Академия Непризнанных Гениев (СИ)

Лично у меня вопросов была масса, но задать я не решалась по простым причинам. Во-первых, я не знала, как на них отреагирует здешняя публика. Необдуманные вопросы могли вызвать подозрения. Во-вторых, я не могла расставить их приоритетность. В голове много, что крутилось. Однако, нужно было понимать, вывались сейчас всю эту мешанину — необдуманный поступок. Уж лучше дождаться инициативы других, чтобы определиться в каком направлении исправлять пробелы в своих знаниях. Оказалось, не одна я стеснялась. Адепты кратко переглядывались, а затем впали в долговременные раздумья.
Не дождавшись активности адептов, Очаровательная Канн предложила:
— Что ж, тогда я провожу вас к вашим личным комнатам. Там для вас уже приготовили форму одежды, согласно выбранной специальности и учебный инвентарь. Напоминаю! Все, что вы недопоняли, но постеснялись спросить, вы можете узнать, не выходя из комнаты. В каждую из них внедрен компьютер. Способ пользования аналогичный — ваш пропуск и ввод данных. Не пытайтесь найти в личных компьютерах научные труды. Они предоставляются исключительно в библиотеке, в режиме онлайн! Записать их невозможно. Запоминайте! Вы же все понимаете — любое научное открытие имеет своего хозяина. Не пытайтесь делать копии, у нас везде стоит защита.
— А свои открытия мы можем фиксировать? — поинтересовался уже знакомый адепт-«любимчик» с рыжими кудряшками.
— Да, адепт Венецано, — просияла Очаровательная Канн, — на свой личный компьютер вы можете делать любые записи. Мы же, со своей стороны, даем гарантию, что никто не сможет взломать данные. Повторю! К вопросу личных открытий мы относимся очень ответственно. — Голограмма осмотрела нас хитрим прищуром, дополнив. — Особо ретивым на этот счет могу лишь сказать — любые несанкционированные действия отслеживаю лично я. Тех, кого я поймаю, зачислю в отряд академических Гар-тронов, чтобы чистить территорию и готовить обеды. Учтите, что Гар-троны работают сутками напролет.
— А если не поймаете? — задала вопрос хорошенькая темноволосая адептка с зауженными глазами.
— Тогда, адептка Рикко, — Очаровательная Канн слегка нагнулась вперед, чтобы встретиться с глазами юного дарования невысокого роста, — я лично вас вознагражу! — Заметив воодушевление на лицах адептов, голограмма добавила. — Но обскакать меня в знании программирования еще никому не удалось. Вы же осознаете кто я?
— Смартроид с искусственным интеллектом, джио 007.1, суперскоростная версия, — обозначил для всех адепт Венецано, гордо распрямив плечи.
— Джио 007.2, последнее обновление прошла, — загадочно произнесла Канн, и рыжеволосый расширил глаза в удивлении.
— Но! Эта версия еще не выходила! — недоверчиво сообщила Рикко, нахмурив точеный носик.
— Ошибаешься, — просияла улыбкой Канн, — я новые версии тестирую на себе сначала, а потом они выходят в массы. Так что я заранее обскакала все современные компьютерные технологии. Это к вопросу о вознаграждении. Не советую состязаться со мной, иначе быть вам поломойками, господа интеллектуалы.
Решимость состязаться с искусственным интеллектом, постоянно подвергающимся апгрейду, пропала с лиц адептов. Прочитав это в глазах интеллектуалов, голограмма просияла обворожительной улыбкой.
— Следуйте за мной, дорогие мои, — Очаровательная Канн развернулась на длинных каблуках и стройным шагом отправилась из столовой. Мы, следовательно, поспешили за ней.
Найти дверь в свою комнату оказалось не так то сложно, учитывая что на ней отображался мой портрет с академического пропуска. Когда мы всей группой проходили по коридору, чтобы расположить каждого одногруппника по своим опочивальням, возле моей двери пришлось задержаться, ибо она привлекла ненужное внимание. Все просто. На моей фотографии веселая черноволосая адептка со стриженными по плечи волосами и хитрыми голубыми глазами держала на руках Мастера Усса.
— Это мастер Усс? — удивленно спросила Очаровательная Канн, всмотревшись в изображение кота с густыми волнистыми усами.
— Просто кот, — оторопело ответила я, удостоившись недоверчивого прищура от Канн.
 
— Просто котов в академии нет, — выдала она, — это мастер Усс. Единственный в своем роде, других таких нет. Ладно, — отмахнулась голограмма, — проходите внутрь и располагайтесь. Помните, картинку о необходимом для вас оформлении интерьера, компьютер считает из вашей памяти. Советую настроится, перед тем, как войти внутрь.
Я встала как вкопанная, размышляя об интерьере. На ум совершенно ничего не приходило, кроме двухэтажной койки из приюта, голубых обшарпанных стен и деревянных полов, тоже искореженных от старости. Глубоко вздохнув, припомнила картинку из журнала с очень красивой спальней. Выполнена она была в оттенках айвори. Большой пушистый ковер на полу, рулонные шторы с птичками, большое панорамное окно с красивыми нежными цветами на подоконнике, обои цвета молока и камин — тоже оттенка айвори с полыхающим внутри огнем. Перед камином стояла витая кресло качалка. Единственное, что я не смогла припомнить — кровать, какая именно она была на той картинке. Так как я уже значительное время стояла перед дверью, а все остальные адепты уже разошлись по комнатам, я решилась открыть дверь. И тут начали происходить чудеса. Магия, в полном ее проявлении. Ибо лишь одна техника не могла творить подобное. Комната изнутри ярко просияла, практически ослепив глаза. Но я упрямо следила за преображениями внутри, несмотря на то, что по щекам текли слезы. Что-то, совершенно незримое глазу, бросило рулон на пол и раскатало его, продемонстрировав совершенную копию ковра из моих воспоминаний. Ранее пустые белые стены приобрели бежеватый оттенок, а узкое окно само вытянулось и расширилось, на подоконник упали глиняные горшки с розовыми цветами. Стена напротив разразилась, вырезав большую прямоугольную дыру. Через мгновение туда встроился камин с потрескивающим пламенем. А перед ним ухнула раскачивающаяся кресло-качалка. На стенах выросли квадратные картины, рисованные простым карандашом, но очень стильно вписавшиеся в интерьер. Надо же. Я о них и забыла, а компьютерная система сама, каким-то чудным образом, вытащила их из моей памяти. Теперь я с особым предвкушением ожидала появления кровати. Немного повиснув, система со скрежетом обронила прямо на пушистый ковер двухэтажную металлическую чудовищную приютскую кровать. Я обреченно охнула. Просто насмешка какая-то, не иначе как! По среди нежности, изящества и уюта, металлическое чудовище смотрелось инородным объектом. Я хотела было возмутиться и попросить компьютер заменить этот элемент, напоминающий о прошлой жизни, то Господин Вердис приятным мужским голосом сообщил:
— Преображение вашей комнаты готово, адептка Александра. Любые изменения в интерьере вы теперь сможете внести только после освоения дара изменения материи. Располагайтесь! — после этого главный компьютер пиликнул и умолк, оставив меня одну.
Еще раз взглянув на металлическое чудище, я решила плюхнуться на ковер с высоким пушистым ворсом. Ощутив непередаваемое блаженство, ведь в приюте о таких вещах я могла только лишь мечтать, я откинулась назад, утонув в нем, и протянула:
— Каааайф! Непередаваемый просто!
Поблаженствовав, я передвинула приютское чудовище поближе к стене. Нет! Спать я на этом не буду. Уж лучше ковер. Тем более, через краткое время, на мою «кровать» приземлился комплект постельного белья, форма адепта- созидателя брусничного цвета с лейблом, изображающим нечто сферическое. Рядом со знаком вышита надпись «ТМАУ». Немного погодя, поверх формы плюхнулся головной убор с козырьком, тоже брусничного оттенка. Только «кепка» оказалась простой формы, без многочисленных углов, как в головном уборе Ноула Канта. На кепке значился лейбл. Присмотревшись, узнала в логотипе академию с ее змееобразной лесенкой. Только тут она была изображена проще, стилизовано. Несказанно обрадовалась, когда передо мной, прямо на железном чудовище, появился большой планшет. Любовно поводив рукой по экрану, ведь такой техники у меня не было, я прижала планшет к груди, расплывшись в улыбке. На это мой личный компьютер ответил так, что я чуть было не выронила его из рук: