Барнар - мир на костях 2 (СИ)
— Кто ты такая? И что тебе нужно? — он приставил к её шее клинок.
Девушка нисколько не испугалась неожиданного появления сзади. Она спокойно развернулась. При свете на него уставились серо-голубые и холодные глаза незнакомки. Под одним из которых был причудливый чёрный узор на коже.
— Меня зовут Фрида. Я аливитянка из земель Саркена.
Конрад заметил, что её красивые груди лишь едва прикрыты вставками из искусного золота, напоминающие по строению кольчугу.
— Я так полагаю, вы знакомы с нашей правительницей Ханной?
— Да. Когда-то встречался с ней. Она оставила моему другу медальон с двусторонним топором. И после осады крепостей о ней разошёлся в окрестностях славный слух, как о замечательной воительнице. Только тогда я узнал, кем та являлась на самом деле. Говорят, что она до сих пор находится в местном госпитале.
— Всё верно. И она тоже успела наслушаться там историй о великом наёмнике. Ханна вспомнила и тебя, и твоих друзей. И сказала, что ты хороший человек. А я должна тебя спасти.
— Что? — мужчина сморщил лоб.
— Я бы сейчас и больше рассказала, но боюсь, что у нас слишком мало времени. Если уж я нашла этот ночлег, то и люди короля вот-вот будут здесь. Скажу кратко: я визионерка. Ведаю то, что позволяют небеса. И тебя на рассвете казнят. Так что уходим! Нас ждут лошади.
Конрад не хотел доверяться ей, но в то же время и не понимал, какой смысл той лгать.
— Постой. Я не могу уехать один. Здесь, в городе у меня есть ученица Бригида. Она не поймёт, почему я её бросил.
— У выхода стоит девушка из моего отряда. Так что скорее цапарай записку. Она передаст.
— Но девочка не умеет читать.
Фрида закатила глаза и, схватив его за руку, повела к выходу из ночлежки. Небо уже начинало сереть и проясняться перед рассветом. Под навесом рядом стояла девушка в коричневом плаще.
— Сальма, — обратилась к ней Фрида. — Сейчас наемник изложит тебе на словах послание. Передашь его кое-кому в городе?
Та кивнула, и Конрад сообщил: где находится Бригида. Он попросил объяснить ребёнку причину его отъезда. И немного погодя добавил шепотом, что если что, то они на целый день остановятся в лесу у городка Бьюи. Сальма выслушала и повернулась к Фриде.
— Правительнице мне что-то передать?
— Скажи, что со мной сила нашего народа. И что я решила всё окончательно.
Девушка кивнула и быстро скрылась в соседнем переулке.
— А это ты сейчас о чем ей сказала? Что ты решила? — поинтересовался Конрад.
— Давай я объясню тебе всё, когда уберемся подальше, — она направилась к повороту и свернула на соседнюю улицу.
Наемник последовал за Фридой. Там, у отесанного столба с подковой, находилось две подвязанных лошади.
— Нас будет трое, — мужчина почесал затылок. — Моего друга нужно забрать. Ты этого не предвидела?
— Конрад, а ты знаешь, ясновидящие не абсолютно всё видят, а только кусочки судьбы? — она нахмурилась.
— А как мы поедем?
— Я не кусаюсь. Можешь пристраиваться сзади.
Наемник запрыгнул в седло. Девушка уселась вперёд. От её волос веяло приятным запахом жасмина. Фрида прижалась своими упругими ягодицами прямо к его лобку. Она взяла поводья от второй кобылы.
— Поехали за другом. Чего сидишь? — аливитянка нежно дотронулась до его колена. И от этого прикосновения по коже мужчины пробежали мурашки. У него слишком давно не было женщины.
Они помчались по пустынным улицам. Вдали до них уже доносились крики воинов короля. Те обыскивали все таверны в квартале, громко шумя. Медлить больше нельзя. Разбудив и забрав ворчливого и ничего не понимающего Иорика, беглецы повернули лошадей к ближайшим восточным воротам.
Чтобы вырваться за стены, нужно разобраться с привратниками в постовой башне и повернуть колесо ворота, которое поднимает и опускает мост. Конрад спешился и помчался наверх. Девушка последовала за ним, но наемник уговорил её остаться на месте. Ибо он может прекрасно обойтись без помощи. И будет куда лучше, если аливитянок не заметят во всём этом деле. Иначе у Ханны могут быть проблемы с королём Дормана.
Мужчина отворил узкую дверь и бесшумно проскочил по ступеням витой лестницы наверх. Затаившись за стеной, он услышал, как стражники перекусывали элем и варёными яйцами с мясом. Судя по голосам, их было всего двое. Они обсуждали череду странных убийств в окрестностях.
Конрад вынул из ножен меч и бросился к ним в помещение. Те повскакивали с табуретов. Тела привратников покрывала кольчуга, поверх которой свисали красные накидки. Воины тоже вооружились лежавшими рядом палашами.
— Надо же. Сам наемник к нам пожаловал, — сказал один из них, обтирая длинные рыжие усы от еды. — Тебя уже ищут, чтобы заключить под стражу.
— Я бы на вашем месте дал спокойно себя связать. И тогда в вашем теле не будет смертоносных ран, — заметил наемник, подходя всё ближе.
— Ещё чего! — огрызнулся второй. — Король нас за такое не похвалит. Лишаться должности и службы из-за такого потрошителя, как ты?
Конрад не сразу понял, почему о нём так говорят. В следующую секунду привратники вдвоём набросились на него.
Наемник своим клинком направил оружие воина вверх и со всей силы пнув, пронзил руку. Тот выронил лезвие. Когда он резко обернулся, то заметил, как второй бежит в соседнюю вышку, чтобы бить в колокол об опасности. Ещё мгновение и этот звук перечеркнет напрочь всё. Конрад быстро вынул нож из сапога и метнул его в шею привратнику. Убегавший замер и с хрипом наклонился назад, раскинув руки в стороны. Тело убитого рухнуло на дощатый пол.
Конрад повернул колесо и отпер ворота, опустив мост. Всадники получили путь к свободе. Кони неслись во весь опор.
— Куда мы направимся? За нами могут устроить погоню? — Бэбкок взволнованно озирался назад.
— Укроемся в лесу, где проходит дорога на Бьюик. Я знаю, как сократить путь. Когда только прибыл в здешние края, мы с Грегори пересекали реку в брод. За мной!
Добравшись до берега, где росли ивы, они пустили коней вниз. Конрад верно вспомнил место. Вода не доходила даже до колен скакунов. Погода была на их стороне. С сизого неба посыпались густо снежинки. Они засыпают собой следы беглецов.
Перебравшись на другую сторону реки, всадники через хлопья снега видели кроны угрюмых деревьев. Оставалось совсем немного. Поэт укутался в свою тёплую накидку еще плотнее. Фрида же вынула из седельных сумок волчью шубу изящной работы, украшенную лазурными камнями.
— У нас в Саркене всегда тепло, а вместо снегов частые ливни. Но я знала, что меня ждут иные земли, — она с некой грустью улыбнулась.
— А зачем нам останавливаться в лесу? — спросил Бэбкок. — Мы же там окоченеем. Не лучше ли отправиться дальше?
— Не замерзнешь. Насобираем ветви лапника. Он поможет сохранить температуру. Костёр разжигать нельзя. К тому же спать не придётся. Нужно стоять на посту. Мы слишком близко к Остбону.
— Ты так и не ответил ему: почему? — заметила Фрида.
— Потому что я обещал Бригиде. Я должен быть с ней честен. Если она захочет остаться ученицей, то мы её дождёмся. Та нуждается во мне.
— Что? — удивилась аливитянка. — Так вот что ты прошептал Сальме? Ты рехнулся? Я, конечно, понимаю, что ты хочешь помочь ребёнку и прочее. Но сейчас не время, чтобы нянчиться с детьми. Конрад, я видела отрывки твоего будущего… Поверь мне, девочке не место там. Рядом с тобой не может быть безопасно.
Конрад ничего не ответил, а повел лошадь дальше, чтобы добраться к лесу до сильного снегопада.
— Подожди… Ты же говорил, что у Бригиды тяжело больная мать в городе. Неужели она оставит её?
— Я не знаю, Бэбкок. Но я обязан был объяснить ей всё и дать шанс. А что с ним делать, пусть решает, как хочет.
Когда компания добралась до лесной полосы. Поэт перепрыгивал с ноги на ногу.
— А у нас есть что-нибудь поесть?
Фрида, которая готовилась к такому путешествию заранее, сняла с кобылы один из мешков и кинула ему.
— Там много всего. Только сильно всё же не налегай.