Невеста ледяного дракона в академии (СИ)

На проходной мне вручили помятое письмо, адресованное «Досточтимой и благородной сьерре Дане дей’Фиерволф», из чего было понятно, что до отправителя еще не дошли новости о смене моего статуса. Я с подозрением повертела в руках дешевый конверт.
— Это из Табхайера, — Кит включился в изучение непонятного послания. — Видишь, печать с атакующим драконом?
— Кто мне может писать оттуда? — нахмурилась я.
— Судя по обращению, человек невысокого звания. Но чего гадать? Открой, посмотрим, кто это.
Приложила ладонь к печати: конверт немедленно раскрылся сам, и я прочла:
«Дорогая сьерра Дана,
Хочу попросить прощения, за те дела, что я натворила в Ра-Истра. Не знала я, как вы дороги нашему государю. Он меня уж так наказал, не дай Маррана никому! Едва концы с концами сводим. Уж замолвите словечко перед ним, будьте великодушны!
Также извините за промедление с вашим письмом лорду Эйнару, но я его пока не передала. Лорд Эйнар отправился в рейд куда-то на юг. Обязательно передам, когда он вернется, только не знаю, когда это будет.
Остаюсь Ваша преданная, Риния».
— Кто такая эта Риния и за что она просит прощения? — Кит невежливо заглядывал мне через плечо.
— Да так, знакомая. Небольшое недоразумение вышло, когда я выбиралась с территории Белых племен. Я и не сержусь на нее.
— А что за Эйнар? Кому это ты там пишешь, детка? И знает ли об этом твой жених?
Я немедленно ощетинилась:
— Прежде всего, не знаю никакого «своего жениха», Киттер! Я никому слова не давала…
Неприличное ржание — по-другому этот глумливый смех не назовешь — прервало мою речь. Бросив возмущенный взгляд на насмешника, я направилась в общежитие.
В комнате все было перевернуто, пересмотрено. Нет, внешний порядок сохранился, но каждая вещь лежала не так, как я оставила. Противно. Я убралась: что могла, протерла салфеткой или почистила бытовой магией от невидимых следов чужого любопытства. Вот так. Теперь здесь снова можно жить.
Приняв короткий прохладный душ, я полетела на дополнительное занятие по стихии огня. Потом была магфизика у профессора ди’Бри, который очень удивился, что я осилила все заданные параграфы и уже вполне прилично решаю задачки по пройденным темам. Окрыленная его похвалой, я побежала на обед.
Удивительно, но сегодня меня не задевали оскорблениями. Что случилось за то краткое время, что я отсутствовала? Или у насмешников в субботу выходной? Даже наставница Солей не удостоила меня ни единым замечанием. А может, случилось что-то, что отвлекло общее внимание от моей персоны? Тихо радуясь, что меня так быстро оставили в покое, я пообедала и спустилась к выходу из столовой.
У лестницы меня перехватил Яр. Я радостно улыбнулась при виде знакомых сверкающих глаз. Не сговариваясь, мы направились к парку.
— Как ты, Дана? Что это было вчера? Багровый замок и твое задержание? Ректор был в ярости. Я даже испугался, что больше тебя не увижу.
— Все обошлось, по крайней мере, пока. Признали очевидность, что я не злоумышленник. Надеюсь, разрешат учиться здесь дальше. Теперь все зависит от принца Истиана. Кто он такой, ты знаешь?
— Второй сын короля. Важная особа. Перед ним все здесь трепещут, кроме ректора и нескольких профессоров, у которых он учился лет сорок назад.
— Ого, так он старый?
— Да какое там! Он же аристократ высшей пробы, сильнейший маг, а такие, кажется, вообще не бывают стариками, даром что считаются людьми. Видела короля Даррена или нашего Дитрика I Ильского?
— Только на картинках в учебнике истории. — Я напрягла память, вспоминая эльфоподобные лики этих государей. — Моложавые красивые мужчины, а ведь живут на свете намного больше ста лет.
— Вот именно, — улыбнулся Яр и тут же лукаво подмигнул мне: — Но красивыми их называют лишь те, кто не знает толк в истинной мужской привлекательности.
Намекает на себя? Такой скромный! Я прыснула в ладошку, но отрицать не стала — оборотень хорош собой, без сомнения. Впрочем, пора уходить с этой скользкой тропы и поговорить о серьезном:
 
— Послушай, Яр. В академии случилось что-то еще, пока я отсутствовала? Сегодня все ведут себя так, словно не знают, что я лишена рода. Неужели сочувствуют тому, что я побывала в Багровом Замке?
— Как бы не так! Вчера днем дей’Хант услышал эти разговоры и приструнил особо рьяных. А сегодня в академию вернулся Кит арк’Брокк. Он ведет у нас факультативные занятия по боевке. Этот дракон чуть не испепелил на месте двух главных сплетниц нашего курса. И заявил, что вызовет на магический поединок любого, кто скажет о его сестре плохое слово. Вот все и заткнулись, никто не хочет сгореть в драконьем пламени. Арк’Брокк-младший действительно твой родственник?
— М-м-м, скорее хороший друг. Зря он вступился, еще больше разговоров пойдет.
— Ну, как видишь, пока его внушение действует на всех. Хотел бы я обладать драконьей силой. К сожалению, мое слово только для оборотней закон.
— Кстати, спасибо, Яр! Ты мне очень помог. Вас побаиваются, потому и меня не особенно задирали.
Мы шли, прогуливаясь, по дорожкам парка. Я с упоением вдыхала удивительно свежий, лишь этому месту присущий, воздух, любовалась зелеными кронами, которые смыкались высоко над головой. Вдруг поняла, почему меня так привлекает этот лесистый уголок — близость источника магии. Здесь все дышит ею. Однако подходить к фонтану Синей звезды я не решалась. Лишь издали смотрела, как играют на солнце его голубые струи. Если подойти чуть ближе, из глубин вырываются яркие огненные искры, словно предупреждая не подходить.
— Почему тебя забирали эти ищейки? Хочу знать все, Дана. Думаю, я имею на это право, ведь собираюсь позволить тебе проникнуть в собственное подсознание.
Законное требование, да и не хочу я ничего утаивать. Потому честно рассказала о метке все, что знала. Упомянула и об открывшемся ментальном даре.
— Значит, твой ханн признан опасным? — нахмурился Яр.
— Мне не сказали этого прямо. Надеюсь, они не решат уничтожить Черныша.
— Если он проводник темной силы, убить его вряд ли получится.
Заметив, что разговор меня расстраивает, Яр резко сменил тему:
— Когда же сеанс лечения?
Я оживилась, заглянула ему в глаза:
— Ты уже готов? — Встретив решительный взгляд оборотня, с энтузиазмом предложила: — Да хоть сейчас. У меня два часа свободного времени до дополнительных занятий с магистром дэй'Хантом.
Говорила с показной уверенностью, которой в душе не ощущала. Получится ли проникнуть хотя бы на первый уровень? Что я там увижу? Все-таки Яр — оборотень, может, его сознание (или куда я там проникну?) устроено иначе — не так, как у дракона? Ответов не узнаю, пока не попытаюсь.
16.2
Аллея вывела нас к зарослям кустарника, покрытого гроздьями белоснежных цветов. Яр отвел колючие ветки в сторону, и мы протиснулись на уединенную полянку, где пряталась облюбованная мною скамья.
— Что мне делать? — несколько нервно спросил Яр.
— Я не знаю. Тот больной лежал в кровати, ведь был без сознания. Возможно, будет удобнее, если ты ляжешь на скамейку, а я сяду на травку рядом.
Яр пожал плечами и вытянулся на прохладном мраморе. Длины скамьи на его высоченный рост не хватило, и ему пришлось согнуть ноги в коленях. Солнечный луч упал оборотню на лицо, Тореддо недовольно сощурил зеленые горящие глаза и прикрыл их рукой.
Я устроилась рядом, на мягком дерне.
— Дай руку, — попросила я.
— Зачем? — Яр, приподняв голову, уставился на меня. — Ты говорила, что твоя ладонь лежала на груди больного. Мне будет приятно.
Я хитро улыбнулась:
— Именно поэтому давай начнем с руки, Яр. Ты не должен думать или чувствовать; старайся вообще отрешиться от всего. Если умеешь погружаться в транс, еще лучше.
Легче сказать, чем сделать. Мы оба не привыкли медитировать в таких условиях. В специальном классе для этого создан полумрак, мягкие маты приглушают шаги — там царит тишина и ничто не отвлекает от погружения в себя. И даже там студентам приходится нелегко. На этой тихой полянке нам мешало буквально все: и ветер, и солнце. То вдруг рядом начнет гудеть шмель, то скользнет по ноге (и напугает меня до визга) ящерка, то с аллеи послышатся чьи-то осторожные шаги.