Опасный шарм (СИ)

— Ну вот… — расстроилась Олеся. — Приплыли… Постой! Между прочим, врачи не имеют права раскрывать личную информацию. Они не должны сообщать твоему боссу, что ты беременна.
— Не сомневаюсь, они всенепременно это сделают, — усмехнулась я. — Максим Николаевич не просто так тратит деньги на медосмотры. Хочет подстраховаться на случай возможной нетрудоспособности персонала.
— Так-то оно так… Но ты всё равно попытайся договориться с врачом. Объясни ситуацию, дави на жалость.
— Нет, Олесь, не буду я этого делать.
Подруга издала душераздирающий вздох.
— Упрямая и глупая девчонка! Но я всё равно тебя люблю.
— Я тоже тебя люблю, Олесь.
— Обещаю, я наизнанку вывернусь, на трёх работах буду работать, но помогу тебе с ребёнком. Так и знай. Я тебя не брошу.
— Спасибо, Лесечка! — На глазах немедленно выступили слёзы. — Милая моя подружка… Как же я рада, что у вас с Ваней всё хорошо!
22
ЯНА
В клинике я провела три часа, оставив Серёжку на попечении дворецкого. Сразу же заявила терапевту, что жду ребёнка, так как некоторые обследования нельзя проводить во время беременности, и я не хотела, чтобы мне их назначили. Пообщалась с гинекологом и другими специалистами, а потом отправилась домой. Результаты анализов обещали прислать на следующий день.
Я с трепетом думала о предстоящем объяснении с Мельниковым, но ждать приговора пришлось целых три дня, потому что бизнесмен улетел в командировку.
С грустью готовилась вскоре покинуть дом — как же я успела привыкнуть ко всей этой роскоши! Смотрела на чайные розы в вазах, ела изысканные блюда, погружалась в пышную пену в ванной — иногда, уложив ребёнка, я устраивала себе персональный спа-салон.
А как приятно было совершенно забыть о деньгах! Не думать о них, не экономить! Я порезвилась, заказывая одежду для Серёжки, и полностью обновила мальчугану гардероб. При этом даже не смотрела на цены и получила безумное удовольствие от процесса.
Да уж, своему ребёнку я не смогу так запросто всё покупать, придётся подсчитывать каждый рубль…
Ждала возвращения босса и тряслась от ужаса. Казнь отложили, но от этого было ещё хуже. Лучше бы сразу покончить с неопределённостью.
Что сделает Максим Николаевич? Сильно ли он разозлится? Ему придётся разлучить нас с Серёжкой, а ведь мы успели прикипеть друг к другу… Малыш будет плакать… Ужасно, что я стану причиной его слёз.
Из-за Серёжки переживала больше всего. Обнимала зайчонка, не отходила от него ни на шаг — заранее тосковала из-за нашего расставания.
Наверное, Мельников обольёт меня презрением, как это дважды сделал Стас… Тоже назовёт обманщицей… Но теперь-то я не виновата! Тысячи девушек совершенно случайно узнают о своей беременности, вот и я так же…
Наконец хозяин дома вернулся.
Утром, когда Серёжка ещё спал, я услышала внизу голос его отца. Сердце замерло на миг, а потом провалилось в бездонную яму и начало конвульсивно сокращаться где-то там внизу… Несколько минут я напряжённо прислушивалась, выжидала — позовут ли меня для неприятного разговора?
Но Максим Николаевич уехал в офис, а я осталась гореть в огне и ждать развязки. Весь день прошёл как в тумане, Серёжка даже несколько раз дёргал меня за руку: ау, ты где?
И только вечером, в половине десятого, прилетело сообщение от босса:
«Яна, пожалуйста, зайди ко мне».
Пожалуйста… Как вежливо. Но это обманчивая мягкость. Сейчас я зайду в кабинет, а там — разъярённый тигр…
Максим Николаевич сидел за рабочим столом, но едва я вошла, сразу поднялся, взял какую-то бумагу и кивнул мне, указывая сесть на диван. Сам опустился рядом.
Я почувствовала, что щёки начинают пылать, да и уши тоже. Документ в руках босса — это, наверняка, распечатка моих анализов. Вверху страницы красуется логотип той самой клиники, где три дня назад я проходила медосмотр.
Ох, что сейчас будет…
— Яна, хочу, чтобы ты взглянула на это.
Голос бизнесмена звучал как-то странно… А когда я, набравшись смелости, подняла голову и посмотрела ему в лицо, то не смогла расшифровать его взгляд. Привычный голубой лёд в глазах растаял, уступив место… Чему?
 
Я не могла понять.
— Возьми. Прочитай.
Обречённо взяла протянутый мне бланк. Знаю, что ничего нового мне этот документ не скажет.
Ой… Мамочки…
22-2
Не веря своим глазам, я снова и снова перечитывала текст, и от волнения строчки прыгали…
Да не может такого быть!
Изумлённо посмотрела на Мельникова — а он всё это время пристально следил за моей реакцией.
— Максим Николаевич… Как же так? — прошептала внезапно охрипшим голосом. Я была потрясена до такой степени, что едва могла говорить. В висках шумела кровь, сердце тяжело стучало в рёбра, меня бросало то в жар, то в холод…
— Яна… Прежде чем я предложил тебе поработать у нас няней, мои безопасники собрали и предоставили мне всю информацию, какую только удалось найти. В том числе, я увидел и фотографию твоей мамы. Понял, что когда-то был знаком с Викторией.
— Надо же, — выдавила я.
— Вот так, Яна… Двадцать лет назад у нас случился курортный роман… Очень короткий, можно сказать, молниеносный… И когда я наблюдал, как ты играешь с Серёжкой, внутри что-то дрогнуло. Подумал: а вдруг? В жизни всё бывает… Позвонил в клинику и попросил к стандартному обследованию добавить ещё и тест на отцовство. Я должен был проверить свою фантастическую догадку. И анализ ДНК подтвердил, что я не ошибся…
У меня, наверное, был настолько ошалелый вид, что Максим Николаевич резко замолчал и взял меня за руку. Несколько мгновений мы смотрели друг на друга и не двигались. Затем я снова перечитала бланк, лежащий у меня на коленях.
Мать: Корсавина Виктория Дмитриевна
Ребёнок: Корсавина Яна Дмитриевна
Предполагаемый отец: Мельников Максим Николаевич
Вероятность отцовства: 99,999998%
Вывод: Отцовство практически доказано
Как же так?
Новость не укладывалась в голове, она обрушилась на меня, как раскалённый смерч в пустыне, сбила с ног…
А может, это сон? Вдруг я сейчас сплю?
— Но почему… почему вы даже не поинтересовались, чем закончился ваш курортный роман?! — с отчаянием выпалила я. Внутри жгло, крутило. Чудовищная обида поднималась откуда-то снизу и разрасталась в чёрное облако.
— Яна, но я ничего не знал! У нас с твоей мамой был один-единственный… мм… контакт. Но защищённый. Я хотел продолжить наши отношения, но вскоре узнал, что на море Виктория приехала не с подружками, а с другим мужиком. Я увидел их в гостинице… Он был намного старше Вики.
— То есть… Вы хотите сказать… Моя мама приехала на курорт с одним ухажёром и тут же бросилась в объятья к другому?
— Лучше спроси у неё сама. — Уголок рта нервно дёрнулся. — Не хочу обсуждать с тобой моральные принципы твоей мамы. Но и выглядеть в твоих глазах гадом, который поматросил и бросил, тоже не хочу. Для меня семья, дети — огромная ценность.
Я прерывисто вздохнула.
Да, нельзя не признать, что всё так и есть. Я видела, как бизнесмен общается с сыном, с какой нежностью на него смотрит. Наверное, он бы и на меня так же смотрел…
— Я ни за что бы не отказался от тебя, Яна, если бы знал, что ты у меня есть… — подтвердил мою мысль Мельников. — Ты мне веришь, милая?
Он умолк, напряжённо ожидая моего ответа. Я видела, как ходят желваки у него на скулах, как стиснуты челюсти. Чувствовала, что он переживает — ему действительно было важно, чтобы я не считала его подлецом…
Да, ситуация с курортным романом была в духе моей мамочки. Она именно так себя и вела: жонглировала поклонниками, зачастую встречалась с двумя мужчинами одновременно. Поэтому не смогла назвать имя моего отца, сколько я её ни пытала. Она просто не знала, кто из её ухажёров отличился…
Я долго сидела, опустив голову и собираясь с мыслями. Раскалённый тайфун продолжал закручиваться вокруг меня, я вращалась в эпицентре дикого смерча, и перед глазами мелькали чёрные точки.