Вестник в старом мире (СИ)
— Зато какие деньги, — заметил Алексей и потер руки, чтобы согреть. Холодный ветер гулял по темному побережью.
Глава 4
Карета остановилась перед двухэтажном кирпичным домом недалеко от ателье. Вадиму сдали девять комнат за две с половиной тысячи в год. Слуги шли на уровне мебели, поэтому с собой он никого не брал, кроме старого денщика, который сидел на кухне и ждал барина.
— Ты чего не спишь? — Вадим зашел на свет в комнате с сумкой в руках.
— Вас ждал, обещали дождаться на обед, но не пришли, — Ефим с отрешенным видом отхлебнул чаю с блюдца, — Гулять ушли.
— Возникли дела.
— По пыльным чердакам лазили? — он кивнул на пыльные туфли.
— Почему чердакам? — уточнил Вадим и сел за стол, наливая себе чай из самовара.
— Не знаю, где вы там гуляете.
— Если дела на чердаках будут приносить деньги, то почему бы не гулять и там, — Вадим пожал плечами.
— Вы изменились. Все о деньгах, делах, вам человека прихлопнуть — плюнуть и растереть. Вот столько возились с этой закорючкой, а подарить не забыли?
— Конечно, подарил. Что мне забывать?
— И как? Понравилась?
— Мне пришлось убежать, сегодня буду в ателье, спрошу.
Ефим покачал головой, встал, обошел стол и приложился ухом к груди Вадима.
— Ефим, ты чего?
— Проверяю есть ли у вас сердце! — он схватил сушку со стола и засунул за щеку.
— Тьфу на тебя. Я пойду помоюсь, а потом поеду в банк.
— А спать?
— После смерти выспимся.
— Тогда прикажу нагреть вам воду.
Вадим уже ушел переодеваться в домашнее и только махнул рукой. Ефим допил чай и пошел будить слуг, раз барин пришел.
Вадим зашел в комнату и расстегнул сумку. Внутри лежали не только деньги, но еще и книги должников Семен Семеныча, который в основном занимался ростовщи́чеством. Отставные офицеры, обанкротившиеся помещики и куча купцов задолжали сотни тысяч рублей. Главарь банды не мог вытрясти такие деньги без связей, которые исчезли вместе с его смертью. Главной жемчужиной, а также последним достижением стал пойманный в сети граф Мартынов. Известный скряга в верхних слоях общества растративший большее состояние, доставшееся еще от отца.
Колеса кареты стучали по каменной мостовой, напротив Вадима сидел Ефим, не желавший никуда отпускать барина в одиночку. Карета остановилась, и они вышли у крепкого здания с решетками на окнах. Вход охраняла пара серьезных людей с пришибленный видом и дубинками на поясах.
— Лучший банк в столице, — нахмурился Вадим и зашел внутрь с кожаным портфелем.
Внутри посетителей встречало строгое, но аккуратное убранство. Люстры на потолке освещали большой зал. К Вадиму подошел клерк в сюртуке из овечьей шерсти и поклонился.
— Чего изволите-с.
— Доброго дня, мне бы счет открыть.
— Пройдемте, — клерк проводил гостей в отдельный кабинет с хорошей мебелью из красной древесины.
— В какой валюте хотите открыть счет и на чье имя?
— А конвертация возможно? — Вадиму хотел понять степень доверия к государственному банку.
— Франки, фунты, все, что в ходу у достопочтенных людей.
— Отлично, только у меня сомнения, — только Вадим сказал, как на лице клерка промелькнула грусть, — Поймите меня правильно, я не все свои деньги еще привез из Лондона, поэтому хочу быть уверен. Тем более что я слышал о вашем банке…
Вадим замолчал, как бы раздумывая продолжить или нет.
— Слухи! Наш Государственный коммерческий банк уже пятьдесят лет честно работает на благо клиентов.
— Но иностранцы в него не вкладывают деньги! — Вадим эмоционально прикрикнул, чтобы сбить пыл клерка.
— Вы правы и неправы одновременно. У нас не так много заграничных клиентов, как хотелось бы, — он перешел на шёпот, — по секрету скажу, что один французский чиновник собирается открыть у нас крупный счет.
— Хорошо, но давно ли в Петроград зачастили французские чиновники? Может это какой-то мелкий прыщ. Вот в Лондоне я пользовался услугами Империал банка, там и самой Виктории не зазорно держать деньги, — брезгливо отмахнулся Вадим.
— Вы что! Он не просто человек, а человечище! Месье Марель верный друг графа Горчакова, ох, — клерк прикрыл рукой рот, сболтнул лишнее.
— Ну хорошо, вы меня убедили, сначала открою маленький счет на пять тысяч, — Вадим полез в портфель.
Клер обрадовался, что клиент не заметил лишнего, но счет, откровенно говоря, совсем маленький по меркам Петроградского дворянства.
— Вам за старания, — Вадим пододвинул конверт клерку.
— О ваше благородие не стоило — клерк хотел глянуть, но Вадим задержал его руку.
— Сначала дело.
— Конечно-с.
Всю беготню Вадим закончил до обеда. Через банк удобнее было покупать крестьян, нанимать рабочих, брать кредиты.
В Ателье мадмуазель Гертруды пришла пара благородных дам, чтобы заказать платья на осень. Мать говорила с хозяйкой, пока дочь прятала от Вадима глаза за веером.
— Дамы, — Вадим снял цилиндр и скромно поклонился.
Брякнул звоночек и дверь закрылась.
— Плохая партия, — Гертруда записала имена в книгу клиентов и их заказ, — Вдова Дринина, хочет вывести дочь в свет.
— А кого вы можете назвать хорошей партией? — лукаво улыбнулся Вадим и поцеловал поданную Гертрудой руку.
— Чаю?
— Конечно.
— Петр, нам зеленого. Как вчера погуляли?
— Отлично, сделал пару хороших покупок, — Вадим выжидал, дама моды не любила сразу переходить к делу и заговорила когда на столик поставили заварочный чайничек.
— Прежде всего вас нужно показать, вы в Петрограде новое лицо, еще не открытое, — она улыбнулась.
— Понимаю. А что вы можете рассказать про это самое общество? С какой стороны лучше открыться?
— Вы воевали, но местные гусары этого не любят, как соль на рану всем, кто не уехал на Кавказ. Но дамы будут рады услышать вашу историю, — Гертруда бросила в чай ломтик лимона и кубик сахара.
— Ну хорошо, подумаю. А не подскажете хороший литературный кружок? Что-нибудь из передовых.
— Есть несколько, вы к кому больше склоняетесь?
— Не совсем понимаю, — Вадим откинулся в кресле.
— Ну к какой чаше весов вас больше клонит: поклонникам просвещённой Франции, грубой Англии, а может, к милой Пруссии? — с толикой надежды пояснила Гертруда.
— А вот вы о чем. Боюсь, что я сторонник сильной России, но буду рад, если вы милая, познакомите меня с людьми, которые смогут объяснить неопытному человеку, что путь с Пруссией.
— Эх, почему вы не на десять лет старше? — прошептала Гертруда и отвернулась.
— Мне понадобится ваша помощь. Нужен хороший дизайнер, строители и повар.
— Повар? В квартире плохо готовит?
— Нет, я прикупил ресторанчик рядом с центром, милое место, но не хватает женской руки. Да и предыдущий повар хоть и отлично готовил, но упал со второго этажа и больше не сможет работать.
— Какой ужас. В нашем деле главное — найти правильного человека, я постараюсь помочь с вашей просьбой.
— И еще, напишите адреса клубов, буду рад заглянуть, проветрюсь.
— Конечно, но теперь я волнуюсь, как бы такого делового человека ни увели, — Гертруда посмеялась, переводя замечание в шутку, но Вадим не стал ее поддерживать, показав дистанцию.
— Вы не слышали, где остановится месье Морель? Известный французский деятель.
— Не продолжайте, конечно знаю. Он остановился в гостевом доме своего друга графа Горчакова. Скажу вам по секрету, безтактнийший господин, — уточнить Гертруде не позволило воспитание.
— Как вам подарок?
— Очень понравился, — Гертруда поправила воротник легкого, но закрытого платья, показав золотую цепочку от медальона.
— Хорошо, благодарю за чай, — Вадим положил два конверта на стол, — Мне понадобится костюм и вам платье, откроете меня большому свету. А я пока посмотрю на малые в их болотах.
— Ну что вы, не стоит! — Гертруда хотела отказаться.
— Любая работа должна оплачиваться, а хорошая оплачивается вдвойне.