Подвиньтесь, босс! (СИ)

Неуютная тишина разрушается ревом мотоцикла, неумолимо приближающегося к нам. Яркий свет фары ослепляет, я жмурюсь и отворачиваю лицо. Жар выхлопной трубы окатывает мои голые лодыжки, и шум утихает.
Ваня отвлекается и, наконец, не давит на меня своей близостью. Он разворачивается к человеку, что прервал наш разговор своим внезапным появлением, и расправляет плечи, на случай, если придется драться.
Байкер легко перекидывает ногу, слезая с огромного железного коня, и лениво поворачивается к нам.
— Давид? — не в силах сдержать удивления, озвучиваю мысли.
— Привет, малышка! — не обращая внимания на Ваню, босс решительно шагает ко мне, нежно берет мое лицо в ладони и целует.
  
11
 
Сначала просто прикасается губами, но уже от этого по животу растекается волнительное чувство. Я слышу, как от теплого тела исходит аромат парфюма, смешанный с запахом кожи. Чуть шершавые прохладные ладони, нежно, но уверенно поглаживают мои скулы, скользят к затылку и возвращаются назад…и приятный трепет начинает нестись с бешеной скоростью. Я выдыхаю, и босс, восприняв это, как «сдаюсь», углубляет поцелуй.
Рука обвивает талию, и контраст холода и жара, поддает масла в костер, разгорающийся внутри меня. Босс целует меня и нежно, и нагло. Целует и прижимает к себе, будто пытаясь согреть. Но мне уже не холодно. Сердце колотится, вырываясь из груди. Воздуха не хватает и голова кружится.
Чувствуя, что сопротивления с моей стороны нет, Давид, поглаживая поясницу, спускается ниже. Сквозь тонкую ткань прикосновения кажутся слишком нежными. Я, окончательно поплыв, отдаюсь этим чудесным мгновениям. Была не была. Все равно уже целуемся!
И тут Давид, ладонь которого поглаживает мою задницу, спускается к бедру, проникает под короткое платье и жадно сминает ягодицу.
Мгновенно трезвею, отталкивая от себя босса. Мысли путаются, я в полной растерянности. Что это было? И как быть дальше? Это же босс! А Ваня? Пялюсь на Давида, тяжело дыша, а это красавчик довольно улыбается. Правда дышит тоже глубоко и быстро.
— Что? — спрашивает он, едва ли не смеясь.
— Вы что себе позволяете?
— Согласен. Немного переборщил. Не смог удержаться.
Чувствую, что готова вспыхнуть. И снова не могу подобрать приличных слов, чтобы высказать этому нахалу все, что о нем думаю. Поджимаю губы и зло пыхчу в его сторону.
— Расслабьтесь, Лен! — он возвращается на опасно-близкое расстояние и, не дожидаясь моего согласия, забирает цветы из рук, кладет их на крышу автомобиля, берет мою ладонь и тащит за собой.
— Я всего лишь избавил вас от проблем!
Пытаюсь упираться, пока мы обходим его железного рычащего монстра, но Давид будто не чувствует моих жалких попыток остановить его.
— Вы же сами сказали, от мужчин одни проблемы. Я помню.
— Вот именно! — гневно фыркаю.
— И где ваша благодарность? — издевается он, — назойливый поклонник сбежал. Теперь вы свободны и можете поужинать со мной. И не смейте говорить, что худеете. Во-первых, худеющие не едят пироги и пиццу, а во-вторых, вы в шикарной форме.
Поток комплиментов, смешанных с возмутительной наглой уверенностью, возбуждает и заставляет вовлечься в словесную перепалку. Об исчезнувшем Ване я думать не хочу. А вот чувствовать свою руку в горячей большой руке босса, очень даже не против.
— Так это вы меня спасали? — останавливаемся у дороги с вереницей припаркованных машин, и босс, поначалу игнорируя мой вопрос, достает из внутреннего кармана мобильный и записывает голосовое.
— Мы на улице за клубом.
Не успеваю сообразить, что этот «спасатель» опять задумал, как тот распахивает косуху, резко вжимает меня в себя, и укутывает полами куртки.
— Вы же замерзли! — сообщает он на мое неозвученное возмущение, и понимаю, что он прав. Бунтовать в принципе будет неправильно.
Но между нами все неправильно. Начиная с того, что он мой начальник, и заканчивая тем, что даже облапав меня и совсем не невинно поцеловав, он продолжает называть меня на вы.
На дороге останавливается какая-то жутко навороченная тачка с прожекторами на крыше, и из нее выходит амбал. Ростом как босс, но в плечах раза два шире, хотя и Давид не щуплый паренек.
 
Босс распахивает переднюю дверь и мягко подталкивает, чтобы села внутрь, одновременно забирая ключи у водителя.
— Я не собираюсь с вами ужинать! — выдаю я, пытаясь ускользнуть сквозь узкое пространство между дверью и боссом.
— Тогда отвезу вас домой.
— Я сама доберусь.
Тут же вспоминаю, что с этими странными порывами босса, забыла закрыть машину.
— Ну позвольте побыть рыцарем до победного! — смеется Давид, — вашу машину доставят к подъезду.
Не дожидаясь от меня согласия, Давид-таки усаживает меня на переднее сиденье.
— Удобно? — интересуется он, пристегивая. Чтобы не сбежала, видимо.
— Удобно, — недовольно ворчу, понимая, что ничего не понимаю.
Он обходит машину, и когда фары ярко подсвечивают мужскую фигуру, восхищаюсь его сложением. Красивый, богатый, уверенный в себе и наглый. Все как девочки любят. И чего я не могу расслабиться? Наверное, потому что он мой босс…
Заводит мотор, и тот отзывается приятным низким рыком.
— А ключи? — держу в руках ключ от своей малышки, а Давид снисходительно улыбается.
Понятно. Его людям не нужны какие-то ключи. Они берут все, что захотят. Возможно, это и ко мне относится.
Едем по ночному городу. В машине тепло и пахнет боссом. Я держу платье, чтобы не задралось выше, потому что оно и так открывает мои ноги почти полностью. К слову, шеф вроде и не пялится. И рук больше не распускает.
— И все-таки, можно узнать, зачем вы это сделали? — не выдерживаю я. Хочу услышать четкий ответ: он решил сделать меня своей подстилкой в офисе, или, в чем я сильно сомневаюсь, хочет отношений? В то, что Давид действительно посчитал, что спас меня, неохотно верится.
— Лена, все просто, — не отрывая взгляда от дороги, отвечает босс, — вы же ценный сотрудник? — бросает короткий взгляд, как на непонимающую школьницу.
— До вашего прихода все считали так, — не могу удержаться, чтобы не съязвить.
— Я тоже изменил свое мнение.
— Хм! — отворачиваюсь к окну. Вот нет, чтобы извиниться! Сказано, наглец.
— Так вот. Я не могу разбрасываться ценными кадрами. А поклонники, это знаете ли, мысли не о том, потом свадьба, декретный отпуск…
— Вы сейчас серьезно?
— Конечно! — его живот начинает подрагивать от сдерживаемых смешков, — боссы не шутят. Точно не хотите поужинать?
Поднимаю брови, удивляясь его непосредственности. Качаю головой, будто Давид — тяжелый случай, и снова отворачиваюсь к окну. В зеркале заднего вида вижу свою машину. Едет за нами.
— Прогуляться не предлагаю. Вы раздеты…
— Разве выгуливать ценных кадров входит в обязанности босса-спасателя?
— Разве это не может быть моей личной инициативой?
— Она наказуема, вам ли не знать.
— Я просто впечатлен вашим выступлением.
До дома остается минут пять, и мы проводим их в тишине. Босс смотрит на дорогу, я на свою малышку в боковом зеркале. Уверенная, что эйфория от поцелуя у шефа поутихла, да и мои отказы поужинать и погулять под луной чуть отрезвили шефа, я успокаиваюсь. Но стоит нам остановиться у моего подъезда, как шеф прерывает молчание.
— А завтра? — поворачивается ко мне и кладет локоть на спинку сиденья. Ничего такого, но почему-то это движение снова будоражит бабочек, что притихли в моем животе.
— Что завтра? — дрожащими руками отстегиваю ремень безопасности, чтобы убраться из замкнутого пространства прежде, чем натворю дел. Все эти поцелуи, знаете ли, слишком возбуждающе действуют на меня.
— Вы поете завтра?
— Пою. На закрытом мероприятии. Посторонним вход В.
— Свадьба? Похороны? — снова веселится босс.
— Свадьба, потом похороны, — отвечаю тем же тоном.
Ничего не отвечая, Давид выходит из машины, помогает выйти из его высокого внедорожника. Амбал уже припарковал мою малышку и бросает ключи боссу. Те тяжело бряцают, пойманные в его ладонь, и он возвращает их мне, держа двумя пальцами. Забираю, стараясь не касаться его.