Десерт для герцога

– В Бернхеме. – Во взгляде Альбина промелькнул интерес. – Маги-наемники обычно просят от двенадцати пенсов в день. Обычные наемники – примерно шесть пенсов в день каждому, если еда, выпивка и вооружение их собственное.
Недешево. Дюжина кур или новые туфли за одного наемника без магии. Но это если кормиться он будет сам, а еды у нас полный погреб, и эль, и пиво. Огород и курятник на заднем дворе. Прокормлю. Но все равно дорого, еда же не с неба в погреб падает. Двенадцать на двадцать четыре… Моих сбережений едва-едва хватит на день.
Стоп, но мне ведь не нужен отряд магов, равный по численности экипажу корабля! Таким, поди, можно и замок штурмовать. Мне нужно, чтобы Гиойм перестал считать нас легкой добычей. Чтобы, получив отпор, задумался, стоят ли четверо потенциальных рабов того, чтобы терять проверенных людей в бою? Особенно когда двое уже погибли от рук людей лорда. Одно дело – сражаться за золото, другое – за живой товар, за которым не доглядел – и получил не товар, а труп.
Возможно, наемника-двух я смогу себе позволить, особенно если Фил поможет.
Возможно, у меня появилась надежда.
Значит, надо еще раз пересчитать наши с Филом сбережения и вместе с ним отправиться в город искать наемников. Нужен мужчина или хотя бы парень в сопровождающие, одинокую девушку в лучшем случае проигнорируют. Если женщина без сопровождения сунется к кому-то вроде наемников, разговаривать станут разве что с респектабельной вдовой, но на респектабельную вдову с хорошо набитой кубышкой я не тяну. Да и вообще по городу лучше одной не шастать.
Конечно, стоило бы заниматься подобными делами не с Филом в качестве сопровождающего, а с кем-нибудь взрослым, кто мог бы и защитить, и поговорить, и договориться, Да где ж такого возьмешь? Я покосилась на Альбина и отогнала эту мысль. Как будто у капитана замковой стражи больше дел нет, кроме как сопровождать дочку трактирщика в город нанимать охрану. К тому же просить его об одолжении просто опасно.
Ева, похоже, вовсе голову потеряла от страха, прежде чем решила обратиться к Альбину. Даже если бы удалось откупиться от Гильема, она бы все равно не смогла жить по-прежнему. Деревенские просто не дали бы прохода, узнав, как именно она добыла деньги, а они бы узнали, и скорее рано, чем поздно. Едва ли Альбин стал бы молчать, оберегая репутацию той, кого он купил, а слухи разлетаются быстро. К тому же он – объект постоянной зависти и злобы: и не господин, и над чернью вознесся. Но его не достать, а на его случайной любовнице отыграться можно легко и безнаказанно. Если решат, будто я спуталась с герцогским сынком, мне житья не дадут.
Попробовать договориться с Джеком, раз уж он все равно в отпуске? Пообещать процент от того, сколько он сможет сторговать с первой запрошенной наемником цены? Нет, то же самое. Он хоть и женат, мужчина молодой, сплетни пойдут мигом. Да и видел и слышал он сегодня предостаточно, чтобы счесть меня доступной. Мало ли что там Альбин пообещал лишнего не позволять, его-то «парни» ничего мне не обещали.
Наверное, лучше стоит поговорить с деревенским священником, чтобы он посоветовал мне кого-нибудь в сопровождающие. Кого-то немолодого, неглупого и нередко бывающего в городе. Я из таких знаю только корчемщика, моего прямого конкурента.
Или лучше все же не защищать трактир? Если он не приносит денег? Может быть, бросить его, но не сбежать, куда глаза глядят, а просто обосноваться в деревне?
Станет ли Гильем нападать на деревню, чтобы проучить меня? Это ведь прямой вызов лорду. Или перебравшись, я поставлю под удар и деревню?
Надо подумать. Надо очень хорошо подумать.
Купить землю у лорда я не смогу. Только арендовать, кроме платы, еще и отрабатывая за нее барщину два дня в неделю. Фил отродясь не пахал и в море на лодке не ходил, хотя как ставить сети знает, конечно. Научится, куда денется. И я научусь. Но арендованную землю лорд может отобрать в любой момент, решив, что ему она нужнее – и в нашей реальности подобное случалось не единожды во все времена.
 
Еще можно завести хозяйство: огород и скотина всегда считались женским делом.
Но ведь у меня уже есть хозяйство! Огород. Куры, кролики, отец собирался завести поросенка, да не успел, а Еве потом было не до того. Даже если трактир в самом деле перестанет приносить деньги, можно прожить этим, к тому же море под боком! Вот разве что налоги за трактир и землю, на которой он стоит… Нужно платить налоги, и яйцами и курятиной не отделаться.
А кто сказал, что у меня и потом не будет постояльцев? В конце концов, в тот ресторан, где я работала, со всего города ездили, и свободных столиков по вечерам не было!
Понятно, что человеку с дороги нужна не высокая кухня. Смогу ли сделать так, чтобы людей прельщала не перспектива незаконного заработка, а вкусная еда и удобная постель? Чтобы условия в моем трактире перевесили возможных «сговорчивых вдовушек»? Борделя у меня не будет!
– Эй, – негромко позвал меня Альбин. – Очнись!
– Да-да, спасибо, все в порядке, – не к месту ответила я.
Я не собираюсь продолжать «дело отца» и заниматься контрабандой. Мне нужен легальный доход и защита.
– Очнись! – повторил Альбин, щелкнув пальцами у меня перед носом.
Я тряхнула головой, приходя в себя.
– Спасибо, ты мне очень помог. А теперь отпусти меня, пожалуйста. Мне нужно подумать, хорошенько подумать, а на ходу это делать проще.
Если… Нет – после того, как Гильем поймет, что ловить у нас нечего, нужно будет сделать так, чтобы ему подобные, оказавшись у нас, видели не беззащитную семью, а полный людей и охранников постоялый двор.
– Как знаешь, – Альбин помог мне спуститься. – Надеюсь, ты собираешься думать не о том, кому еще попробовать продаться?
– Да иди… – Я выдохнула. Это не приятель и не коллега. Это опасный человек, который не намерен избавлять меня от нынешних неприятностей, но может доставить новые. – Прошу прощения, господин. Это была глупость, порожденная отчаянием. И я ни в коем разе не собираюсь ее повторять.
Альбин помолчал, пристально меня разглядывая.
– Я бы вообще не советовал тебе платить этому Гильему.
Значит, я правильно поняла: деньги меня не спасут. Жаль, что этого сразу не поняла Ева. Возможно, все было бы по-другому.
– Спасибо за совет. Я непременно им воспользуюсь. И спасибо за то, что вылечили и подвезли.
Он снова смерил меня взглядом, будто гадая, не было ли в моих словах сарказма. Не было, я действительно пришла в себя и собиралась бороться. Да, здесь ставки выше, чем дома, и жизнь в целом гораздо сложнее. Но я выкручусь. Должна выкрутиться, потому что на кону не только моя жизнь.
  
Глава 10
 
– Погоди-ка, – Альбин нагнулся с коня, схватив меня за плечо, потянулся к щеке. – Да не дергайся ты, ссадину затяну!
Я послушно замерла. Под его пальцами кожа как будто дернулась.
– И шею. Вот так. А то брат решит, что я тебя потрепал и, чего доброго, вознамерится поквитаться за честь сестры.
Он это серьезно? Да такому, как он, Фил на ползуба.
– Не хотелось бы убивать ребенка.
– Спасибо, – поклонилась я.
Может, не такая уж он и сволочь, как хотел казаться? Или просто что-то задумал?
– Ева, – окликнул меня Альбин, когда я уже двинулась прочь от него. Я обернулась.
– Да?
– Ничего не бойся.
Я растерялась, не зная, что ответить. Неужели он хочет сказать, будто намерен меня защитить?
– Все в руках божьих, – добавил Альбин. – И на все воля его.
А, это попытка утешить. Что ж, и на том спасибо. Глупо было надеяться, что сыну герцога не все равно, что станет с детьми трактирщика. И совершенно зря мне показалось, будто в нем есть что-то человеческое. Просто надоело со мной играть.
– Мама говорила «на бога надейся, а сам не плошай». – Я вежливо улыбнулась. – Но вы правы, на все воля его. Еще раз спасибо за все… милорд.
Альбин усмехнулся и развернул коня. Я не стала смотреть ему вслед, устремившись к трактиру, который уже виднелся на фоне неба.