Подвиньтесь, босс! (СИ)

— Подоить козу…— добавляю, таким же мечтательным тоном.
— Вы сейчас серьезно? — Давид, нахмурившись смотрит на меня, будто от моего ответа зависят судьбы миллионов.
— Конечно! До сих пор вспоминаю, как проводила каникулы у бабушки. Обожала вставать в пять утра и бежала впереди нее, чтобы успеть подоить любимую Белку. А она давалась только, если я надевала бабушкин халат и косынку.
— А современные дети лишены такой возможности.
Соглашаюсь.
— Мы с вами смотрим в одном направлении. Это прекрасно, — потирает руки босс.
— И что от нас требуется? — до сих пор не понимаю, при чем здесь империя «Дримерс» и забытые деревни.
— Участие. Непосредственное и активное.
— Не понимаю.
— Эксклюзивный заказ. Нам нужно разработать стратегию привлечения туристов в деревню. А когда мы их заманим…— злорадно улыбается, — чтобы сами захотели там остаться.
С таким я работаю впервые, но мозг уже генерирует картинки счастливых лиц детей, удирающих от гуся.
— Возьметесь? В качестве руководителя проекта?
Глаза округляются. Вот это босса штормит. То увольняет за профнепригодность, то назначает главной на ответственный крупный проект.
— Конечно! — чуть ли не подпрыгиваю на месте я, но тут же оседаю.
— Тогда, вы уволены.
Моргаю, беззвучно, открывая рот. Босс сбрендил? Иначе, как можно объяснить его «вы уволены»?
— Лена! Вы больше не секретарь.
Ах вот оно что…а я уж было его в неадекваты записала.
— В кадрах удивятся…За две недели уже третья должность.
Давид мнется в лице, и меня начинает точить червячок сомнений.
— Не совсем так. Лена, вы уволены из «Дримерс». Теперь вы работаете на меня.
— Вот прям на вас?
— Прям на меня, — улыбается.
— А Серж? То есть, Сергей Александрович?
— Он не против.
— То есть, он в курсе, что вы переманиваете сотрудников «Дримерс»?
— «Дримерс» в данном случает будет работать на меня. Так что, это и в его интересах.
Не хочется вникать в их семейные дела, но как бы скандала не вышло. Хотя, какая мне разница. Я мечтала попасть в высшие круги, я в них попаду. И даже не через постель.
Через деревенский сеновал!
Начинаю безудержно смеяться своим мыслям, прикрывая рот рукой. Представляю, как мы с боссом, увлеченные страстью, полностью обнаженные и немного вспотевшие от летнего зноя, кувыркаемся в сене, а оно впивается в задницу. И не только.
— Лена? Почему вы смеетесь?
Я отворачиваюсь, но босс умудряется вывернуться так, чтобы наши лица оказались напротив.
— Скажите мне, я тоже хочу посмеяться!
Похоже, моя истерика заразна, и Давид уже сам едва держится. Но не озвучу же я ему свои больные фантазии.
— Елена Тимофеевна!
Хватает меня за плечи и, легко встряхнув, поворачивает к себе. Смотрит прямо в глаза, а потом на губы. Мигом умолкаю, предчувствуя продолжение истории с поцелуем. И понимаю, что хочу этого сама. Невероятно сильно хочу.
Давид глубоко дышит, я вижу, как вздымается его обнаженная грудь. Во рту мгновенно пересыхает, а тело само тянется к мужчине. Ну я же уволена? А на новую работу пока не принята. Можно считать, что это не пошлый служебный роман. Будь, что будет. Сейчас я хочу его поцеловать.
Едва дышу. Сглатываю. Закрываю глаза и медленно тянусь к нему…
— Давид Александрович! — тишину нарушает мужской низкий голос и нелепое покашливание.
Вздрагиваю, вжимаясь в кресло. Закрыто ведь было!
Стыдоба. Полуголый босс и бывшая секретарша, которая лезет к нему целоваться.
— Принес? — босс собран и рукой подзывает к себе водителя. Похоже, он же и помощник.
— Вот, — тот протягивает портплед с логотипом модного дома и, стараясь не замечать меня, перебрасывается парой слов с Давидом.
Самое время смыться, но мой внешний вид вызовет массу вопросов у коллег, поэтому продолжаю сидеть. Красная как вареный рак.
Стоит водителю выйти, как босс снова придвигается ко мне.
— Лена, мы не закончили, — явно намекает на то, что сейчас будут поцелуи, но момент упущен. Минутная слабость прошла, и я снова держу себя в руках.
— Можно я пойду? — отсаживаюсь на стул подальше, глазами, ища свою блузку и лифчик. Надо их не забыть, иначе, если уборщица это найдет, разговоров не оберешься.
 
— Мы не закончили! — уже тверже повторяет босс, не сводя с меня глаз.
— Я опаздываю! — вскакиваю с места и, подхватив вещи, несусь к выходу. И даже высоченная шпилька новеньких туфель, подаренных боссом, не в силах задержать меня.
— Куда это, можно узнать? — не отстает от меня Давид.
— На работу! — не оборачиваясь, продолжаю попытку бегства.
— На какую работу, Лена! — возмущается он, и все же ловит меня.
Впереди закрытая дверь, сзади полуголый босс. Западня. Но, если я поддамся, то все. Назад дороги не будет.
— В бар! — уверенно отвечаю, дергая ручку запертой двери.
Да когда ж успели-то, господи?
Над головой слышу разочарованный выдох.
— Я отвезу. Только переоденусь.
— Я могу сама. Здесь недалеко, — пытаюсь откреститься от очередной попытки уединиться, но меня никто и слушать не собирается.
— Нет! Мы не закончили!
Оборачиваюсь, и брови мои ползут на лоб от такой наглости босса. Вот же настойчивый!
— Я имею в виду рабочие моменты, Лена! А не то, о чем вы подумали! — язвительно ухмыляется, глядя на мои розовые щеки.
Пока босс надевает свежую рубашку, старательно отвожу глаза. Никогда не думала, что одеваться можно так сексуально. Да чего уж, мой босс просто мастер эротического застегивания рубашек! Стою подглядываю исподлобья, но ровно до того момента, как он расстегивает пуговицу на штанах. Сглатываю и вымученно вздыхаю, рассматривая форму замочной скважины. Оказывается, она интересная такая, фигурная…
Слышу шаги Давида, а после тихое лязганье бляшки ремня. Замираю от одной только мысли, как босс связывает этим самым ремнем мои руки сзади и, дыша в затылок, прикусывает шею.
Господи!
Что за извращенка такая?
Нормальная извращенка! Вполне себе адекватное желание взрослой женщины!
— О чем вы задумались на этот раз, Елена Тимофеевна? — Давид появляется справа и через плечо заглядывает в вырез своего пиджака, который на мне и ни черта не прикрывает грудь без лифчика.
— О работе, Давид Александрович! О чем же еще! — вовремя ловлю себя на мысли, что смотрю на застегнутый на поясе ремень, и снова отвожу взгляд.
Когда босс открывает дверь, вываливаюсь из конференц-зала и жадно хватаю воздух. Кажется, будто я на волю вырвалась. Только воля эта моя ненадолго. Широкий офисный коридор совсем скоро сменится лифтом, потом салоном авто…и мои мозги окончательно поплывут.
До лифта иду следом за боссом, прикрывая его широкой спиной свой странный видок. В руках сминаю блузку и бюстгальтер. Хорошо он без плотных чашек и мне удается сжать его максимально плотно.
— Мне нужно забрать вещи, — вспоминаю о сумке и телефоне.
— Уже, — коротко отвечает босс и кладет руку мне на спину, чтобы шла в нужном направлении.
— И когда вы все успеваете…— ворчу себе под нос, возмущенная его самоуправством.
Воздух в лифте просто искрит. Нутром чую, что думаем об одном и том же. Но никто из нас не решается на активность. Может, оно и к лучшему. Потому что уволенная, я уже не так сильно корю себя за возможную связь с начальником. И пусть мое увольнение лишь формальность, и принятие на новую должность лишь вопрос нескольких часов, та часть меня, что вожделеет горячих поцелуев и не только, уже нашла нужную отмазку и крепко вцепилась в нее. «Не начальник! Значит можно!» — оглушительно орет и мило улыбается.
Моя сумка действительно на заднем сидении, и я тороплюсь спрятать облитую кофе одежду внутрь.
— Знаете, босс, от вас одни убытки!
Тот поднимает бровь, но ничего не говорит.
— Туфли сломала, блузку испортила, белье в конце концов! Я уже не говорю о том, что с нормальной должности меня поперли, так еще нервов вымотали на год вперед!