Проснись, Рапунцель (СИ)
– Полагаю, если я передам гендиректору Левину белобрысого юнца – одна штука – с расквашенной черепушкой вместо юнца – одна штука – полностью здорового, он может что-то заподозрить. – Даня осеклась, вспомнив, что ранее именно к поврежденной ладони прижимался гладенький корпус ее мобильного телефона. – Черт!
Она закрутила головой в поисках гаджета. Обнаружив искомое, девушка поползла к нему прямо по льду, больше ни о чем особо не заботясь. Корпус телефона треснул, а экран украшала паутина трещин. Бросившись к Якову, она просто-напросто отшвырнула в сторону мешавший ей в тот момент телефон.
Оказавшись на безопасной территории за ограждением, Даня без сил опустилась на ближайшую ступеньку.
– С тебя колготки. И… – Даня угрюмо осмотрела трещины на экране мобильного. – И топор. Все, закончу с тобой и свалю домой пить пустырник.
– Ошибаешься. – Яков всматривался в экран собственного только что извлеченного из рюкзака мобильного.
– Мог бы просто извиниться, – раздраженно заметила девушка.
– А? Нет, я о другом. – Яков опустился перед ней на корточки, в каком-то нервном жесте потирая корпус телефона кончиками пальцев. – Глеб написал мне сообщение. Он забыл взять у тебя номер телефона.
– Я бы и не дала.
– Он задерживается.
А вот это плохо, очень плохо.
– Надолго? – Напряжение в интонациях непросто было скрыть.
– Сказал мне оплатить тебе номер где-нибудь рядом с моим.
– Чего?! – Даня задохнулась от возмущения. – Не собираюсь я ночевать в гостинице! Я же говорила Глебу, что у меня несовершеннолетние братья под опекой. Я не могу оставлять их одних.
– Глеб ведь тебе уже заплатил. Можешь уходить. Я и сам доберусь до гостиницы.
Полоса невезения продолжала произрастать в размерах. Даня гневно огладила плащ и поморщилась от новой вспыхнувшей в ладони боли.
– Условие заключалось в том, что я передам тебя из рук в руки.
– Глупости.
Не для Даниэлы Шацкой. Она возвела взгляд к потолку, принимая решение.
– Ладно. Пошли, Принцесса.
– Куда?
– Ко мне домой.
Глава 8. Сладких снов
– Заходи. Но не будь как дома.
Даня на ощупь щелкнула дверным замком и только потом включила свет в прихожей.
– Уй! – Она отшатнулась, чтобы не врезаться в Якова. – Не стой столбом! Разувайся. И проходи дальше. Тут и так мало места.
Дверь в конце коридора была закрыта. Значит, Кира проследил, чтобы братья уснули, ну и сам послушно лег спать. Даня повесила куртку Якова на вешалку и сверху накинула свой плащ. Кроссовки мальчишки спрятала в шкафчик для обуви. Уже далеко за полночь, а дел еще было по горло.
Яков всю дорогу до дома был тих и послушен как карманная собачка. Этим он вызывал у Дани еще больше подозрений. Но с другой стороны, даже демоны в какой-то момент должны устать.
Пробежав до своей комнаты, Даня схватила шорты и майку, но на пороге запнулась. Цыкнув, она закинула шорты обратно в шкаф и взяла с полки штаны на завязках. Новая быстрая пробежка. Пихнув Якова в сторону кухни и бросив «я сейчас», Даня заскочила в ванную комнату. Стремительно стянула с себя замученные колготки и платье и надела простецкие домашние вещи.
Взглянув на часы, девушка глубоко вздохнула, чтобы собраться с мыслями. Требовалось срочно устроить Принцессу на ночлег, чтобы с утра передать Глебу отдохнувший и бодрый одуванчик, а не жухлый унылый василек.
– Переодевайся. – Даня водрузила перед мальчишкой на кухонный стол стопку вещей – брюки, футболки. – Выбирай что хочешь. Вы с Кирой примерно одного роста. Должно подойти, хотя ты и похудее будешь.
Яков столкнул указательным пальцем со стопки одну из футболок.
– Одноцветные, без принтов, – угрюмо сказал он. – Скукота.
– Артачиться вздумал? Бери что дают. Кира консервативен в выборе одежды, так что ничего «веселее» предложить не могу.
– Разве «Кира» не звучит по-девчачьи? – Яков взял ранее уроненную им футболку и выбрал спортивные брюки. – А других братьев как зовут?
– Лёля и Гера. То есть Леонид и Георгий. И Кирилл. – Даня, сунувшаяся в верхний ящик в поисках банки с гречневой крупой, раздраженно глянула через плечо. Ответив на вопрос мальчишки, она тут же об этом пожалела. Нечего с ним откровенничать.
– Лёля и Гера. – Зеленые глаза следили за каждым движением Дани. – Тоже как-то по-девчачьи.
– И это говорит мне тот, кто в восьмидесяти процентах случаев выглядит как девица. – Даня дернула дверку холодильника с такой силой, словно хотела ее оторвать.
– Я не девица, – бесцветным голосом сказал Яков.
– Да, да, – особо не слушая, отозвалась Даня.
Она почти с головой нырнула в холодильник и обнаружила там в миске заготовленную смесь для блинов. Пару раз, когда Даня не успевала приготовить что-нибудь на завтрак, Кира пытался накормить близнецов самодельными блинами. Получалось так себе. Вместо тонких поджаристых кругляшек на тарелки братьев падала странноватая тестовая масса, похожая на полупереваренную пищу, которую заботливая мама-птица пихает в клювики своим птенцам. В этот раз Кира, видимо, решил подстраховаться, если вдруг сестра так и не соизволит вернуться домой. Что ж, старание засчитано.
– Эй, уборщица.
Даня едва не сплющила яйцо, которое взяла с полки дверцы. От голоса Якова рука автоматически сжалась в кулак. На секунду она позабыла, что за персона гостит у нее сегодня.
– Уборщица, – снова позвал Яков.
Уже просто уборщица, без «дрянная». То ли повышение, то ли признание сомнительных заслуг.
– Ты ведь в курсе, что я только притворялась уборщицей? – несколько раздраженно поинтересовалась Даня.
– Да, и это было глупо.
– Прости, Принцесса, забыла узнать твое мнение.
– Не называй меня так.
Его ворчание заглушило бренчание кастрюли. Даня водрузила ее на плиту.
– А как тебя зовут братья?
Вот же разболтался. Даня подавила в себе порыв огрызнуться и, поразмыслив, все же ответила:
– Даня.
– А это звучит по-мужицки.
Взять кастрюлю и надеть ему на голову – заманчиво. Вместо этого Даня резко повернулась, подойдя к сидящему за столом Якову, оперлась на столешницу и нагнулась над мальчишкой так, что ее распущенные волосы прикрыли его лицо, а потом соскользнули с его щек.
– Такой женственной принцессе, как ты, весьма подходит такой неотесанный мужик, как я, – усмехнулась она, легонько хлопнув пальцами по мальчишечьей щеке.
Снова несколько едва заметных матрешечных пятнышек на бледной коже. Яков выпрямил спину, тем самым придвинувшись ближе, и глянул на нее с вызовом.
– Не интересуюсь мужиками, – прошипел он.
– А я принцессами, – холодно парировала Даня. – Жалость какая, видать, не судьба. – Хмыкнув, она дернула подбородком в сторону коридора. – Топай купаться, милашка. Чистое полотенце найдешь на полке.
«А я пока приготовлю королевское ложе. – Даня издала смешок, услышав щелчок запираемой двери ванной комнаты. Кто-то явно не хотел, чтобы его застали в неглиже. – Ничего, осталось чуть-чуть потерпеть».
Расправив постель на своем крохотулечном диване, девушка вытащила из шкафа диванные подушки. Пару месяцев назад, когда она избавлялась от старого уже разваливающегося на части дивана, то отчего-то оставила себе эти подушки. Мелочно, но что-то ей подсказывало, что они могут еще пригодиться. Вскоре в ее жизнь вернулись братья, и сестре пришлось спешно придумывать, как обустроить им спальные места. На работу она тогда только устроилась, и на что-то сносное денег не хватало. В итоге Кире, Лёле и Гере была отведена вторая комната из двух существующих, которая была больше Даниной раза в три. Диванные подушки были сшиты между собой и на ночь выкладывались на пол как подобие матраса. Один брат спал на полу, двое других на раскладном диване, пришедшем на смену старого. Парни постоянно менялись местами, чтобы никому не было обидно. А еще взяли с сестры честное слово (Гера заставил пообещать), что никто не узнает, что они ночуют таким образом («ну не спят мужики вместе на одной постели, ну нельзя так!» – разорялся Гера).