Штормовой предел

Боевые действия вооруженных пароходов "Великий князь Константин", "Владимир", "Веста", "Россия", "Ливадия" и наименьшего из них "Аргонавта" на коммуникациях противника активно велись в течение всей войны. Несмотря на значительное превосходство противника в силах, русские вооруженные пароходы смело выходили к прибрежным коммуникациям противника и наносили по ним внезапные удары. Летом 1877 года на морских сообщениях у Анатолийского и Румелийского побережий они уничтожили несколько турецких судов.
Так, пароход "Ливадия", крейсируя вдоль Румелийского побережья, 12 августа обнаружил в районе Варны двухмачтовое судно и уничтожил его. Турецкие броненосцы пытались перехватить "Ливадию", но она оторвалась от преследователей и благополучно вернулась в Севастополь.
К этому времени русская армия перешла Дунай. Началась война за свободу братьев-славян. В тот июльский день "Аргонавт" в очередной раз находился в крейсерстве у Сулинского гирла. Погода была штилевая, время послеобеденное. Командир парохода, проинструктировав вахтенного начальника, удалился к себе в каюту. Миклуха, повесив на грудь бинокль, принялся расхаживать по мостику.
Вдруг на горизонте появились дымы. Один… Второй… Третий… То были турецкие броненосцы.
— Рулевой! — скомандовал Миклуха. — Курс на неприятеля! Артиллерийская тревога!
Нет, Миклуха вовсе не был самоубийцей, просто, будучи уверенным в том, что "Аргонавт" имеет преимущество в ходу, он посчитал правильным несколько сблизиться с неприятелем, чтобы уточнить, какие именно неприятельские броненосцы сегодня в море.
Заспанные матросы разбегались по боевым постам. Опрометью взбежал на мостик Снетов, за ним и старший офицер корабля лейтенант Рожественский.
— Что происходит?
— Обнаружен неприятель, и я повернул ему на пересечку, дабы уточнить его данные!
Снетов, приложив ладонь ко лбу, посмотрел вдаль.
— Ничего себе, — даже присвистнул. — Это знакомство может выйти нам боком! Рулевой, немедленный разворот на обратный курс! Обе машины вперед полный!
И взяв бинокль, отошел в сторону.
— Тебе, мичман, не на мостике стоять, а тачку каторжную катать! — зло бросил лейтенант Рожественский. — Будь моя воля, я бы тебя за такое самоуправство под суд отдал!
— Насчет дел судебных я неспециалист, но удовлетворение в полном соответствии с офицерской честью всегда согласен дать!
— Ты что, вызываешь меня на дуэль?
— Всегда к вашим услугам! — вскинул голову Миклуха.
— К сожалению, на время войны дуэли запрещены, так что сочувствую! — зло усмехнулся Рожественский.
— Ничего! Я подожду окончания войны! — оставил за собой последнее слово Миклуха.
С этого момента между Миклухой и Рожественским уже никогда не было взаимопонимания. Придет время и им еще придется встретиться, и обстоятельства этой встречи будут самые драматичные.
С трудом избежав погони, "Аргонавт" вернулся на базу. По возвращении Снетов жаловался своему товарищу, командиру стоявшего рядом парохода "Великий князь Константин" капитан-лейтенанту Степану Макарову:
— Ты представляешь, сразу три бронированных турка, а мой мичманец прямо на них правит. Одно слово — сорвиголова! Едва успели отвернуть!
— Хорош мичман, как звать-то его?
— Миклуха, брат нашего путешественника.
— Может, отдашь мне, сам ведь знаешь, такие сорвиголовы мне на минные катера требуются!
— Ну нет, Степа, — покачал головой Снетов, — мне такие и самому не помешают.
После этого случая авторитет Владимира на "Аргонавте" стал непререкаем. Команда любила его не только за доступность и уважительное отношение к простому матросу, но и за недюжинную силу. Миклуха один разворачивал корабельное орудие играючи, по нескольку раз подряд крестился двухпудовой гирей. Ну а за храбрость, пусть даже безрассудную, уважали особо.
Следует сказать и то, что у старшего офицера Рожественского не сложились отношения ни с одним Миклухой. Видя это, Снетов при первом удобном случае избавился от слишком заносчивого лейтенанта. Обидевшийся Рожственский перешел старшим офицеров на вооруженный пароход "Веста". При встрече командир "Весты" Баранов поинтересовался у Снетова:
 
— А что это за птица — мой новый старший офицер?
Снетов рассказал все без утайки и посоветовал при первой возможности избавиться от чересчур болезненно самолюбивого офицера.
Баранов почесал подбородок, усмехнулся:
— Ничего, я не таких обламывал! Будет у меня как шелковый ходить, не таких обламывал!
Пройдет совсем немного времени, и капитан-лейтенант Баранов горько пожалеет об этой своей самонадеянности.
Между тем война продолжалась, и "Аргонавт" у причалов не застаивался.
Из хроники боевых действий Черноморского флота в Русско-турецкую войну 1878–1879 годов: "Пароход "Аргонавт", вооруженный двумя 4-фунтовыми орудиями, одною 6-дюймовою мортирою и одною скорострельною пушкою Гатлинга, под командою капитан-лейтенанта Снетова и под брейд-вымпелом начальника Очаковского отряда капитана 1-го ранга Дефабра, 2 мая вышел из Очакова и, обогнув Кинбургскую косу, взял курс на Тендру. Подойдя в 8 часов утра к Тендровскому маяку и сдав на маяке почту, в 9 часов утра тронулся далее в море, взяв курс на остров Фиодониси, идя до 12 узлов. Обойдя остров с восточной и южной стороны, в 6 часов 45 минут вечера подошел к Сулину на расстояние 5 миль от берега и усмотрел на рейде много коммерческих судов, а правее, вне дамб, 4 однотрубных двухмачтовых турецких броненосца, стоявших под парами. По приближении "Аргонавта" к Сулину, спустя не более четверти часа, по сигналу флагмана броненосцы начали по очереди сниматься с якоря. Капитан 1-го ранга Дефабр, пробежав вдоль берега мили три, повернул пароход назад и, обойдя еще раз всю линию неприятельских судов в милях четырех расстояния, взял курс на Одессу. В это время три турецких броненосца были уже на ходу, из которых один под вице-адмиральским флагом, и все направились в погоню за "Аргонавтом"; четвертый же остался на якоре. "Аргонавт" увеличил ход до 13 узлов; неприятельские суда, несмотря на все их усилия, начали заметно отставать. В 10 часов вечера "Аргонавт" уже потерял их из виду; а 3 мая на рассвете возвратился в Очаков.
В июне "Аргонавт" под командою капитан-лейтенанта Снетова вышел из Одессы на рекогносцировку и 11 июня подходил к Сулину. Бывшие на Сулинском рейде 4 броненосца и корвет, завидев его, бросились за ним в погоню, но скоро отстали, а пароход возвратился в Севастополь.
19 июня турецкая эскадра из 10 броненосцев показалась в виду Одессы, где были сделаны все необходимые распоряжения для встречи неприятеля; но вслед затем, не сделав ни одного выстрела, удалились. А 26 июня три броненосца и один винтовой фрегат появились у Севастополя и также ушли, не сделав ни одного выстрела.
В июле 7-го числа пароход "Аргонавт" вновь вышел из Севастополя с целью осмотреть суда, стоявшие на Сулинском рейде. Подойдя к Сулину на пушечный выстрел, он застал там три броненосца, два корвета, два парохода и до 10 коммерческих судов. Броненосец под адмиральским флагом сделал по нему выстрел; "Аргонавт" ответил ему тем же. После чего броненосцы снялись с якоря и погнались за пароходом, открыв по нему огонь. "Аргонавт", уходя от них и отвечая из мортиры, старался удержать от гнавшихся такое расстояние, чтобы его снаряды могли долетать до неприятеля. Два броненосца, имея лучший ход, начали прижимать пароход к берегу, но после более двухчасовой погони вдруг прекратили пальбу и поворотили назад. "Аргонавт" 9 июля прибыл в Николаев и затем перешел в Одессу".
Боевые успехи "Аргонавта" не остались без внимания начальства, и уже 7 сентября 1877 года приказом Главного командира Черноморского флота вице-адмирала Аркаса командир "Аргонавта" Петр Петрович Снетов был назначен командовать более серьезным вооруженным пароходом "Владимир". А 8 октября 1877 года Высочайшим приказом № 1269 командир парохода "Владимир" капитан-лейтенант П.П. Снетов "за отличие в делах против неприятеля" был произведен в капитаны 2-го ранга.