Три мести Киоре 2 (СИ)

— Я ни на что не рассчитывал. Да, думаю, вам стоит знать, что воровка Киоре околдовала племянника кардинала так, что он собрался жениться на ней. Бедный юноша! — барон вздохнул, но слишком наигранно.
— Только не говорите мне, что в замужестве вам отказала именно Киоре, — усмехнулся Доран.
— Она называла себя Ноарике. Это рыжая девица, которая часто играет в карты в притонах и клубах Тоноля и всегда выигрывает… Всего доброго, — по-военному четко откланявшись, барон покинул кабинет.
Доран рассмеялся: ему подарили бесценную информацию в обмен на неозвученный намек арестовать Киоре! Успокоившись, герцог созвал следователей, и вместе они ушли в кабинет, где чудом уцелели окна: один из отделов, где в царящем бардаке из бумаг и чашек никто не увидел бы осколков или пятен гари. Приказы были четки и коротки: внедрять своих людей, зная пароли; выяснять цели организации; докладывать постоянно.
— Людей отбираете тщательно. Не забывайте о трупах девушек и призрачных тварях. Несмотря на то что все ниточки ведут на эту подпольную арену, не стоит расслабляться. Что ж, господа, я верю в вас.
— Ваше сиятельство, к вам прибыли… — просунулась в дверь голова Истиаша.
— Кто?
— Кардинал. Ждет у вас…
Старик грелся у камина, заняв кресло в кабинете. Доран поприветствовал его кивком головы и запер дверь.
— Если хотите, уйдем в другое место. Здесь вас могут услышать случайные прохожие.
— Отчего же? Не мне бояться того, что я сообщу вам, — он улыбнулся так сладко, что стошнило бы и любителя есть сахар ложками. — Боюсь, в этот раз мне досталась неприятная миссия. Хотел бы я, чтобы мои подозрения оказались лишь мнительностью старика… — он замолчал и посмотрел на Дорана с сочувствием и сожалением и ноткой превосходства, положенного его возрасту и сану.
— О чем вы, сэф? — спросил он с легким раздражением.
— Многое ли вы знаете о своей жене, Доран?
Кардинал откинулся в кресле, прикрыв веки.
— Достаточно, чтобы мне не понравилось начало нашего разговора. Если вас беспокоит ситуация с бароном и тем скандалом…
— Это последнее, что меня беспокоит! — кардинал властно вскинул руку и тяжело поднялся из кресла, подошел к столу, посмотрел на засохшие чернила и одновременно откуда-то из рукава мантии достал несколько фотокарточек. — Посмотрите внимательно, Доран. Хотел бы я, чтобы это было случайностью, но…
Первой на стол легла копия портрета Киоре, который висел на стене Особого управления. Рядом с копией лег оригинал фотокарточки с бала в честь рождения принцев, где Ниира была запечатлена после танца с Эртором. А вот третью фотокарточку Доран увидел впервые — на ней Эртор за плечи обнимал ярко-рыжую девицу с таким бледным и невыразительным лицом, что запомнить его с первого взгляда не представлялось возможным.
— Кто это рядом с господином Ситфо? — спросил он у кардинала, показав старику портрет.
— Это — Ноарике, девушка без прошлого и настоящего, отирающаяся вокруг моего беспутного племянника и разлагающая его еще больше, чем есть. Киоре и Ноарике… Вы же видите, Доран?
— Да, вижу, они похожи, будто сестры.
— Или будто один человек, — мягко предложил другой вариант кардинал.
Старик вернулся в кресло, тяжело сел, словно ноги его не держали.
— А теперь все-таки взгляните на свою супругу. Я давно привык не обращать внимания на внешнюю шелуху, а смотреть человеку в лицо и душу. Честно говоря, этот маскарад продолжался бы дольше, если бы после вашего судьбоносного выхода в Догире мне не попали по очереди все эти фотокарточки…
Доран посмотрел. У всех трех девушек были одинаковые зеленые глаза. Только воровка смотрела зло, ершисто, Ноарике — чуть испуганно, а Ниира — невозмутимо.
— Но все-таки… Отличия значимые. Если Киоре и Ноарике точно одно лицо, то Ниира полнее, имеет другую форму носа и глаз…
Ему потребовались все внутренние силы, чтобы говорить уверенно и спокойно.
— Доран, смотрите сквозь маскарад, — учительским тоном заметил кардинал. — Ноарике всегда окружает лицо пламенными волосами, и они отвлекают от него внимание. Ваша же Ниира всегда убирает волосы назад, что зрительно увеличивает его. Опять же есть гримерское искусство, отлично развитое театрами… Они слишком похожи для случайного совпадения. Или же вы можете доказать, что ваша супруга не Киоре?
 
— Мне нет необходимости доказывать обратное, — отрезал он, глядя в глаза въедливому старику.
— Такого ответа я и ожидал, — вздохнул тот и покачал головой, словно ответ Дорана был ответом неразумного юнца. — Похоже, придется мне лично проверять…
— Если вы так хотите, сэф, в вашем присутствии я лично спрошу мою жену, не является ли она разыскиваемой преступницей, приговоренной к смертной казни.
— Желаю, Доран, — кивнул старик.
— Если вам так угодно, — кивнул Доран. — Но только в моем присутствии, сэф, не иначе.
Доран смотрел непреклонно. Он не мог позволить кардиналу лезть в его жизнь — сожрет ведь и не подавится.
— Я буду откровенен с вами, Доран. Киоре — ловкая ученица Эши, и нам было бы славно держать ее подле себя. Ее легенда ввела ее в высшее общество. Ее ум не даст ей попасться. Империи пригодилась бы ее помощь, разумеется, не безвозмездная…
Доран пригладил волосы, наклонив голову.
— Даже если и предположить, что Киоре, которая, по вашему утверждению, вошла в высший свет, согласится сотрудничать, это бесполезно. Император приказал казнить ее, как только поймают.
Едва заметная улыбка тенью мелькнула на лице старика, лукаво сверкнули глаза:
— Кого казнить, мы всегда найдем, никто не знает, как Киоре выглядит на самом деле. Доран, она ведь может нам помочь с теми бедами, что обрушились на Тоноль. Киоре может попасть туда, куда нам нет пути!..
Кардинал говорил спокойно, но сила, уверенность его слов пленяли, и это был на самом деле опасный, страшный талант мужчины. Его слова подчиняли, покоряли людские сердца и души, и противостоять ему казалось невозможным. Всё началось с подозрений его жены, а закончилось… Закончилось опасным, тайным планом, о котором не должен знать император, планом, который объединит их. Доран кивнул:
— Вы хотите сделать из нее вторую Кровавую. Что же вы не поймали Киоре, когда она общалась с Эртором?
— Она исчезла раньше, чем я узнал, кто такая Ноарике на самом деле, — нехотя признался кардинал. — Но посмотрите на эти фотокарточки еще раз, Доран, пристально и внимательно. Я понимаю, вам больно… Мне видно, что вы привязались к девочке. Но подумайте, разве обман не должен быть наказан? Подумайте, зачем Киоре становиться вашей женой? Она ученица Эши, вспомните! А значит, она не сделает ничего, что не входило бы в ее план. Но каков ее план? И не приведет ли он вас вслед за ней на плаху или эшафот?
Пламя в камине угасало, темные языки пламени дрожали на обугленных остатках дров, и такое же темное пламя пылало в глазах кардинала, уговаривало согласиться, склониться в его сторону. Доран отошел к окну, заложил руки за спину, крепко сцепив их.
— О Ноарике я ничего не знаю и могу поверить, что это — обличье Киоре, — он повернулся к кардиналу, что смотрел снизу вверх, слегка изогнув и приподняв левую бровь. — Но то, что Киоре и Ниира — один человек, никем не доказано, сэф. Я знаю свою жену. Я знаю о ней слишком много. Связи, семья, судьба — сколько лет нужно, чтобы подготовить столь обширную легенду? У меня нет оснований полагать, что Ниира — выдуманная личность, которую умело играют. Фотокарточки? На свете существует немало людей, которые похожи друг на друга как родственники, но кровно не связаны.
Кардинал посмотрел на него как-то чересчур мягко и понимающе, его губы дрогнули, будто он собирался произнести слова утешения, но в последний момент передумал.
— Тогда на сегодня завершим наш разговор.
Кардинал покинул кабинет. Огонь в камине погас, выдав напоследок облако черного дыма; Доран остался один на один со своими мыслями, с чужими словами, витавшими в кабинете вместе со сквозняком. Одинаковые глаза с фотокарточек следили за ним, смотрели, как он ходил от стены до стены.