Уроки стихотворной магии (СИ)
— Да, — ответила я и получила за это хмурый взгляд из-под кустистых бровей. Урод ничего не сказал, только хмыкнул и, бросив долгий взгляд на больную, удалился к костру.
После того, как церковники поужинали, остатки их трапезы достались нам. Хотя это "трапезой" назвать язык не поворачивался: куски пересохших хлебных сухарей и жиденькая овсянка на дне котелка. Но кому-кому, а нам выбирать не приходилось. Поэтому на эти объедки накинулись все.
— Как ты себя чувствуешь? — краем уха уловила тихий вопрос Лики, адресованный только что проснувшейся Ювелле.
— Намного лучше… — слегка обескураженно пробормотала она и принялась доедать то, что мы ей оставили.
В молчании мы легли спать. Клетка была тесновата для пятерых, поэтому лежали бок о бок. Но сейчас это даже играла на руку и позволяло нам так незатейливо греться прохладной ночью. Прошло немного времени. Я уже погрузилась в легкую дремоту, когда зазвучал мужской грубый голос того церковника, на которого я мысленно обрушила все проклятия мира:
— А я эту хочу.
Я разлепила глаза и чуть приподнялась на локте, стараясь увидеть нарушителя покоя. И с ужасом поняла, что он указывает на Ювеллу. Когда дверь клетки отворилась с отвратительным ржавым скрипом и каратель уже потянулся было за девушкой, я села и зло проговорила:
— Не бери грех на душу, церковник.
Он вздрогнул, не ожидая моей реакции. Затем сплюнул и испуганно выругался:
— Заткнись, демоново отродье!
Но клетку захлопнул.
— С-спасибо… — я только сейчас заметила, что Ювелла не спала. Мелкая дрожь била её тело, то ли снова от озноба, то ли от страха.
— Обращайся, — я лишь в очередной раз хмыкнула.
─────
*Fjarlaegu hitann — "Снятие жара"
Глава 4. Побег
Сегодня ночью взошла багряная луна. Ночное небо из холодной синевы окрасилось в тёмно-кровавые оттенки, а звёзды померкли, уступая место алому свечению. По-королевски величественная, она гордо и молчаливо сияла на небосклоне, наблюдая за тем, как отряд из семи церковников лениво движется к городку.
Поре́чье едва ли можно было назвать городом — даже незатейливое название намекало, что этого всего лишь городской посёлок, не более. Однако и такой вариант не мог не радовать: запасы еды церковников подходили к концу, и они надеялись успеть к городу сегодня, чтобы пополнить их. Мы тоже радовались, потому что знали: в первую очередь в еде ограничат нас.
Когда мы въехали в Поречье, лунный багрянец уже залил деревянные крыши и восточные стены домишек. Выглядело это зрелище довольно чужеродно и навевало странное ощущение. Тяжело было описать, какое — скорее всего, нечто среднее между предвосхищением и страхом. Я огляделась: остальные девушки прижались друг к другу, будто бы боялись багряного света. И понятно, почему: ходили легенды, что в ночь багряной луны мертвецы восстают и бродят среди живых, а колдуньи совокупляются с Проклятым Богом. К последнему пункту я была настроена очень скептически по причинам прямой принадлежности к колдовскому роду и отсутствия каких-либо доказательств в пользу этой гипотезы.
В окнах, выходящих на улицу, можно было заметить тусклые огоньки — это местные ставили освящённые свечи, чтобы отогнать покойников, которые якобы сегодня восстали из могил. Однако мы сейчас ехали по главной улице, абсолютно пустой, и ходячие полуразложившиеся трупы я пока не наблюдала.
Остановились мы в таверне "Медовый вереск". Каратели поспешили внутрь, нас же оставили на заднем дворе. Остальные девушки невольно жались друг к другу. Я же одиноко наблюдала за лунным представлением. Неясное чувство в груди никак не хотело проходить. Быть может, это действительно влияние багряной луны…
Неизвестно, сколько прошло времени. Минуты растянулись на часы, а часы — на целую вечность. Луна же неподвижно зависла в центре неба и теперь молчаливо взирала на Поречье. Меня начало клонить в сон; я опустила голову на холодные железные прутья и закрыла глаза. Во рту появилась горечь: вся эта ситуация вгоняла меня в глубокую печаль. Казалось, я подвела бабушку тем, что так легко попалась карателям. Но кто же знал!.. Кто знал, что в один прекрасный момент они заявятся к нам и будут искать колдунью по приметам… По приметам. Интересно, почему так? У них было описание внешности колдуньи, но ни имени, ни рода деятельности они не знали. Значит, кто-то дал им наводку, и этот кто-то явно не из нашей деревни, иначе бы не забрали Дарину, дочь дьякона, а наверняка бы сразу пришли за мной. И описывали явно мою внешность, потому как из всех пятерых только я обладала какой-никакой магией. И это очень странно…
Я не заметила, как задремала. Объятия сна практически охватили меня, но их спугнул негромкий металлический стук. Я вздрогнула, открыла глаза и застыла, не в силах пошевелиться. Сон как рукой сняло после увиденного: большая тёмная фигура сидела возле нашей клетки и осторожно возилась с замком. Страх заполнил сознание. "Неужели кто-то из местных не спит в такую ночь… — подумала я, неотрывно наблюдая за действиями фигуры, явно мужской. — Это точно кто-то не пугливый… и опасный…"
Замок щёлкнул, а через мгновение решётчатая дверь с лёгким скрипом приоткрылась. Я приготовилась к самому худшему: кричать, зовя на помощь, если тёмная фигура начнёт представлять для меня реальную угрозу. Уж лучше сидеть в клетке карателей, чем быть изнасилованной и убитой местными жителями. Однако вместо агрессивных действий незнакомец торопливо шепнул:
— Выходи.
Я не сдвинулась с места.
— Выходи, Энара, — настойчиво повторил он. Я вздрогнула от звука собственного имени: откуда он знает?..
Быстро оглянулась: другие девушки спали. Осторожно пошевелилась, разминая затёкшие конечности, и подползла к открытой дверце. Появилось ощущение, что это либо сон, либо иллюзия, и сейчас я наткнусь на железную преграду, но оно развеялось реальностью: решётка действительно была открыла.
— Не бойся, — незнакомец отступил и подал мне руку. Удивившись такому жесту, я всё же взялась за его руку и неуклюже, но с переменным успехом вылезла, не разбудив никого.
— Откуда Вы меня знаете? — спросила, настороженно отступив. — Кто Вы?
— Я друг, — проговорил незнакомец. Голос у него был приятный, довольно низкий, тёплый и как будто смутно знакомый. Высокую мужскую фигуру скрывал плащ с капюшоном, и увидеть его лица в ночной темноте я не могла.
— Чей? — подозрительно поинтересовалась я. Мой спаситель лишь вздохнул и протянул мне свёрток ткани:
— Возьми. Плащ надень сейчас и иди за мной. Постарайся не отставать.
И он направился к дальнему забору двора. Я быстро накинула на себя плащ, оказавшийся мне большеватым, и капюшон и поспешила за незнакомцем. Он прав: оставаться здесь было чревато. На мгновение мне стало жалко остальных пленниц: всё-таки мы с ними уже через многое прошли, и бесчеловечно их бросать здесь вот так. Поэтому я, немного задержавшись у клетки, толкнула какую-то их спящих девушек в бок и, заслышав копошение, поспешила смыться через дыру в заборе.
Таинственный незнакомец повёл меня на кладбище. Очень символично, учитывая, какая сегодня ночь. Однако все могилы так и остались в первозданном виде, хоть и выглядели немного жутковато в багряном свете. Значит, легенды врут. Что ж, неудивительно.
— Сюда, — мужчина подозвал меня к пустующей часовне. За ней оказался небольшой тайник, откуда незнакомец вытащил, к моему удивлению, одежду и небольшую сумку.
— Одевайся, — он дал мне кожаные штаны, холщовую рубаху без воротника, охотничий жакет и сапоги из телячьей кожи. Богатый набор! Это всё вызывало ещё больше вопросов.
Пока незнакомец отошёл, я быстро переоделась и снова накинула плащ. В тайнике мной были обнаружены связка гусиных перьев, несколько пузырьков с чернилами, толстая, в твёрдом переплёте книга и нож. Последний я тут же схватила и наставила на моего спасителя, когда тот вернулся.
— Объяснитесь, — стараясь сделать свой голос более строгим, я нахмурилась, но дрожащая рука выдавала мой страх.