Шах и Мат (ЛП)

Пиллар снова улыбается.
— Хороший ход. Практиковалась в шахматы за моей спиной?
— С Мухоморами в психушке. Не думаю, что это считается.
— Я бы так не говорил. На самом деле, лучшие в мире шахматисты учатся ходам у бездомных.
— Правда?
— Их называют учеными мужами, — отвечает Пиллар. — Это общеизвестный факт. Ученые мужи, живущие на улицах, обычно гениальные шахматисты, но им невдомек, что на этом можно сделать много денег.
— Значит Вы почитывали за моей спиной. — я вскидываю бровь.
— Погуглил между ударами великана. В конце концов, в записке упоминалась финальная шахматная партия, которая решит судьбу мира.
Я вздыхаю.
— Так мы и вправду собираем все эти фигурки, чтобы сыграть с Шахматистом?
— Похоже на то.
— Ни Вы, ни я не умеем играть в шахматы, Пиллар. Мы подведем весь мир.
— Думаю, финальная партия будет скорее метафорической. Так что поживем — увидим.
— Так скажите. Вы говорили, что у Вас есть любимая шахматная фигура, — говорю я. — Какая же?
— Еще не догадалась?
— Догадалась. Рыцарь. Вам нравится рыцарь, но почему?
Пиллар думает над этим пару мгновений, а затем говорит:
— Рыцарь ходит буквой L, независимо от того, кто стоит у него на пути. Рыцарь уникален, непредсказуем и ты никогда не увидишь, как он подкрадывается к тебе.
Что если Пиллар говорит нечто такое о самом себе. Нечто, о чем я не подозревала.
Глава 48
Психиатрическая лечебница Рэдклифф, Оксфорд
Том Тракл не вполне ухватил суть визита Инспектора Сони. Он стоял за столом, приветствуя сонного детектива, который долго добирался из Лондона, а потом случайно заснул на диване в приемной.
— Инспектор Соня? — произнес Том Тракл, слегка встряхнув мужчину.
— Оуф, — Инспектор подскочил с дивана. — Полагаю, я снова заснул.
— Так и есть, — нетерпеливо ответил Том. — Мне, правда, любопытно, отчего Вы нанесли мне визит, если Вы то и дело засыпаете, произнеся пару слов.
— Не могу спать дома, — ответил тот. — Дети и их мамаша, не говоря уже о вечно протекающем водопроводе.
— Могу отправить к Вам своего водопроводчика, если это поможет, — сказал Том. — Теперь, раз у Вас ничего ко мне важного, быть может, уйдете?
— Нет, — сказал Инспектор, поднимаясь, и опуская рукава. — Вы — единственный, кто в силах помочь.
— Помочь Вам? — Том подошел обратно к своему столу и сел. — О чем Вы говорите?
— У меня есть важная информация, которую никто не считает важной, даже Маргарет Кент.
— Тогда, возможно, это не столь важно.
— Конечно, важно. — зевнул Инспектор Соня. — Вам будет интересно, я уверен.
— Откуда такая уверенность?
— Моя информация касается Картера Пиллара.
Тома это уже не интересовало. Хотя он был не прочь узнать побольше о Пилларе, он иногда предпочитал оставаться в неведении. Профессор всегда был занозой в заднице, как только попал в лечебницу, и у Тома до сих пор случались кошмары, как Пиллар сбегает из камеры, и никто его не видит. Как ему это удалось?
— Что именно Вам удалось разузнать о Пилларе? — спросил он у Инспектора.
— Я знаю, почему он убил дюжину людей.
— Бросьте, — фыркнул Том. — Только не говорите, что у Профессора была тщательно просчитанная причина сделать это.
— Это чуднее, чем Вы могли подумать, — Инспектор Соня звучал возбужденным и полностью проснувшимся. — Вы знали, что у всех двенадцати было нечто общее?
Том заинтересованно склонил голову набок.
— Та дюжина, которую прикончил Пиллар, пользовались поддельными именами, — сказал Инспектор Соня.
Том не видел причины. Это казалось странным, но не достойным его внимания.
— Поддельные имена, говорите?
— У них у всех, — сказал Инспектор. — Они все поменяли имена за последние пять лет.
— Хотите сказать, они все сделали это в одно и то же время?
— В один и тот же год.
Том почесал шею. Ему в голову пришла идея — проглотить еще одну таблетку, но он не стал. Кажется, тут крылся тайный смысл.
— Это все?
— Меня бы здесь не было, будь это не так, — Инспектор вынул длинный список имен и сунул его Тому. — Это список с именами тех людей, до того, как они сменили их.
 
Том надел очки и начал читать. Большинство имен были иностранные, не английские, но на этом все.
— Если тут есть подвох, мне он неясен. — сказал он Инспектору.
— Конечно, неясен, — отозвался Инспектор. — Я тоже не понял в начале.
Том поморщился, ожидая кульминации Инспектора, которой не последовало. Инспектор зевнул и заснул, прямо стоя.
— Инспектор! — Том стукнул по столу, снова думая о тех таблетках.
— Ах, — Инспектор проснулся, потягиваясь, словно он проспал целый час. — Так на чем мы остановились?
— Вы сказали, что есть нечто особенное в именах двенадцати человек, прежде чем они их сменили. Что же?
— Все эти имена заграничные, но в переводе на английский значат одно и тоже. — ответил Инспектор.
— Одно имя? — поморщился Том. — Хотите сказать двенадцать человек, которых убил Пиллар звали одинаково, но на разных языках, потом они сменили имя в одно и то же время?
Инспектор гордо кивнул.
— Странно, — произнес Том. — Определенно любопытно. Но я не вижу, как именно это обличает причину, почему Пиллар убил их.
— Поймете сразу после того, как узнаете, как их звали в прошлом.
— Это важно?
— Совершенно верно.
— Какое имя? — полюбопытствовал Том, не ожидая, что Инспектор даст ответ. Ответ был настолько странный, что он попросил Инспектора повторить его дважды, на случай, если он наверно понял в первый раз.
— Картер Пиллар, — ответил Инспектор. — Всю дюжину звали Картер Пиллар.
Глава 49
Недалеко от Калмыкии, Россия
— Что это Вы делаете? — спрашиваю я у Пиллара, как только наш шар подлетает к землям, которые теперь уже виднеются вдали.
Он оторвался от экрана телефона, на котором он уже некоторое время играл в шахматы на приложении.
— Играю в шахматы с компьютером.
— Это я вижу, — отвечаю я. — Вы уже полтора часа тыкаете клавиши, словно дитя.
— У меня самые сильные большие пальцы, — усмехается он, снова возвращаясь к экрану телефона.
— И самый тупой мозг.
— Люблю когда ты такая вредная, — он нажимает на кнопку и проигрывает отрывок песни со словами, вроде «я такой злооой, бла-бла-бла..»- Это песня группы Дабл Вижн.
— Ну и что?
— Мне нужно разозлится, и попрактиковаться в шахматы, на случай если нам придется играть против Шахматиста в Кэрролианские шахматы.
— Парочка телефонных приложений сделает из Вас специалиста?
— Я играю против коммерческой версии Темно-синей IBМ. — Он усмехается, как ребенок, делая следующий ход, против компьютера.
Мне любопытно, как далеко он зайдет.
— Удачно?
— Неа, — отвечает Пиллар. — Я проигрываю уже в седьмой раз подряд.
— Вероятно, через пару ходов, — я киваю на экран.
Пиллар корчит мне рожу.
— Думаю, нам лучше сдаться и позволить миру откинуть копыта. Никто из нас не побьет Шахматиста.
— Вы же только что сказали, что это может быть шахматная партия иного характера, — напоминаю я. — Кроме того, должен же быть смысл во всех этих фигурках.
— Конечно, но мы оба не знаем что это.
— Быть может, Шахматиста можно выиграть только при помощи Кэрролианского рыцаря. Поэтому Льюис и разбросал их по всему свету.
Кажется, Пиллару понравилась идея.
— Не плохо, для чокнутой девчонки, посредственного персонажа из детской книги.
— Хватит шутить. Будьте серьезны хоть на несколько минут.
— Может, я по-серьезному шучу? — он вскидывает бровь.
— В самом деле, прекратите.
— Ты по-серьезному злишься?
— Пиллар!
— Я думал, что это по-серьезному крайне смешно. Что-то новенькое.