Академия Непризнанных Гениев (СИ)
— Наслышан, — по-доброму усмехнулся Ос, — твоя работа? Иногда детей известных научных деятелей, таких, как мастер Шэнуа, неплохо бы наказывать. Но ТМАУ, к сожалению, против физического влияния на адептов. По мне так, таким нужно устраивать порку с особой периодичностью.
— Динар сын мастера Шэнуа? — выцепила я из сказанного.
— Да, Сэм. Их прославленная уже на третьем курсе троица — Динар, Негга и Ньена — дети великих магов-ученых и будущие спасители планет. Но это сейчас не суть. Нужно попробовать гнев. Сэм, просто не желай никому зла, и все. Посмотрим, что случится с материей, когда энергия изменится на противоположную.
В таком случае, нельзя представлять себе объект, к которому испытываешь негатив. Но тогда что именно могло бы меня разозлить? Просто так я не могла испытывать гнев, нужна была причина. Даже когда я представила себе, что наш будущий проект сокрушает модифицированный Псайхак Негги, это вызвало лишь страх. Мой внутренний ужас тут же отразился на «рыбке», ведь магический контакт с веществом я продолжала держать. Материя начала пульсировать, а затем создала образ будущего гар-трона, который, по мнению же вещества, снабженного магией, мог противостоять Псайхаку. Именно тому, которого я видела тогда на арене.
— А вот это уже интересно, — напомнил о себе Ос, потому что я, глядя на массивного зайца, угловатой формы, но вполне стильной наружности, как если бы обыкновенного отечественного гар-трона превратили в киборга иностранного производства, позабыла обо всем, — это ответ на страх?
— На ужас, — тихо прошептала я, — гневаться не вышло.
— Что тебя напугало? — участливо спросил Ос.
— Псайхак Негги, он будет участвовать в битве гар-тронов. — Так как взгляд магистра стал вопросительным, я пояснила. — Я и Веницано, мы тоже заявились в игры. На деле — будущие состязания — это конфликт между нами. Мы должны выиграть. Я представила, как Псайхак добивает на арене наш проект, и вещество спроецировало в ответ этот образ.
— Но это же замечательно! — воскликнул магистр Ос. — Материя подстраивается под твое мышление. Перед этим обретя необходимую для этого субстанцию, изменив структуру и под питавшись магией. Вещество, из которого ты способна творить все, что угодно, а также получать подсказки по решению твоих проблем. Главное, верно задать эмоцию!
— Мне радоваться или плакать? — я почувствовала, что моя магия, это что-то из ряда вон выходящее, а значит, стоит ли об этом распространяться? Как бы научные умы не сделали из адепта ТМАУ подопытного кролика.
— Эмоцию радости мы уже проверили, грусть ты продемонстрировала в прошлый раз, — несколько иначе растолковал мой вопрос магистр. — Любые изменения в твоем настроении дают эффект решения проблемы. То есть, материя, обеспеченная магией, пытается тебя порадовать. Эмоция радости несет просто красивые образы или показывает счастливые воспоминания. Нужно проверить «волнение». Сэм? — каким-то странным тоном произнес Ос, расстегивая свою светлую хламиду и шагая ко мне медленно, словно хищник.
— Аааа, магистр, Ос! Что вы делаете? — отступать было некуда, я лишь облокотилась руками о стол, где лежали вещества для эксперимента.
— А ты как думаешь? — поиграл бровями магистр, стянув с себя хламиду окончательно и оставшись лишь в светлых брюках.
Глаза я намерено закрыла, ибо на фривольного магистра не было терпения смотреть — сердце зашлось в бешенном ритме, из груди разом выбился весь воздух. Но подсмотреть — подсмотрела. Надеюсь незаметно. Фигура у Оса шикарной оказалась — подтянутый, широкоплечий, на теле просматривались красивые рельефы, как если бы человек постоянно тренировался. Поймала себя на том, что уже бесстыдно рассматриваю Оса, застывшего возле меня. Увела взгляд в сторону только чтобы не краснеть и увидела изменившееся вещество. Из материи появился радужный купидончик — кудрявый такой с милыми крылышками, игриво помахал мне руками и пустил импровизированную стрелу из лука в магистра. А вокруг купидона лопались сердечки. Лопались и снова образовывались. Я обреченно выдохнула и решила, что нужно что-то срочно предпринимать, пока Ос не обернулся и не увидел милого ангелочка с сердечками. Вытянула руки вперед, испуганно простонав:
— Хватит!
Хватило лишь одной секунды, чтобы магическая материя, преобразованная в длинные жгуты, набросилась на Оса и перевязала его, лишив воли для каких-либо маневров.
— Хм, — не стал расстраиваться Ос, — я продолжительное время ждал, когда это случиться. Почему материя не оказала действия сразу?
Вообще-то оказала, но рассказывать я не стала.
— Не боитесь выставлять себя в качестве эксперимента? — упрекнула я магистра. Ждал он, значит…
— Волнение — не страх. Так зачем материя станет меня калечить? Кстати говоря, вещество стало твердым. Помимо того, что материя меняет формы, она вполне может выбирать состояние, необходимое в определенный момент времени. А сейчас, Сэм, измени состояние и заставать структуру измениться. Способ ты знаешь.
Вызвав в себе необходимую эмоцию, обратилась к веществу, которое в ответ ослабила жгуты и медленно стеклась в одну большую круглую каплю. Опять же, по моему запросу вещество уменьшилось в несколько раз, а затем затвердело. Я выдвинула руку вперед, и шарик прыгнул мне в ладонь. Ощутила холод, как от металла.
— Молодец, Сэм! — искренне обрадовался Ос, наконец, завернув свое шикарное тело в халат. — Ты начинаешь овладевать своим даром. По крайней мере, принцип ты освоила. Но… наш эксперимент занял прилично времени, и скоро начнутся твои и мои пары. Так что с остальными веществами продолжим немного позднее.
Украдкой бросила взгляд на куб с молниями — очень хотелось попробовать.
— С чистой энергией мы будем заниматься в последнюю очередь, — ухмыльнулся по-доброму Ос, — иначе ты точно лабораторию на воздух пустишь. — Зая! — обратился он к своему гар-трону, все это время колдовавшему над электрогенератором, и пояснил уже мне. — Теперь, благодаря некоторым, мой робот откликается только на это имя.
Гар-трон. кхм… космического пирата, Зая, одним прыжком преодолел расстояние до нас, весело мигая синими ушками-лампочками.
— Передай Сэм плату.
Милый гар-трончик вскрыл себя и передал мне небольшую плоскую штуковину.
— А как же ты, зая? — не мог же робо-механизм без платы работать.
— Не беспокойся, у нас таких не одна, — улыбаясь сообщил Ос, а Зая продемонстрировал, вынув еще десяток плат и еще каких-то зап. частей, водрузив их на стол.
— И как в тебе столько уместилось? — удивленно расширила глаза я, когда кучка из металла возвысилась над самим роботом.
— Прекрати, Зая! — остановил гар-трона Ос. — Не нужно Сэм все показывать. Она просила только одну плату.
Гар-трончик комично развел руками и начал запихивать в себя все зап. части обратно.
— Спасибо! — поблагодарила я, не став вдаваться в подробности, откуда у этих двоих столько всякого рода нужных железяк.
Покинув лабораторию, задумчиво брела по коридору, рассматривая в ладони шарик. Ос не напомнил о преобразованном веществе, и я не стала возвращать, оставив себе, как память об удачном эксперименте.
— Эх, был бы ты умным, как само-развивающийся интеллект, Очаровательная Канн!
Это из области фантастики конечно, переплюнуть в знаниях супер-смартроид нереально. Кстати, Канн я встретила немного погодя. Она что-то втолковывала адепту, а тот в это время восхищенно на нее посматривал. Влюбленными такими глазами. А я осознала правоту своей догадки, что некоторые представители мужского пола в нашей академии специально вызывали голограмму, выдумывая проблемы, лишь бы лишний разок поглазеть на Очаровательную Канн. Заметив меня, она распрощалась со студентом и двинулась ко мне.
— Сэм, вот и ты! — проговорила голограмма, словно бы искала меня, но долгое время не находила. — Прости меня за прошлое занятие.
— За что? Это же моя вина. — я уставилась на Канн непонимающе. Действительно — гар-трон покалечил нос Динара из-за неконтролируемых эмоций.