Зелёный был её цветом (ЛП)

Не щадя расшатанные нервы Грейнджер, он трахал её языком до тех пор, пока жар внутри не иссяк, а боль и удовольствие не заставили её увидеть звёзды.
— Вот и всё, — довольно рыкнул Драко, погружая в неё язык. — Кончи для меня.
Гермиона пыталась выкрикнуть его имя сквозь кляп, её ноги тряслись из-за бесконтрольно сокращающихся мышц, которые требовали то удовольствие, что так охотно предлагал мужчина. Малфой ущипнул её за сосок, посылая по телу небольшой разряд боли, отчего последние рациональные мысли покинули её, и девушка кончила. Она сдалась, и второй оргазм был намного сильнее первого. Всё тело покрывали капельки пота с ароматом секса, как будто все годы сексуального напряжения наконец вылились наружу.
Жадно упиваясь плодами своего труда, Драко урчал в неё, словно изголодавшийся по воде человек у оазиса посреди пустыни.
Ослабив хватку, он дал Гермионе возможность прийти в себя, пока её тело окончательно не расслабилось на кровати. Малфой сел, осторожно вынул кляп из её рта и, придерживая, посадил девушку себе на колени. Его губы нашли её, а его изящные пальцы запутались в её волосах, пока мужчина целовал Грейнджер до беспамятства.
— Драко, — выдохнула Гермиона, обвивая его шею всё ещё связанными руками. — Я хочу… — она прижалась к нему, чувствуя его затвердевшую длину своим бедром.
— Скажи мне, чего ты хочешь, — произнёс Малфой, кусая её губу и оттягивая за волосы. — Я дам тебе всё что угодно.
— Я хочу тебя.
Вернув их обратно в лежачее положение, мужчина быстро расправился с ремнём и, не отрываясь от губ Грейнджер, стянул с неё лифчик. Когда он склонился над ней, поцелуи стали неистовыми: языки бесстыдно облизывали, а зубы беззастенчиво покусывали, пока двое дышали одним и тем же воздухом, наполняя его всё более непристойными стонами.
Пару мгновений провозившись с ширинкой своих парадных брюк, Драко наконец неуклюже скинул их, позволяя насладиться прикосновением кожи к коже их обнажённых тел. Он положил ладонь чуть ниже пупка Гермионы и невербально наложил противозачаточное заклинание, прежде чем обхватить рукой собственную эрекцию.
Внезапно мужчина отстранился, его светлые, покрытые потом брови нахмурились в немом вопросе. Гермиона нерешительно протянула руки, и, обхватив его лицо, растянула губы в лукаво-блаженной улыбке.
— Трахни меня, Драко.
Он быстро приставил головку к влажным складкам и погрузился в неё, позволяя девичьему телу окутать его тугим жаром.
— Блять, — прошипел мужчина, на секунду замирая, прежде чем полностью войти.
Гермиона приоткрыла рот и зажмурилась, наслаждаясь тем, как Малфой её растягивал. Ни одна из ночных фантазий, сколько бы их ни было, не смогла бы её подготовить к реальности и невероятным ощущениям, что девушка сейчас чувствовала между своих ног.
— Милостивая Моргана, — простонала Грейнджер, не в силах сформулировать связную мысль. Драко отстранился и, не торопясь, медленно стал снова проникать внутрь восхитительные дюйм за дюймом, пока не погрузился целиком, словно вставляя меч в ножны. Давая девушке время привыкнуть, он покрывал её шею поцелуями и шептал что-то милое, используя каждую унцию своего самообладания.
— Твоя киска чертовски идеальна, — прорычал Драко куда-то в её влажную кожу и втянул её так сильно, что точно оставил тёмный след в углублении шеи девушки. — Ты чертовски идеальна, — исправился он, покачивая бёдрами.
— Драко, — выдохнула Гермиона, выгибаясь, чтобы он мог оказаться ещё глубже. Этот член должен был быть запрещён на законодательном уровне: полностью заполняя её, его невероятный размер сразу же затмил любого другого мужчину на всю её оставшуюся жизнь. — Ещё, — простонала она.
Малфой резко толкнулся бёдрами, сразу заработав крик удовольствия.
— Скажи мне, чего ты хочешь, любимая, — Драко прикусил мочку её уха, но быстро зализал это место, снимая боль. — Скажи мне, что тебе нужно.
— Жёстче.
Слово сорвалось с языка, тёмные желания Гермионы всплыли на поверхность.
Пальцами Малфой зарылся в её волосы, сжав их у самых корней. Вонзившись в неё, он оттянул голову девушки назад, и её тело ещё сильнее сжалось вокруг него.
 
— Вот так? — поддразнил он. Его низкий голос звучал невыносимо зловеще прямо в ушной раковине.
— Да!
Мужчина повторил движение, снова кусая Грейнджер за ухо. Другой рукой он обхватил её шею, слегка сжимая её пальцами с обеих сторон.
— Скажи, когда мне остановиться.
Гермиона распахнула глаза, её душа ожила от всего того, о чём этот мужчина её спрашивал, что предлагал. Вместо ответа девушка приподнялась, полностью вжимаясь в него. Глаза Драко вспыхнули, и он снова завладел её губами, его рука сжалась вокруг её горла, и он начал безжалостно входить в неё.
Были слышны звуки шлепков кожи о кожу, все сдерживающие факторы пали, и Малфой полностью овладел девушкой перед ним. Его губы были алчными, его хватка — жадной, его бёдра — чистым наказанием.
— Не останавливайся, — прохрипела Гермиона, понимая, как, должно быть, выглядела, и совершенно не заботясь об этом. — Пожалуйста, не останавливайся.
— Никогда, — пообещал он, и одно единственное слово имело такой вес, что девушка почувствовала вновь подступающий оргазм.
Грейнджер впилась ногтями в спину Малфоя, оставляя на белом мраморе кожи ярко-красные полосы. Девушка обхватила его бёдра, чтобы увеличить давление, вызывая у Драко рык. Каблуки впились в его задницу, а её грудь подпрыгивала от каждого толчка.
— Чёрт, чёрт, чёрт, — бессвязно лепетала она, запрокинув голову назад.
Отпустив её шею, Малфой стиснул в руке её челюсть, заставляя Гермиону снова посмотреть на него.
— Смотри на меня, когда кончишь, — приказал он.
— Драко, я… — девушка чувствовала, как сжималась вокруг него, уже готовая разлететься на куски. Мужчина с силой увлёк её в безжалостный поцелуй. Она с криком взорвалась — её всю трясло, когда Малфой одновременно и целовал, и трахал её. Он вёл Гермиону сквозь грохочущие волны экстаза, пока её влагалище будто пыталось выжать его член.
— Чертовски великолепна, когда кончаешь, — прорычал Драко, притягивая девушку к себе. Просунув руки ей под бёдра, он усадил её себе на колени так, что она осталась в той же позе, что и раньше, и снова вошёл. — Ещё раз.
— Нет, — Гермиона покачала головой, совершенно измотанная. Её руки безвольно лежали на плечах Малфоя, а тело в его объятьях превратилось в желе.
— Ты сможешь, — приободрил он сквозь хриплые вдохи, в то же время, насаживая её и толкаясь бёдрами вверх. Грейнджер чувствовала, что мужчина был близко — его член подрагивал у неё внутри. Перераспределив вес для новой позы и собрав последние силы, она подстроилась под его толчки. — Вот так, — похвалил Драко, оставляя дорожку поцелуев на её ключице. — Моя хорошая девочка.
Поражённая внезапно открытым для себя кинком, Гермиона обрела второе дыхание от его похвалы.
— Твоя, — кивнула она, снова сжавшись вокруг него в предвкушении.
— И ничья больше, — прорычал мужчина в гладкий изгиб её шеи, демонстрируя свою собственническую сторону, внутреннего дракона.
— Дра…
— Скажи это.
— Твоя! Только твоя! — Выкрикнула девушка, кончая в последний раз. Изливаясь в неё, Драко прикусил её плечо, она чувствовала, как дрожали его бёдра, пока внутри растекалось тепло. Полный решимости увидеть, как Гермиона переживает оргазм, Малфой продолжал входить в неё, снова укладывая её на спину и образовывая непонятное бесконечное переплетение рук, ног и губ.
Замерев, оба пытались отдышаться. Драко рухнул на девушку, но эта тяжесть была приятной.
В конце концов, он отодвинулся и прижал её безжизненное тело к себе, аккуратно кончиками пальцев распутывая образовавшиеся в волосах колтуны и целуя её в макушку.
— Счастливого Рождества, — прошептал мужчина.
Гермиона не смогла сдержать рвущийся наружу от абсурдности происходящего смех и повернула голову так, чтобы видеть Драко.
— Ты, правда, имел в виду то, что сказал?