Папина содержанка (СИ)
– Если вы сделаете так, как нам нужно, мы вас отпустим, – сказал я. – Разрешим купить билет в один конец, а дальше сами.
– Правда? – с надеждой спросил Альберт Романович, подняв на меня красное лицо.
– Да, у нас был с Максим такой уговор, – ответил я. Соврал, конечно. Насчет уговора. Но в остальном – пусть себе катится, куда хочет.
– Я вам верю, молодой человек! – эмоционально сказал отчим. – Я завтра очень постараюсь! Очень!
– Посмотрим, – сказал я и вышел.
Глава 101
Завтра ближе к вечеру мы сели в минивэн и отправились в «Пьяную малину». Кажется, всем, за исключением японцев, было очень страшно. Только мы с Кешей старались скрывать волнение, а вот Альберт Романович буквально трясся. Хотя тоже старался делать сосредоточенное лицо, но елозил на кресле, вертел головой в разные стороны, нервно разглаживал складки на одежде и постоянно пил из полуторалитровой бутылки с водой, которую попросил ему купить.
У меня даже возникло предположение, что отчим Максим собирается таким нехитрым способом удрать: по дороге попросится по малой нужде, а там даст дёру. Попробует, по крайней мере. Кто ж его отпустит-то! Но Альберт Романович не только пил, но и на нервной почве постоянно обливался потом, так что всё, что входило в него из бутылки, организм под воздействием стресса тут же выбрасывал обратно.
Ехать пришлось около полутора часов. Тут сказалось многое: и приличное расстояние, а главное – столичные пробки, из-за которых движение, как всегда, превращается в медленную тянучку. Но все-таки нам удалось вырваться на автомагистраль, дальше дело пошло куда быстрее. Я ехал и старался не думать о том, как всё пройдет. Согласен, план у нас получился довольно простенький.
Но какие могли быть другие варианты? Ловить основателей секс-клуба «М.И.Р.» по одному? У каждого из них охрана, а там, где они работаю или живут, – к ним вообще не подобраться. Это федеральные ведомства или частные конторы, у которых система безопасности такая, что чужому туда не пробраться. Да и что даст этот отлов? Индивидуальные беседы по душам. Но у нас на каждого, кроме откровений Альберта Романовича, никакого компромата, да и его болтовню никто всерьез не воспримет. Это если поодиночке, а вот если всех сразу накрыть – другое дело. Тогда они поймут, что за них взялись всерьез и накопали так много, что лучше этому не становиться достоянием общественности, иначе многие головы полетят.
Так что иного варианта, кроме как хлопнуть верхушку клуба «М.И.Р.» разом, у нас и не было. Правда, мы с Максим не успели проработать запасной вариант на тот случай, если основной провалится. Но уж тут ничего не поделаешь. Придётся действовать, как в фильмах про разведчиков говорят, по обстоятельствам. Рискованно, конечно. Да ведь вся эта затея – один большой риск. А ну как у кого-то из «отцов-основателей» при себе найдется оружие, и он примется стрелять? Да вариантов, что может случиться, великое множество.
Не хотел вот думать, а в результате полдороги потратил на мысли, что да как пойдёт. Отвлекся, только когда мы свернули с автомагистрали на просёлочную дорогу и углубились в высокий сосновый лес. Хотя «просёлком», конечно, это асфальтированное ровное полотно назвать было сложно. Разве нет дорожных знаков, светофоров и разметки, а так – хайвэй практически. Сразу понятно: ведёт этот путь не к скромным дачным домикам, а к местам, каждое из которых стоит многие сотни миллионов рублей. Простым смертным здесь делать нечего. Разве только они прибыли сюда с определенной миссией.
Мы остановились у высоких металлических и довольно крепких (на легковушке не протаранишь) ворот, сбоку над которыми висели сразу две видеокамеры наружного наблюдения. Сэдэо, сидевший за рулем, остановил минивэн, Альберт Романович опустил стекло со своей стороны и немного высунулся:
– Эй, там! Открывайте!
Загремел затвор, открылась калитка в заборе. Оттуда вышел высокий плечистый мужчина в элегантном костюме, совсем не похожий на привратника. Неспешно подошел к окну, кивнул отчиму Максим и сказал густым басом:
– Здравствуйте, Альберт Романович. Кто с вами в машине?
– Два моих новых телохранителя и особый подарок для учредителей. Вон, сам посмотри, – оно отодвинулся, и охранник заглянул в салон. Нам с Кешей пришлось приторно улыбнуться. На лице охранника не отразилось ни единой эмоции. Наверное, перевидал всякого.
– Проезжайте, – сказал он и дал знак в видеокамеру. Тяжелые ворота плавно отъехали в сторону, минивэн оказался внутри большой площадки, выложенной плиткой. Нас никто не встречал, но и не препятствовал.
– Езжайте к дому, – сказал Альберт Романович дрожащим голосом. Опять на него, судя по всему, мандраж напал. Ничего, справится как-нибудь. Достал уже своими истериками. Но прежде, чем наш автомобиль поехал дальше, из салона спешно десантировались японцы и скользнули тенями к домику охраны, до которого было буквально метров пять. Они пробыли там минуты три, затем так же быстро вернулись. Горо кратко сообщил, что привратники нейтрализованы.
– Вы их что, убили?! – бледнея от ужаса, спросил Альберт Романович. Японец не счел нужным ему ответить. Мы, кстати, заранее договорились: по возможности обходиться без трупов. Так что привратники теперь лежали в глубоком беспамятстве и крепко связанные.
Пока мы ехали дальше, я удивлялся тому, насколько роскошной бывает жизнь у некоторых людей. Поместье «Пьяная малина» напоминало те старорусские помещичьи усадьбы, которые показывают в фильмах про XIX столетие. Беседки, бассейны, цветочные композиции, подстриженные кустарники и газоны, – ландшафтный дизайн был выполнен на очень высоком уровне, где каждый элемент сочетался с другим, и всё вместе являло пример аристократического пафоса. Бросалось в глаза буквально и шептало: смотрите, такое может себе позволить только весьма состоятельный господин.
Мы подъехали к главному дому, который я уже давно представлял себе, опираясь на план-схему. Только увиденное, конечно, впечатлило гораздо больше. Это был настоящий дворец в миниатюре, и хотя невысокий, всего лишь двухэтажный, но с таким количеством затейливой лепнины на фасаде, – я прежде такое видел разве что в архитектурных ансамблях Петергофа. Да и то на фотографиях и видео, поскольку самому там побывать ещё ни разу не пришлось.
Минивэн остановился у парадного подъезда, над которым был выстроен специальный навес, чтобы те, кто выходит из авто, не попали под дождь или снег. Но Альберт Романович предупредил ещё в отеле, что здесь покинуть машину сможет лишь он сам, поскольку остальные в понимании основателей клуба «М.И.Р.» – чернь, холопы, и им надлежит проходить в дом только с торца, где есть соответствующая дверь для обслуги.
– Надеюсь, вы помните о нашем уговоре? Я потом смогу уехать из страны? – спросил Альберт Романович перед тем, как выбраться из машины.
– Да, – кратко ответил я, после чего отчим мажорки покинул минивэн.
Что и говорить, это была самая слабая часть нашего плана. Если Альберт Романович сейчас решит нас предать, ничего с этим поделать мы не сможем. Придется уходить, наверное, с боем. Оставалось уповать на его здравый смысл и желание спасти свою задницу от преследования и вероятной погибели.
Мы проехали чуть дальше, и сначала из минивэна вышли телохранители, затем мы с Кешей. Японцы пошли впереди, мы на пару шагов поодаль. У двери стоял местный охранник, однако видеокамеры поблизости (план-схему изучили очень хорошо) не было ни одной. Потому, когда Горо приблизился к «коллеге», он, ни слова не сказав в ответ на «Здравствуйте», сделал короткое движение рукой, и охранник, утробно охнув, обмяк и повалился прямо на японца. Он подхватил его под мышки и затащил внутрь. Там больше никаких препятствий не случилось. Сэдэо вручил мне и Кеше пистолеты (прежде этого не делал, поскольку нас могли попытаться обыскать), и наша бодрая, на адреналине четвёрка поспешила в «зал заседаний политбюро».