Три мести Киоре 2 (СИ)
Язвительность герцога отрезвила мужчину, что все еще недоверчиво смотрел на приказ, назначавший его главой Тайного сыска, а также Особого управления, поскольку виконт Оленский слег с сердечным приступом. Всё это переходило Вайрелу. Простолюдину. Тому, кого считали зарвавшимся выскочкой. Беспринципному гаду. Одним словом — представителю низшего сословия! Он станет первым главой, не имеющим титула. Если, конечно, император пожелает всё оставить именно так.
— Ваше сиятельство, вы меня ненавидите…
— Напротив, питаю излишнюю привязанность, — усмехнулся Доран. — И, смею надеяться, вы осознаете выпавшую вам честь, господин Корте.
— Несомненно, — отозвался он, выпуская очередное облако едкого и мерзкого дыма. — Только я надеялся получить это назначение по меньшей мере лет через пять.
Доран впервые за время их знакомства рассмеялся — громко, открыто и искренне.
— Ты сможешь, Вайрел. Тебе гораздо больше подойдет эта должность, чем мне. Ты гибок.
— Да вы-с тоже не образец косности и морали, — пробормотал Вайрел. — Одна ваша просьба добыть тело и привезти к реке чего стоила… Да и потом, когда Соренора того… Но я не буду ни о чем спрашивать.
Временно в кабинете не было герцога и простолюдина, а только старший и младший, отдающий и принимающий.
— Почему так спешно, ваше сиятельство? Без официального объявления?
Вайрел всматривался в герцога, который, казалось, был затянут в мундир туже обычного. Обшлаги, эполеты, все нашивки он снял, и теперь не отличался внешним видом от Истиаша, который с утра тревожно наблюдал за необычайно ласковым начальником.
— Я счел себя недостойным этого места. А в таких случаях честь повелевает сложить полномочия. Всё, Вайрел, теперь это твой кабинет.
Доран улыбнулся и поднялся из кресла, уступая его бывшему заместителю. Тот, затушив сигару, несмело приблизился к креслу и рывком опустился в него, как будто боялся передумать. Чужие, не его, Дорана, руки, скользнули по подлокотникам… И, почувствовав, как эстер на груди нагрелся, Доран прикрыл глаза и достал его, сжал в руке.
— Доран! — взревел император, и Вайрел недоуменно посмотрел на начальника. Бывшего начальника.
— Я еду к тебе, Паоди.
И, оборвав вызов, покинул уже не свой кабинет. Увидев его, Истиаш застыл, а какой-то писчий выронил несшитые листы. Привлеченные гнетущей тишиной, из отделов высунулись следователи. И все, как один, провожали Дорана напряженными взглядами, не понимая причин, но понимая суть. И каждый со страхом косился в сторону кабинета в конце коридора, у которого сменился владелец.
— Ваше сиятельство, всегда рады вас видеть.
Знакомый следователь подметал пол своим шарфом и выглядел удивительно спокойным.
Уже на пороге Доран обернулся и сказал в сторону своего ведомства:
— Благодарю за службу. Прощайте.
И в полной тишине вышел на пошло-шумную улицу.
Во дворец Дорана пустили, его не торопились брать под стражу или же сразу тащить на казнь, а значит, у него еще был шанс. Вновь малый тронный зал — как часто он приходит сюда в последнее время! Паоди сидел на троне, и взгляд сверху вниз давил, гнул к земле, вынуждая поклониться не другу, но императору, за плечом которого стоял кардинал, какой-то странно-бледный на взгляд Дорана.
— Ты понимаешь, что совершил преступление? Доран, ты пошел против моей воли! — голос Паоди замораживал, но герцог только улыбнулся, натянуто, ненатурально.
Неужели ему придется пройти через показательную порку? Неужели император сам не понимает, что с его стороны это было взвешенное решение?
— Это предательство. Измена государству, если хочешь! — рубил фразы Паоди. — Я не успокоился после твоих сказочных отчетов, а ты выпустил ловца, проигнорировав мой запрет! Ты понимаешь, чем это нам грозило?!
— Ваше Величество, — кардинал положил руку на плечо Паоди, — вспомните, граф Соренор убит, никто не может попрекнуть вас тем, что был использован ловец, — мягко заметил старик.
— Вот! Соренор! Не удивлюсь, если к его убийству ты приложил руку, Доран, ведь до этого никто не умирал так глупо в Особом управлении! Это похоже на тебя: обезопасить будущее страны, при этом совершив полнейшую глупость! Как ты мог выпустить ловца, когда от нас не уехало посольство колдунов?!
Император вскочил и сел обратно на трон; от ярости у него раздувались крылья носа и выступили вены на висках.
— Соренор мертв, колдуны были предупреждены, простолюдины о ловцах не знают. Город избавлен от чудовищ, — спокойно перечислил Доран.
— Всё продумал, да? А о будущем своем ты подумал?! Подумал ты, каково мне лишиться единственного преданного человека? Я не могу тебя не наказать! Ты предал меня, мое доверие. Как будешь искупать это? Своей кровью?
— Я приму любое решение Вашего Величества, — Доран гордо поднял голову, заложил руки за спину. — Вы можете казнить помешавшегося вдовца, недавно похоронившего супругу…
— И я вправе так поступить!
— Ваше Величество, ваше сиятельство, — с укором начал кардинал, по очереди посмотревший в глаза мужчинам, — не горячитесь. Ваше Величество, зачем вам казнить человека, который верой и правдой служил вам много лет? Ваше сиятельство, зачем вы нарываетесь на наказание более суровое, чем вам положено?
— Сэф, мне решать, какого наказания достоин герцог Рейла, — кардинал за спиной императора нахмурился.
— Тогда я, голос Ги-Ра, прошу вашего милосердия не к герцогу, но к человеку, стоящему перед вами. Ваше Величество, проявите и мудрость, и милосердие. Смерть — это край, а за все наши проступки мы должны расплатиться при жизни, чтобы достойно уйти на перерождение…
Император не спешил отвечать.
— И что вы предлагаете, сэф? Простить и отпустить? — слова Паоди камнями падали на пол.
— Лишение титула герцога, места главы Тайного сыска и ссылка на север. Мне кажется, этого будет достаточно.
Доран поднял взгляд, встретившись им с императором, и ему показалось, что в глазах человека на троне он прочитал облегчение, будто тот только и ждал, чтобы его отговорили от казни. Несколько минут император молчал, размышляя.
— Вот что, это было моей ошибкой, — заговорил, наконец, Паоди. — С самого начала идея сделать тебя главой Тайного сыска была абсурдной. Человеку с манией всё делать лично от начала и до конца нельзя управлять ведомством, я же по собственной прихоти взвалил это на тебя. В итоге в ведомстве раздрай, а как итог — провал на провале. Ты сам понимаешь, что последние события благополучно разрешились вопреки, а не благодаря тебе. Убийства девушек, заговор, пришедший к нам с юга, Киоре. Иари. Освеш. Первосвященник. Соренор. Это то, что не должно было случиться.
— Я понял это и сам. На моем мундире нет знаков отличия. С этого дня Тайный сыск и временно Особое управление возглавляет моим указом Вайрел Корте. Полномочия переданы ему официальными документами, — и Доран замолчал, вглядываясь в лицо императора.
— Не переданы, пока эти бумаги не подпишу я. А я еще подумаю, делать ли это, но, так и быть, обещаю присмотреться к твоему простолюдину, а не сразу выкидывать его.
— Благодарю, — холодно кивнул он.
— Проклятье, Доран! — вновь разгневался Паоди. — Я всего лишь хотел, чтобы ты на службе забыл о Лааре! Чтобы ты снова начал жить! Но ты, как всегда, перевернул все с ног на голову…
Доран только покачал головой, понимая, что друга он лишился давно, а сидевший перед ним император, впрочем, как и он сам, всего лишь играли последние годы эту дружбу, по привычке, из удобства. А на деле они были незнакомцами, между которыми лежала пропасть событий.
— Я лишаю тебя титула, Доран. Все твои владения переходят под мою власть. По старой памяти я оставляю тебе родовые драгоценности, имеющиеся капиталы, ну и то, что ты пожелаешь забрать из своих особняков на память. Тоноль ты покинешь. Мне нужны преданные люди на севере. Поскольку сведения о ловцах секретны, а выдумывать повод твоего разжалования до простолюдина утомительно, для общества ты добровольно сложишь полномочия главы Тайного сыска, добровольно оставишь Тоноль и станешь градоправителем на севере.