Песнь койота. Дилогия (СИ)
— И что же такого твориться? — саркастическим тоном спросил Найрад, — кодекс волков оправдывает подобные меры только в военное время.
— Сейчас и есть военное время! — заявил Лис.
— Что-то я не заметил!
— На носу массовая охота на оборотней и гражданская война.
— Что!?
— А то! Что ты нужен стае, — устало повторил Лис, — я всегда думал, что лидер жертвует своим счастьем ради общественного и умеет управлять собой, но ты не таков. — вожак покачал головой и продолжил, — в наше время молодняк соперничал за это право, вожаков рождалось больше. Как только ты появился на свет, я понял, что работёнка предстоит непростая. Но не мог и представить, что подчиню кого-то силой. Но в нынешней ситуации, — он махнул рукой, — долг перед собратьями важнее чести.
— Старая песня на новый лад? — не выдержал Найрад, не до конца понимая, правду говорил Лис или просто запугивает его, пытаясь уболтать вернуться.
— Из-за твоего упрямства погибнет много оборотней. Мне жаль твоих родителей, но прошлого не вернуть. Скоро погибнут другие: молодняк, старики. От тебя не требуется возглавить общину, только принять авторитет и оказать посильную помощь. В любом случае этого не избежать. Когда начнется массовая охота, прятаться будет негде. Так в чём проблема?
— Если долго и упорно толкать кого-то в одном направлении, другое выглядит более привлекательным, — ответил Найрад.
Найрад никогда не следил за политикой, только иногда просматривал сводки новостей в интернете. Никаких предпосылок для войны он не припоминал.
— Анти планируют переворот. За последние годы они собрали и подготовили армию.
Найрад не мог поверить своим ушам. Сложно придумать худший сценарий.
— Поэтому последнее время меня чаще преследовали? — размышляя вслух произнес он.
— Ты счастливчик, что остался жив, — заметил Лис.
— А Лесс? Он возглавлял одиноких волков, поэтому его убили?
Лис кивнул.
— Анти сильны как никогда, но это ещё не всё.
— Мирта?
— Она у них. Ублюдки уверены, что девчонка — гибрид человека и волка. Она нужна для опытов, поэтому до сих пор жива.
— И мы тут беседуем?! — Найрад не заметил, как перешёл на крик.
— Тише-тише! — сказал Лис грустно.
Сейчас он больше походил на печального, потрепанного жизнью старика, а не на вожака общины.
— Сколько я спал?
— Три дня.
— Какого дьявола?!
— Ты чуть не погиб! Сначала выложился на Лесса. Хоть представляешь, сколько энергии нужно для работы с меркабой? В своё время я готовился, чтобы взглянуть на неё, целый год. Потом эта омерзительная таблетка, для неё, знаешь ли, тоже требуется личная сила! Видно, ты не практиковал волчью магию много лет, мне и в голову не могло прийти, что ты так слаб.
— Я не собираюсь слушать эту чушь, есть дела поважнее. — Найрад махнул рукой, давая понять, что разговор окончен и решительно направился к выходу.
Лис схватил его за плечо, Найрад попытался вывернуться из цепкой хватки, но не смог. От резких движений перед его глазами заплясали чёрные точки.
— Хочешь штурмовать базу в одиночку? — издевательским тоном спросил Лис.
— Собираетесь сидеть в стороне? Ваше право! Кроме вашей стаи есть одинокие волки.
— Их больше нет.
— Что!? Не может такого быть.
— Глен, Инго и Майк примкнули к стае, остальные мертвы.
— Наглая ложь! Я знаю есть полсотни бойцов, и это только в окресностях.
— Все, кто вне стаи, погибли! — медленно чеканя каждое слово повторил Лис.
— Но Как это возможно? — воскликнул Найрад, голос предательски дрогнул, — новое оружие? — предположил он.
Лис кивнул.
Значит началось то, что снилось ему в кошмарах… Массовая охота на оборотней.
Найрада бросило в холодный пот.
— Я должен спасти Мирту. Если это правда, что отщепенцы погибли, то соберу отряд из стаи. Вы не имеете права препятствовать добровольцам.
— Ты не можешь позволить себе такую роскошь, — покровительственно усмехнулся Лис.
— Какую роскошь? — не понял Найрад.
— Смерть. Ты нужен стае. Не только Серебряному Следу, стае стай.
— Что за бред? — возразил Найрад, — какая от меня польза стае стай?
— Ты возглавишь сопротивление.
Глава 8
Найрад проснулся от головной боли и голода. Похоже, Лис снова усыпил его.
Открыв глаза, оборотень увидел маленькую прямоугольную комнату с решеткой. Унитаз, умывальник и железную кровать с жёстким матрасом, на которой спал. Это что, тюремный блок!?
Найрад вскочил с постели и подошел к решетке. Его опасения подтвердились, дверь оказалась заперта.
— Что за чертовщина? — воскликнул он с раздражением ударив по решетке.
— Как спалось? — спросил Инго с натянутой улыбкой.
Найрад не сразу заметил его, тот сидел по ту сторону решётки на низком табуретке, прислонившись к стене.
— Почему меня заперли?
— Всё просто. Рано или поздно действие конфеты закончится.
— И ты, Инго? — удивился Найрад.
— Вожак попросил посидеть с тобой, — уклончиво ответил оборотень.
— Это же бред про войну? Лис меня обманул?
— К сожалению, это правда, у Майк сказал, что у отщепенцев тоже были наводки. А заперли… Милорад велел передать, что это для твоей безопасности.
— Открой дверь!
— Не могу!
— Неуежели ты веришь вожаку?
— Я уже не знаю, кому верить, — со вздохом признался Инго, — одинокие волки мертвы. На носу кровавое месиво, какого история не знала пару сотен лет, — с грустью в голосе сообщил он.
— Всё так серьёзно? — спросил Найрад.
Инго кивнул.
— Ты нужен стае. Думаю, тебе надо послушаться вожака, — сказал Инго.
Найрад с негодованием фыркнул.
— Вожак попросил меня поговорить с тобой.
— И ты туда же?
— Я хочу помочь стае, но мало что могу, — грустно сказал Инго. Ты злишься на Лиса, но он делает что в его силах на благо стаи. Если старик вожак готов пожертвовать добрым именем, чтобы получить твою помощь — значит, дело дрянь. Думаешь, почему Анти до сих пор не перерезали всех оборотней до единого? Я слышал кое-что, пока был в плену. Оборотни и Анти заключили сговор. В расход идут только отщепенцы и те, кто не признал авторитет вожака. Другой психический фон, это легко определить приборами, но и этого зачастую не требуется. У них есть списки.
— Невозможно! — крикнул Найрад, не узнав собственного голоса, — ты гонишь!
— Убивают только тех, кто вне стаи.
— Почему об этом ничего не известно?
— Высшие в курсе, а рядовые… — собрат махнул рукой, — меньше знаешь, крепче спишь.
— Так вожакам проще держать нас в подчинении! — воскликнул Найрад.
Он вдруг понял, что это похоже на правду. Община спихивает неугодных Анти, а охотники сколачивают армию на ненависти профанов.
— Ещё есть планида[1].
— Чего?
— Стаи выделяют волков для экспериментов и показов, если охотникам не удастся раздобыть кого-то из отщепенцев.
Найрад широко распахнул глаза.
— Я убью этого предателя!
— Милорад тут не причём. Это решение совета стаи стай.
— Но как ты можешь об этом спокойно говорить? Они отправляют собратьев на мучительную смерть, они отправили тебя!
— Знаю, — меланхолично ответил Инго.
Найрад подумал, что сородич не в себе. После всего, через что Инго прошёл в плену, так спокойно говорить об этом мог либо слабоумный, либо святой.
— Тебя предали, понимаешь?
— Жалко, что мне не сообщили, — ответил Инго, опустив глаза, — если бы знал, я бы сам вызвался.
— По голове били, да? — сочувственно спросил Найрад.
— Ты не понимаешь, это малая цена за безопасность остальных. Стая живёт, не прячась, пары рожают детей, ведут нормальную жизнь.
— Считаешь, нормально, убить десяток-другой собратьев ради спокойной жизни?
— Если бы мог, я бы вырвал своё сердце и отдал его, будь с этого толк. Они ведь погибли из-за меня.
— Кто?
— Одинокие волки. Пять десятков только в окрестностях Кренса, — на глаза Инго навернулись слёзы.