Хроники Гондваны. Тупик (СИ)

— Командир, можно тебя на минутку? — это подал голос Монах.
— Чего тебе? — Ответил я с ленцой в голосе и полным безразличием к окружающему миру.
Вместо ответа Монах поманил меня к себе и показал на дереве старую зарубку. А вот это уже интересно! Сонливость в момент, как рукой сняло, я спешился и стал с повышенным вниманием вглядываться в окружающие стволы деревьев и все вокруг них. Вот еще! Через несколько метров на камне было что-то выцарапано. Ба, да это же знакомый крестик!
— Монах, ищи соседей и зови сюда, а я еще здесь порыскаю. — велел я и, привязав Мигрень к дереву, стал описывать склон по раширяющейся спирали. Через полчаса к поискам присоединилась соседняя тройка и дело пошло веселее. Вскоре мы нашли еще одну зарубку и около нее сели передохнуть. Она была метрах в пятидесяти от первой и немного ниже по вертикали. Если следовать логике, в таком случае эта заросшая тропа шла траверсом вниз от храма и соединялась с основной выше, чем мы шли. В любом случае в радиусе тех же пятидесяти метров должна быть еще одна зарубка. Если мы ее найдем, тогда по трем точкам сразу все станет более-менее понятно. Я послал гонцов за остальными группами, а сам с монахом принялся искать следующую зарубку или крестик на камне. Когда все бойцы собрались, мы уже нашли еще две отметины и направление бывшей тропы полностью прояснилось. Главное теперь, чтоб храм оказался не в противоположном направлении. Примерно через пятнадцать таких зарубок я облегченно вздохнул — впереди оказалась пологая поляна, на которой вполне могло уместиться небольшое строение. И тут же бойцы увидели следы вырубки, обрадованно закричали и поспешили на поляну. Но храма на ней, к нашему великому сожалению, не оказалось, хотя следов человеческой деятельности оказалось предостаточно. Вероятно, тут раньше находился небольшой лагерь, судя по остаткам нескольких костровищ и горизонтальной жерди, к которой привязывали лошадей. А самое главное — здесь была вода! Совсем крохотный ручеек, в пару ладоней шириной, но поднявшись чуть повыше, мы обнаружили неглубокую, по колено лужу, явно вырытую для набора воды. Я принял решение переместить сегодня наш временный лагерь сюда и послал к месту наших последних ночевок большую часть отряда, заодно на время избавившись от глаз и ушей людей сотника, оставив здесь только Гнома, Монаха и одного из мечников.
Когда остальная часть отряда скрылась за деревьями, озабоченно поднялся с бревна и выдал оставшимся со мною бойцам:
— Теперь делаем вот что. Пока сюда не вернулись из нашего лагеря, мы должны найти храм.
— И где его искать? — иронически спросил Гном, оглядывая пустую поляну.
— Скорее всего он неподалеку наверху, где источник ручья. Наши православные любили в таких местах строить, надеюсь, что и модеры — не буддисты и следуют этим традициям.
— Так идем вверх по ручью? — пробасил Монах.
— Угадал! Очень надеюсь, что я не ошибаюсь. Двинули, чего расселись!
Мы дружно пошли вверх, а заприметив следы тропы, ведущей туда, еще прибавили шаг и через несколько минут оказались перед расщелиной между небольшой, в пятнадцать метров высоты, каменной стеной, из-за зеленой поросли вьющихся вверх лиан с поляны ее было сложно разглядеть. Тропинка уверенно протиснулась через расщелину и…
— Тупик, ты опять оказался прав. В последнее время твоя чуйка зашкаливает. — весело сказал Гном, с восхищением оглядывая небольшую каменную часовню, укрытую от посторонних глаз за расщелиной. Небольшая, около десяти метров в высоту, почти полностью заросшая мхом от постоянной тени, она занимала почти всю площадь плоской площадки за расщелиной. Между стенами часовни и каменными скалами едва ли можно было протиснуться, настолько мало было пространство, многие тысячелетия назад промытое древним руслом реки, ныне засохшей. Только слабенький источник напоминал о том, что когда-то здесь была прекрасная горная речушка, несшаяся сверху.
— Внутрь заходим, командир? — спросил Монах, млея от нежданной прохлады после душного, хоть и тенистого леса.
 
— Идем. — согласился я, радуясь вместе с бойцами близкому окончанию экспедиции.
Внезапно со стороны поляны раздалось еле слышное отсюда тревожное ржание Мигрени. Неужели гости пожаловали? — подумал я, осторожно протискиваясь назад через расщелину. Так и есть, едва я выглянул из расщелины, сразу разглядел несколько далеких фигурок людей на поляне, копошащихся около привязи с нашими лошадками.
— Кто такие? — послышался шепот за спиной.
— Далеко от нас, не разобрать. Но определенно не наши. — прошептал в ответ я, не оборачиваясь.
— Что будем делать?
— Останемся здесь. Скажи всем, чтоб готовились к бою.
— А ты?
— Я понаблюдаю чуток и тоже присоединюсь. Заходите в храм и готовьтесь к обороне.
На поляне тем временем усердно отвязывали наших бедных животин и уводили куда-то в сторону. Вот козлы! Жалко до слез Мигренюшку, с ее выкрутасами среди местных аборигенов долго живой не протянуть. Ничего, дождемся наших, всыпем вражинам по самое не балуйся. С этими мыслями я оторвался от созерцания того, что происходило на поляне и вошел в храм. Изнутри он казался вообще крошечным, однако при этом был чертовски хорошо подготовлен к обороне. Узкие бойницы по обе стороны дверей, такие же бойницы в двух крохотных башенках на крыше рядом с куполом. Еще несколько квадратных отверстий, в которые с трудом факел засунешь, по периметру намекали о том, что храм строили люди, не понаслышке знакомые с военным делом, обзора не было только со стороны заднего фасада, но там нападавшим совсем нечего было делать. Часовня могла атаковаться только со стороны входных дверей и с крыши, над которой нависали стены миниканьона. Вода из источника внутри набиралась в каменную чашу и при желании источник можно было отсечь от поляны на некоторое время, ее глубина это позволяла. Получилась этакая крохотная крепость, не хватало только запасов еды. А вот стрелы и копья и даже парочка похожих на алебарды смертельных штучек были в наличии, немалое их количество, прикрепленное к стенам внутри помещения, ожидало своих новых хозяев в легком налете ржавчины. Сама часовня, которую в найденном манускрипте гордо называли храмом, делилась внутри на три части — оружейная и чаша для воды, место для молений с алтарем и две комнаты в дальнем конце, служащие, по-видимому спальнями. Единственный недостаток храма был в незащищенности от атаки сверху, при помощи веревок попасть на его наклонную крышу было проще простого. И еще один вопрос очень меня волновал — вентиляция. Если у потенциальных врагов была возможность пробраться на крышу, то сверху они вполне реально могли накидать вниз всякого древесного мусора и поджечь его. Тогда защитники просто задохнутся от дыма и на этом, собственно, оборона и закончится. Остается молиться и ждать подхода остального отряда, а пока сидеть здесь тихо, как мыши, надеясь, что нас не скоро обнаружат. О чем я и поделился со своими бойцами.
— Тупик, не бзди, прорвемся! — уверенным голосом ответил на мои соображения Гном. — Где наша не пропадала? И там пропадала, и сям. Мне казалось, что под Белогорьем труба на перерождение уже зовет, ан нет, все получилось, как в конце боевика. Герои остались живы и по окончанию фильма занимаются мародеркой под рэп Моргенштейна.
— Насколько я понимаю, мы еще не знаем количества гостей, пришедших на поляну, — добавил Монах. — Если это небольшой отряд, то ему явно не поздоровится от близкого знакомства вот с этим. — многозначительно взмахнув при этих словах копьем и с недобрым блеском в глазах. — Лично я после долгого и трудного перехода сюда не прочь упокоить хотя бы парочку нечестивцев, не верящих в Господа нашего и силу его паствы. — И он с силой ткнул тупой стороной копья в стену.
— Копье только не сломай. Стены крушить тоже не надо, они нам еще пригодятся, — заметил я. — Мечник, ты что думаешь?
— Я, как все. Будем драться, все равно бежать особо некуда, — высказался парень.
— Вот и ладушки. Гном, ты занимаешься оружием, Мечник с Монахом отводят воду из источника в чашу, а я займусь глазом нашего убиенного засранца. Как я понимаю, надо его положить в особенное место, чтоб завершить квест. Если найду, может особенные плюшки достанутся, мы в одночасье превратимся в бэтменов и порубим на куски этих злодеев на поляне, даже не особо напрягаясь.