Подвиньтесь, босс! (СИ)

Сознание возвращается лишь тогда, когда дверца хлопает, и прохладный воздух окатывает мои распаленные щеки.
Шарахаюсь от Давида, ударяясь головой о стекло двери. Он непонимающе смотрит затуманенным взглядом.
— Не стоило этого делать! — пытаюсь отдышаться, поправляя растрепанную прическу.
— Лена! — хочет вразумить меня босс.
— Пожалуйста! — почему-то накатывают слезы. Так обидно, черт! Я не стану любовницей Давида. Не позволю себе так низко пасть, чтобы оказывать услуги на заднем сидении авто или за рабочим столом. — Отвезите меня назад.
— Мы собирались обедать, — Давид уже собран, и кажется, понял, что ему не светит секс.
— Нет.
— Просто обедать, Лена.
Выходит сам, открывает дверь, ловит мою ладонь и слегка тянет на себя.
— Лена! Я должен вам обед. Обещаю, не выпускать дикаря из пещеры…
Выхожу, отмечая, что не такой босс и урод.
— …пока вы сами не захотите.
Вздыхаю. А он не теряет надежды!
Переходим узкую дорожку, идущую вдоль целой галереи ресторанов. Веранды каждого из них украшены стильными композициями из живых цветов, на столах — свежие букеты, незажженные свечи, а на спинках стульев — аккуратно сложенные пледы с логотипами заведений.
— Сегодня прохладно. Предлагаю пообедать внутри, — вроде и спрашивает, но сам ведет меня внутрь, причем, не выпуская моей руки.
Входим в один из ресторанов. Давид здоровается с администратором и уверенно шагает к столику, рядом с которым уже крутится официант.
Светлое место с ближневосточным колоритом. От ненавязчивого аромата, доносящегося с открытой кухни, в желудке тихонько урчит. А стоит увидеть, блестящую от сиропа пахлаву, красующиеся на витрине, как рот наполняется слюной. Пока идем к столику, наблюдаю, как руки мастерицы вымешивают тесто для лепешки. Разглядываю роспись на потолке и чудные люстры из марокканского стекла, пол приятных терракотовых оттенков, на котором из идеально подобранной мозаики выложены цветы.
Давид не торопит, дает возможность рассмотреть все детали. Только у столика он отпускает мою руку, отодвигает тяжелое кресло и усаживает меня. Взглядом отказывается от меню, видимо, знает его наизусть. Для меня же большинство названий ничего не говорят. Смотрю на босса, прося помощи, и тот начинает дотошно расспрашивать, что я люблю и озвучивает официанту то, что, по его мнению, обязательно меня впечатлит. Но для начала просит принести чай на травах.
— Какой соус желаете к мясу? — парень, обслуживающий наш стол, добродушно улыбается и сам перечисляет названия, сразу же уточняя о составе.
— Вот! Этот! — киваю ему, услышав в составе нужный ингредиент — чеснок!
— Очень острый, — деликатно уточняет парень, мельком взглянув на моего босса.
— Отличное средство от вампиров. Неандертальских, — улыбаюсь ему, намекая на то, что не собираюсь менять решения.
— Я таких не знаю…— задумывается официант.
— Оооо! Вам повезло. Они набрасываются внезапно, так, что жертва не успевает оказать сопротивление, и присасываются надолго, пока та не начинает биться в истерическом припадке. Представляете? — пытаюсь изобразить искренний ужас, но не выдерживаю и смеюсь.
Наконец, парень, понимает, что это была шутка, кивает и уходит, пообещав напоить нас чаем в самом ближайшем времени. А я ловлю на себе ехиднейший взгляд босса.
— Что? Чеснок не любите? — смеюсь над ним, вставая с места, — пойду руки вымою.
И удираю, пока босс иронично качает головой.
Мою руки, рассматривая свои припухшие губы в небольшом зеркале над раковиной, стилизованном под окно восточного дворца. Нет. С этим надо что-то делать. Не с губами, с боссом. Что-то взялся он за меня активно. Чересчур. Это с одной стороны льстит, все же мужчина он видный. Но с другой пугает. Такие точно не ищут серьезных отношений, а периодические встречи за дорогие подарки для меня унизительны.
Умываю лицо, чтобы остыть от поцелуев в машине окончательно, вытираю его одноразовым полотенцем, из которых в плетеной корзинке сложена целая горка, и выхожу, решив для себя, что больше не позволю подобных игр с собой.
 
К моему большому удивлению, обед проходит настолько спокойно и даже душевно, что я забываю обо всех претензиях к этому человеку и пропитываюсь интересом к его жизни и увлечениям. По мере того, как на столе появляются все новые ароматные блюда и напитки, а я тайком расстегиваю пуговки на юбке, Давид все сильнее заставляет пересмотреть мое отношение к нему. А после откровений о его любви к джазу, я и вовсе готова сдать свою крепость.
— Я больше не могу! — выдыхаю, с сожалением глядя на очередное блюдо. Ребрышки ягненка блестят от сока, и аромат жаренного мяса гармонично сочетается с ароматом бакинских помидор и свежайшей зелени.
— Вы еще не все попробовали.
— Я заказывала один стейк! И немного овощей! — возмущаюсь я, вспоминая, какое количество еды в меня поместилось.
— И соус! — уточняет босс, коварно улыбаясь.
И тут я понимаю, что соус как раз и не попробовала.
— Кстати, где он? — изгибаю бровь, с укором глядя на Давида.
— Унесли, наверное. Он же был к мясу, — босс пожимает плечами.
— Так этот гастрономический рай был для отвлечения? То есть, вы закармливали меня всем, лишь бы я тот соус не успела съесть?
— Сработало? — улыбается босс.
— Сработало, — улыбаюсь в ответ.
— К тому же, сытая женщина, довольная женщина. И спокойная.
— А вы знаток. Только, если женщину постоянно кормить…
— Десерт? — прерывает меня босс, подзывая официанта.
Да…похоже, он любитель девочек с формами. Или
— Благодарю. Мне достаточно, — хотя попробовать те соблазнительные ромбики с орешками я бы не отказалась.
— Лучшее из десертов выберите. Возьмем с собой.
Ну прям добрый волшебник, угадывающий мои желания. 
В офис мы возвращаемся в абсолютно дружелюбном настроении. Давид больше не касается меня, ведет себя хоть и тепло, но никаких нарушений личного пространства. Даже обидно становится. Ну а что я хотела. Сама дала понять, то мне шашни подобные не интересны. Чесноком вон мужика пугала. Он же не идиот, чтобы не понять этого. И явно не из тех, что будут измором брать. Взрослые люди: нет так нет.
Возвращаемся в офис в отличном настроении. В моих руках аккуратный бумажный пакет, внутри которого коробочка с десертом, и я уже жду вечера, когда вернусь домой и получу очередную порцию наслаждения.
Как только авто занимает место на парковке, Давид выходит, огибает машину сзади, открывает мою дверь и подает руку. Боюсь его касаться. Кажется, я только начала успокаиваться и расслабляться, а тут опять.
— Лена, — мягко настаивает он, ведь мое замешательство очевидно.
Молча вкладываю руку в его ладонь и выхожу. Пытаюсь немного отстать, чтобы расстояние между нами увеличилось, и руки разъединились сами собой, но Давид замедляет шаг, даже и не думая отпускать меня. Смотрит странно, многообещающе так… Похоже, в лифте меня ждет расплата за чеснок.
Мы снова в замкнутом пространстве. Уши закладывает то ли от скорости лифта, то ли от неловкой тишины, что окутывает нас. Я жмусь в угол, пытаясь отстраненно разглядывать кнопки этажей, а Давид нависает надо мной.
— Не нужно делать из меня чудовище! — не рычит, но почти…
— Вы про вампира-неандертальца? — кошу под дурочку, мысленно отсчитывая секунды до прибытия на нужный этаж, — я пошутила. Извините, если вам показалось это неуместным.
— Я про твой глупый страх оказаться со мной наедине.
Этот резкий переход на ты ошарашивает. Похоже, игры в вежливость закончились. Смотрю на босса и вижу, как тот злится. Брови сведены, губы поджаты, дышит громко. От него исходит какая-то животная страсть, смешанная с несогласием быть отвергнутым. И это делает его еще привлекательнее.
— Вы мой босс, — пищу под прицельным взглядом, надеясь отрезвить его и протрезветь самой. Потому что от вибраций, что исходят от мужчины, ноги становятся ватными и тело так и просится в крепкие объятья.