Истинная в цепях, или Мы ещё поспорим, кто из нас попал! (СИ)

Сборы прошли быстро, и мы двинулись по полю в сторону города. Марина сразу уселась на плечо своего богатыря, Елана шла рядом с ними и расспрашивала их о Столпах. Я тоже с интересом слушал. Оказалось, что Наталья и Олег знакомы Марине с детства, но друзьями они не были.
— А Горыныч, кстати, какой? Трёхглавый дракон прилетит? — вспомнила Марина.
— Нет, он из наших. Игорь Костриков.
— Костриков? — кашлянула девушка. — Надо же…
— А какой он? — поинтересовался я.
— Приятный, — дёрнула головой Марина. — Ничего плохого сказать не могу, кроме того, что он меняет девушек как перчатки.
— Дамский угодник, значит? — насторожился я.
Мне хватает одного любителя распустить руки. Теперь появится другой. Как же сложно с моей истинной.
Ближе к городу я наложил на Марину и себя иллюзии. Цепь по нашему желанию испарилась. Городские ворота мы преодолели без проблем. Точнее, мне так показалось.
— Как-то странно на меня тот стражник смотрел, — поделился своим наблюдением Никита.
— Может, из-за попугая на плече? — предположила Марина, бросив на меня недовольный взгляд.
С иллюзией я постарался, птица выглядела экстравагантно.
— Это месть за пуделя, — улыбнулся я.
— Я же тоже отомщу. По заднице тебе прилетит, — пробурчала она, демонстративно отворачиваясь.
— Кажется, я понял, в чём дело, — Никита указал на доску объявлений на стене гарнизона стражи.
Там висели листовки с изображениями разыскиваемых преступников. На одной из них я узнал себя, причём в розыск объявили обе мои ипостаси. Художник постарался сотворить портер с максимальной точностью. Явно работа мага.
— Ы-ы-ы, тут и я есть, — провыла Марина. — Нас обвинили в похищении принцессы.
— Мамочки, — пролепетала Елана.
— За меня мешок золота обещают, — Никита прикрыл лицо ладонью.
— Все мы попали, — заключил я. — Давай возьмём, тут тебя очень красиво нарисовали, — подмигнул я своей недовольной птичке.
— Зачем? — возмутилась она, но я всё равно сорвал оба объявления с её изображениями и сунул в карман.
— Любоваться буду, — пояснил ей, на что она рассерженно встопорщила перья.
— Ты наглеешь, — пророкотал богатырь.
— А ты старик, — выдал я, взмахом руки накладывая иллюзию.
Теперь перед нами стоял сгорбленный возрастом престарелый мужчина в порванной одежде. На испещрённом морщинами лице обозначилась суровая мина. Как бы снова не ударил…
— Принцессу тоже замаскируй, — хихикнула Марина, и я не стал отказывать.
В пару к нашему старику появилась старушка. Елана посмотрела на меня так плаксиво, что её стало почти жаль.
— Почему ты один такой красивый? — лениво возмутилась Марина.
Она прищурилась, фигура её засветилась. И я ощутил, как в заклинание иллюзии вплетаются новые установки. Быстро же она учится… Что-то мне подсказывает, что я больше не привлекательный блондин в самом расцвете сил.
— Ну что, старички, идём продавать чешую? — жар-птица явно повеселела.
Оценив взглядом свои сморщенные ладони, я тяжело вздохнул. Ведь сам напитал её магией. И за что я терплю эти унижения?
Мы отправились в центр города, где отыскали лавку готовых зелий. Выглядела она цивильно, да и ценник на товар был не самым подъёмным. Но вот свободных денег у лавочника нашлось немного. Лишь два мешочка золота. Никита морщился, торговался, угрожал уйти. И тогда у ушлого торговца отыскался ещё один кошель с деньгами. Только получив и его, наш богатырь успокоился.
— Продешевили, — вздохнул он, когда мы покинули лавку.
— Уходим скорее, вдруг нас будут преследовать, — Марина настороженно огляделась.
— Зачем нас преследовать? — испугалась Елана.
— Мы с кучей денег. Мало ли, торговец своих отправит, — пояснила она.
— На рынок и уходим, — решил я. — Скоро снова появится цепь.
Только на подходе к рынку мы заметили, что вокруг нас смыкается кольцо стражников.
— Похоже, нас узнали на входе, — заключил Никита.
— Не нас, а тебя, — напомнил я, подставив руку Марине. — Прыгай. Будем менять иллюзии.
— Если снова что-то ужасное, я буду рычать, — она послушна перескочила на моё плечо.
 
Некоторое время мы пробирались сквозь толпу на рынке, потом сумели на время скрыться за одной из палаток, где я поменял иллюзии. И так несколько раз. В итоге всё время было потрачено на беготню, а не на покупки. Ещё через час мы, запыхавшиеся и уставшие, выбрались к воротам. Никита и Елана теперь изображали молодую пару, а я женщину средних лет с котом на плече. Но хоть Марина не подтрунивала по этому поводу. Она вообще была необычной тихой.
— Надо скорее уходить, — плаксиво попросила она. — Живот тянет всё сильнее.
— Значит, поспешим, — я подтолкнул Никиту в плечо, указывая на ворота.
— Что с ней происходит? — потребовал он ответа, обернувшись ко мне.
— Да, что? — когти жар-птицы впились в моё плечо.
— Яйцо, — нехотя признался я, поморщившись от боли. — Судя по всему, она готовится снести яйцо.
Наступила минута ошеломлённого молчания, которая завершилась вспышкой гнева.
— Ты заделал ей… яйцо? — зло переспросил Никита, схватив меня за грудки.
— Я тебя убью, — прошипела мне на ухо Марина.
— У вас будет птенчик? — только Елана захлопала в ладоши от восторга.
Вот поэтому я и молчал…
— Нет, это не совсем я, — на всякий случай прикрыл нос рукой, поморщившись, когда Марина слегка дёрнула меня клювом за ухо. — И птенчика у нас не будет.
— Тогда что происходит? — Никита встряхнул меня за грудки.
Недовольно выдохнув, я оттолкнул его лёгкой магической волной. Вечно он руки распускает.
— Так бывает, — постарался примирительно улыбнуться.
— Как бывает, Радагаст? — Марина перевесилась через моё плечо.
Видимо, чтобы я лучше рассмотрел её разгневанную кошачью мордочку.
— Давайте я расскажу по дороге.
Пока бежим, может все остынут и передумают меня четвертовать. В конце концов, я действительно не виноват. Ну, почти…
— Идёмте к воротам. А с тобой мы ещё поговорим, — прищурился Никита.
— Если Марина должна снести яйцо, почему не будет птенчика? — расстроилась Елана.
— Потому что это особенность жар-птиц, — начал я объяснять, торопливо двинувшись к воротам. — Они, как и драконы, не размножаются в животной... то есть птичьей ипостаси. Но иногда они несут яйца. Это редкий и особенный магический артефакт. В него жар-птица откладывает излишки собственной магии. Обычно оно формируется несколько месяцев и вроде даже по желанию, но видимо, я дал слишком много, либо резерв Марины…
— Не принял твою магию и отложил её подальше, — язвительно перебила она.
— Моя магия точно подошла. Иначе бы ты не смогла отложить её в яйцо, — возразил я сердито.
Пусть хоть вечность отрицает, теперь я точно знаю, что она моя истинная. И даже если мы оба не в восторге, но этого не изменить. А значит, эта птичка будет моей, даже если остаток жизни мне придётся доказывать ей, что мы идеально совместимы.
— Так, там что-то странное происходит, — насторожился Никита, указав на ворота.
Мы как раз встали в конец небольшой очереди желающих покинуть город. Тогда и я присмотрелся к пропускному пункту. Там находился маг, и он проверял выходящих артефактом. Скорее всего, на наличие иллюзии.
— Мы не сможет выйти, — заключил я, скрипнув зубами от злости. — Маг распознает иллюзию.
— Нас настойчиво разыскивают, — Марина присела на моём плече словно от испуга.
Но когда я потянулся, чтобы её погладить, напоролся на недовольное ворчание и предупреждающий укол клювом.
— Не трогай меня, извращенец.
— Почему сразу извращенец? — озадачился я.
— А кто мне яйцо заделал?
— Может, им Елану отдать? — предложил Никита, не обращая внимания на нашу перепалку. — Нас же в её похищении обвиняют.
— Нет, — пискнула принцесса. — Не надо. Верните меня отцу.
— Нельзя, — отрицательно качнула головой жар-птица. — Возможно, её потом передадут похитителям. Да и нас всё равно арестуют. Но надо что-то решать. Я больше не могу терпеть, — и мелко задрожала.