Испорть меня (СИ)

— Не буду врать и говорить, что я считала Айдарова белый и пушистым, — не стала юлить перед подругой. Но что-то мне подсказывает что не именно эта информация ее испугала.
— Ну это я так, говорю все что знаю. Это я к тому, что не стоит с ним играть и проворачивать то, что я вчера предлагала. Это все очень плохо закончится. Тем более…
Ди снова оглядывается по сторонам, а я сильнее сжимаю ее руку.
— Что? Господи, не пугай меня.
— Я вчера кое-что подслушала Случайно. Я совсем не хотела, так вышло…
— Что ты дослушала? — Чувствую как краска отливает от лица.
— Вчера, когда ты уехала, я осталась под лестницей. Наблюдала за тобой. Переживала, что ты выкинешь какую-то глупость. Твой муж… Айдаров, он же стоял сверху. На веранде. Как только ты уехала, к нему вышла женщина. Это я уже потом увидела, что эта была та самая, с которой ты… Короче бывшая любовница.
Я вцепилась сейчас в подругу с такой силой, что перестаю чувствовать пальцы рук. Сердце грохочет в груди. Я вся как комок нервов.
— И что было? — Голос хриплый, я практически шепчу.
Если она сейчас скажет, что у них что-то есть… Мой мир больше никогда не станет прежним. Все рухнет и разобьется на меленькие осколки и разлетится на тысячи километров.
  
Глава 26
 
Ди снова оборачивается по сторонам, а я нервничаю еще сильнее. Да кого она так боится?! Неужели думает, что Айдаров может ей что-то сделать за то, что она мне расскажет? Хотя… если быть честной самой с собой, то я сама не могу быть уверена, что Рустам никого не тронет.
Скорее всего, Ди боится разозлить Айдарова, чтобы тот не отказался им помогать.
— Она злорадствовала. Говорила Айдарову, что он просчитался и явно выбрал в жены не ту. Напомнила, что ты его опозорила на важном вечере и что это только начало. Вспомнила о какой-то пижаме.
Сжимаю пальцы рук в кулаки. Увидела бы ее сейчас, обязательно бы добавила ко вчерашнему. Ну что за человек?! Ее в дверь выталкивают, она через окно обратно заползает.
— Он просто слушал? — Не знаю что хочу услышать. Хотя нет, вру, знаю. Хочу, услышать, что он ее осек. Жестко спустил с небес на землю. Я то знаю как он умеет. Одной фразой.
— Он выслушал весь ее монолог. Если честно, то я сама там еле досидела до конца. Хотелось прорядить ей шевелюру.
— Ди…
Мой голос срывается, внутри все колотит. Господи, пускай уже говорит, я же сейчас вся изведусь.
— А после он ей сказал, что дает ровно сутки.
— На что?
— На то, чтобы собрать свои вещи и убраться не то что из города, а из страны.
Я даже не верю, что подруга это говорит.
— И что было дальше?
— Она конечно начала причитать и говорить о том, что между ними все может быть как раньше. Что она ему слова не скажет о тебе. Что любит и готова к любым условиям.
Сердце в этот момент падает в пятки. Неужели она готова унижаться до такой степени? В ногах валяться и умолять?
— Айдаров ей сказал, что отсчет времени пошел и она зря его тратит на никому не нужные разговоры. А после… — подруга слегка бледнеет, — после он сказал, что если за сутки она не исчезнет, то ее отправят в бордель с билетом в один конец. Оттуда она уже никогда не выйдет, только разве что…
— Я поняла, — произношу хрипло и чувствую как по коже пробегается мороз. Почему-то у меня нет никаких сомнений, что Рустам может это организовать.
— Лиз… это еще не все.
Ди впивается в меня перепуганным взглядом.
— Что еще случилось?
— Я сидела под лестницей еще минут пятнадцать после того как разговор закончился. Решила, что все уже ушли… Но когда я вышла… То Айдаров стоял на крыльце и смотрел на меня. Он, скорее всего, что я все слышала… И…
— Он тебя не тронет, — я выпаливаю быстрее, чем успеваю сообразить, что подруга не зря боится. Айдаров не просто так сегодня о ней спросил и захотел пригласить в гости. Но я знаю точно, что не позволю ему ее обидеть.
— Мне отец строго-настрого запретил во все это влазить. Сказал, что у нас был только один шанс вернуться и мы не должны его упустить. Иначе….
 
У Ди в глазах появляется дикий ужас и глаза поблескивают от слез. Я никогда еще подругу не видела в таком состоянии.
— Иначе тот ублюдок… Из-за кого мы уехали, нас всех убьет… Точнее всю мою семью, а меня… Господи, даже думать не хочу.
Прижимаю подругу к себе. Сейчас я понимаю ее как никто другой.
— Я обещаю, что он ничего не сделает, слышишь?
— Я просто знаю, что для было важно это услышать. Чтобы ты не совершила глупостей, чтобы не стала делать то о чем пожалеешь. Я не могла не сказать.
На лекциях я присутствую лишь физически. Все мои мысли сейчас о том, что мне рассказала подруга.
Значит Айдаров наказал ее до того, как увидел на мне царапины. И в эту же секунду внутри все холодеет, он сказал, что она за это ответит… Значит ли это, что лимит в сутки на выезд отменяется и ее ждет другая поездка?
Как бы я не ненавидела ту женщину, как бы не хотела, чтобы она получила по заслугам, но бордель и билет в один конец… это слишком. Я не могу желать такого никому.
Я не знаю как досиживаю пары. Каким-то чудом не срываюсь и мчусь домой. Весь день уговариваю себя в том, что это не мое дело и мне не стоит влазить. Не стоит палить Ди, которая мне все рассказала, рискуя подставить всю семью.
Мне нужно думать о близких людях. Мне нужно защитить подругу.
Не знаю как, но мне удается заставить себя успокоиться. После университета, я еду не домой, а на встречу с новой знакомой. Инесс расцеловывает меня в обе щеки и мы идем за покупками. Девушка настолько энергичная, что я даже хочу у нее узнать секрет такой энергии, потому что я за ней еле успеваю.
Даже не замечаю как спустя час, мой охранник уже весь обвешан пакетами, еще немного и его вообще будет за ними не видно.
Я покупаю несколько комплектов красивого нижнего белья, при этом краснею, потому что моментально представляю как на него отреагирует Айдаров. Очень хочется увидеть его лицо в этот момент. Я уверена, что после прошлой ночи в наших отношения что-то изменилось. Они поднялись на другой уровень и я настроена не останавливаться.
К тому времени, как охранник сообщает, что нам пора ехать, потому что меня ждет господин Айдаров, я успеваю ужасно проголодаться и соскучиться по мужчине.
Приятным сюрпризом для меня оказывается то, что Рустам приехал сам лично меня забрать. Я почему-то думала, что он не станет так заморачиваться. Стоит мне увидеть Айдарова, который выходит из совей машины, как губы сами расползаются в улыбке. Он пока что меня не видит. У него звонит телефон и он достав его из кармана, хмурится и принимает вызов. Я замедляю шаг. Даю себе несколько секунд на то, чтобы им налюбоваться.
Вижу как он хмурится, и его брови сводятся на переносице. Знаю, что в этот момент он проведет рукой по волосам. Потому что он всегда так делает, когда его что-то раздражает.
Мое сердце начинает сильнее биться в груди, а пульс начинает зашкаливать. Это моя обычная реакция на этого мужчину. Если еще вчера я закатывала глаза от слов подруги о том, что я влюбилась, то сегодня я сама задаюсь таким вопросом. Неужели я по уши влюблена в Айдарова? Мужчина как будто чувствует, что я на него смотрю. Поворачивает голову в мо сторону и впивается в меня взглядом. Растянув губы в улыбке, я ускоряю шаг.
Сейчас я даже не подозреваю, что очень скоро от моего хорошего настроения не останется и следа…
В салоне привычно пахнет кожей и его запахом. Я уже знаю, что это не парфюм, а его личный аромат, от которого внизу живота все сводит приятной судорогой. Потому что я вспоминаю при каких моментах он вбивался в ноздри. Картинки этой ночи то и дело всплывают в памяти. Я не знаю, как заставить себя не краснеть в такие моменты. Возможно дело в том, что в своих фантазиях я разрешила зайти себе немного дальше, чем мы зашли этой ночью?
— Как прошел день? — Я наблюдаю за тем, как Айдаров ведет машину. Не спеша. Уверено. Плавно перекатывает руль из стороны в сторону. Папа никогда так не вел машину. Он всегда нервничал, кричал. Обзывал других людей. Именно по этой причине я всегда выбирала вариант, поехать в университет с водителем, чтобы не нервничать лишний раз.