Золушка для миллионера (СИ)
А Игорь вдруг остановился, перестал меня целовать. Желая продлить волшебные ощущения, обхватила его за поясницу ногами, снова притягивая к себе. Мужской палец стал привычно сминать мои губы. О, этот его характерный жест, этот сосредоточенный облизывающий горящий взгляд!
– Э нет, девочка, если мы так будем продолжать, то я верну тебя детишкам только в следующем учебном году.
– Ваше Сиятельство, – наконец опомнилась я, – слезьте с меня немедленно!
– Золушка, после всего, что между нами было, мне кажется ужасным моветоном обращение на «вы».
– Нет, дорогой принц, ужасным моветоном будет, если после всего, что между нами было, я тресну вас чем-нибудь тяжелым по башке.
– Дашунь, не советую, поскольку это неизменно повлечет агрессивные действия с моей стороны. Но девушек я не бью, поэтому мне захочется тебя наказать другим образом, и тогда мы точно не вернемся в лагерь до побудки.
– А что нужно сделать, чтобы мы вернулись вовремя?!
– Дай подумать, – Богданов так мило нахмурил брови, изобразив озадаченную физиономию.
– Поцеловать…
Я уже потянулась к нему губами, но Игорь упреждающем жестом поднес палец к моим губам.
– Нет, Золушка, нельзя, боюсь, мы снова увлечемся. Лучше повторяй за мной. Игорь, отпусти меня, пожалуйста, а взамен я клятвенно обещаю, когда мы вернемся в город, поехать к тебе и всю ночь быть послушной.
Фыркнула! Ишь чего придумал, нашелся тут падишах.
– Игорь, можно я все-таки тебя тресну.
– Учитывая, сколько сейчас времени, то можно.
Но я не успела воспользоваться его разрешением.
Игорь откатился. Бросил мне в руки мои штаны, сам стал натягивать толстовку.
– Одеваемся быстро, иначе точно не успеем вернуться вовремя.
Я уже почти надела штаны, а потом поняла, что без трусиков.
– Игорь, ты случайно не знаешь, где мое нижнее белье?!
* * *До побудки, назначенной на половину восьмого утра, мы успели, правда большинство девочек в палатке уже не спали, моя попытка проскользнуть мышкой и лечь спать провалилась. Вместо приветствия девочки беззастенчиво спросили:
– Дарья Ивановна, вы с Игорем теперь поженитесь?!
Мама Кати Ждановой прыснула смехом в кулачок, потом деловито откашлялась.
Ой-ой, теперь вся школа будет говорить о моем романе с миллионером, раз уже семи-восьмилетние дети обо всем догадались. Вот тебе, учительница, сложная задачка, попробуй тут правильно ответь. Но отрицать очевидно, глупо.
– Наша симпатия с Игорем Станиславовичем только началась. Даже феи не знают, как все сложится. Может, я познакомлюсь с ним поближе, разочаруюсь, и сама дам ему от ворот поворот.
– Нет, такого быть не может, – убежденно хором воскликнули девочки. – Принцев не бросают!
– Ну, почему же, – возразила Катя Жданова, самая умная девочка моего первого «в». – Фиона из «Шрека» предпочла принцу гоблина.
– Там принц был очень противный и самовлюбленный, – возразила моя тезка Даша Коваленко, – А Игорь совсем другое дело, он классный, – и все девочки, даже мы с мамой Кати Ждановой, согласились с ее выводами. Хотя самолюбования Богданову тоже не занимать.
Вернуть-то Игорь меня вернул, но уже совсем другую. Теперь я сама не своя, теперь я его. Во мне появилась ужасная жажда близости с ним. Хотелось даже, чтобы он снова забросил меня к себе на плечо и везде с собой таскал. Я ведь не тяжелая, всего каких-то 50 килограммов, а Богданов – здоровенный двухметровый лось, его такой вес не сильно затруднит.
Сейчас, когда мы ехали в автобусе, держась за руки, я до ужаса желала большего, залезть к нему на коленки, прижаться всем телом, просить даже на минуту меня не оставлять. Такая вдруг возникшая зависимость ужасно страшила и пугала. Ведь я девочка здравомыслящая (была когда-то), в сказки не верю…
Родители ждали своих детей у школы, ребята с горящими глазами принялись рассказывать о том, как чудесно провели время. Игорь стоял в сторонке, разговаривал с кем-то по телефону, дожидаясь, когда я раздам своих первоклашек в родительские руки. Наконец, все дети были переданы, пожелания хорошо провести лето розданы и получены, благодарности приняты. По мере того, как убавлялись дети, Богданов, нещадно испепеляя меня горячими взглядами, приближался. Кот, кружащий над мышкой, чтобы потом ее сожрать.
Когда последний ребенок с родителями скрылся за поворотом, котяра сделал рывок, точнее, шаг в мою сторону, и снова сцапал мою ладонь в свою лапищу.
– Игорь, куда ты меня опять тащишь?!
– В машину, у меня возникла срочная потребность тебя поцеловать…
Пузырьки шампанского, горячо щекоча, хлынули в живот, а сердце радостно встрепенулось в груди. Внутри меня тоже есть эта жажда, кажется, я сейчас задохнусь, умру от напряжения, если снова не окажусь в его объятьях, не почувствую на губах грешный вкус принцевых поцелуев.
– Игорь, но мне нужно домой.
– Какой домой, мы едем ко мне, и это не обсуждается. Ты обещала всю ночь быть послушной, – такой сосредоточенный, серьезный, прущий как танк. – Золушка, я не готов сейчас с тобой расстаться.
Я тоже испытываю физическую боль, даже когда просто думаю о разлуке. Но, с другой стороны, мне надо немного дистанцироваться, остыть, отдышаться, поразмыслить хорошенько. Я боюсь сгореть, задохнуться от жара, который от нас исходит. А еще больше боюсь, что, насытив свою страсть, Игорь быстро перегорит.
Уперлась кроссовками в асфальт.
– Ваше Сиятельство, я серьезно. Мне нужно домой, там Вера Ильинична волнуется. Кроме того, я очень устала, нам только пару часиков удалось поспать.
Ведь после утоления первой страсти, мы еще пили шампанское, ели вкуснейшие закуски, потом снова занимались любовью. Спать мы легли только в начале четвертого утра.
– У меня отоспишься, – отмахнулся Богданов и даже не притормозил, теперь уже волочил меня по школьному двору, – а своей бабушке-старушке позвонишь по телефону, расскажешь, что жива, здорова и безмерно счастлива.
Ну почему в кроссовки не встроены самовыдвигающиеся в нужный момент шпильки, вдруг они смогли бы хоть немного замедлить этот раскочегаренный донельзя паровоз.
– Нет, Игорь, я не поеду!
– Вот же упрямая коза! – откровенно злился Богданов.
– Мне нужно отдохнуть, немного подумать, заняться домашними делами, в конце концов!
Он остановился, вперил в меня недовольный, до безумия горячий взгляд. Мое сопротивление его раздражало и даже злило. Привык, что всегда получает желаемое, считает, все его капризы должны исполняться, причем немедленно. Но я хочу, чтобы со мной, моими интересами и желаниями, тоже считались.
– Игорь, мне надо домой.
Он молчал и продолжал пялиться на меня недовольным взглядом, Ноздри в гневном раздражении расширились.
– Я обещала Вере Ильиничне помочь убраться в доме, не у всех же есть прислуга. Но, главное, мне нужно отдохнуть, подумать, – упрашивающе лепетали мои губы. – Я валюсь с ног от усталости… и физической, и эмоциональной. У меня внутри так много эмоций, что еще немного, и может случиться бабах.
Принц продолжал молчать.
– Игорь, пожалуйста.
– Хорошо, – наконец тяжко вздохнул Богданов. – Только не смей думать, мало ли что ты себе напридумываешь своей милой головкой. Там полно тараканов. Сегодня я тебя отпускаю, но завтра после работы заберу к себе.
– Игорь, понедельник день тяжелый… у тебя, наверное, будет много дел.
– Завтра я заберу тебя к себе! – отчеканил Игорь, опаляя своими карими глазами с зеленым искрами.
Мне не понравился приказной тон, поэтому я тут же воинственно выставила подбородок.
– Соглашайся, Золушка, – теперь Игорь говорил намного мягче, сделал шаг вперед, подушечка большого пальца лишая воли снова прошлась по моей губе, – или злой Кощей Бессмертный, он же Иванушка-дурачек, прямо сейчас перекинет тебя через плечо и утащит в свое логово. Могу дать передышку только на один день. И так не знаю, как переживу это время.
Мне ничего не оставалось другого, как согласиться, попробуй устоять под напором такой страсти.