наших архивах.
Ну, хоть это приемлемо.
— Понятно. Ну что ж, мы договорились. Иди, продолжай охранять вход сюда. Мы очистим эту пещеру чуть позже.
Мы с Дивой проводили гремлина взглядом.
— Садись сюда, — указала аватара на ступени. — Уверена, что от вашего воссоединения с непривычки ты получишь довольно серьезный удар по мозгам.
***
— Приходишь в себя, — констатировала Дива. Это было первое, что я услышала после того, как, определенно, потеряла сознание. Голова болела, и очень сильно. Причем, судя по интерфейсу, это была вполне реальная головная боль, а не проекция, которую мне внушала игра. Я открыла глаза, упершись взглядом в потолок пещеры, а приподняв голову, увидела Диву. Аватара сидела рядом, равнодушно смотря куда-то в темноту. Похоже, мой внезапный обморок не был для нее неожиданностью.
— Что произошло? — спросила я, с некоторым трудом вставая на ноги. Голова болела и кружилась, так что пришлось собирать силу воли в кулак.
— Вспоминай сама, — совершенно спокойно ответила мне Дива. — Это важно.
— Я не об этом! Непосредственно перед тем, как упасть в обморок, я видела применение заклинания Остановки Времени. Это была твоя работа?
— Отчасти. И это было не заклинание. Вспоминай, вспоминай, это в твоих интересах. Что было после того, как ты села на ступени?
— Это я тебя спрашиваю: что было после того, как я присела здесь, разбираясь в ситуации?! — разозлилась я.
— Тебе было мало уже прошедшего разговора со мною? — странно, но моя злость не вызвала у Дивы ни малейшей реакции. — Вспоминай, вспоминай!
— А мы уже разговаривали? — и тут в голове возникло воспоминание о состоявшемся только что разговоре с Дивой!
— Сядь, а то тебя заметно шатает, — не стала отвечать мне Дива. — Я тебе уже рассказывала все, что с тобой произошло. Вспоминай: аватара-посланница.