Истинная в цепях, или Мы ещё поспорим, кто из нас попал! (СИ)

Надеюсь, их там ещё много…
— Надо будет тёте Зое сказать, чтобы дрова забрали, — хмыкнула я тоскливо, когда представление завершилось.
— Тогда иди сейчас. Артефакт готов, — пробормотала Евгенья.
— Да? — я резко к ней развернулась.
Девушка держала за кожаный шнурок медальон. На деревянной круглой основе поблёскивало перламутровое покрытие, в глубине которого застыла золотистая чешуйка Радагаста.
— Дракон должен проверить. Отдашь ему? — девушка взглянула на меня с прищуром. — Может, он не успел одеться.
Щёки вспыхнули румянцем, но я забрала у неё медальон и, буркнув слова благодарности, рванула на улицу. А в дверях чуть не снесла Радагаста.
— Ты уже оделся? — расстроенно проныла я, не подумав.
Дракон пребывал в замечательном расположении духа. Улыбался. Или он так рад меня видеть? С распущенных волос слетали капельки воды, впитываясь в ткань светлой рубашки, которую он застегнул лишь на несколько пуговиц. Похоже, после физических нагрузок дракон облился водой. И от этого к его запаху добавились нотки влаги и осенней свежести.
— То есть… — чертыхнулась я, опомнившись. — Хорошо, что ты оделся. Артефакт готов, нужно его проверить, — и протянула ему медальон.
— Это замечательная новость, Марина, — он аккуратно забрал его у меня, только продолжал смотреть в мои глаза. — Знаешь, что ещё замечательно?
— Что? — уточнила я, стараясь не пялиться в вырез его рубашки.
— Я почистил зубы, — выдал он, приблизив своё лицо к моему.
А пока я снова пыталась заставить мозги выполнять свои прямые функции, а точнее, откровенно тормозила, дракон меня поцеловал. И даже мысли не возникло воспротивиться. Наоборот, мне отказали ещё и ноги. Так что я повисла на шее Радагаста, с упоением отзываясь на поцелуй. Его аромат укутывал, путал и так бессвязный поток эмоций и снова будил во мне что-то новое, особенное, отчего сердце в груди замирало и было так тепло на душе.
— Вы принципиально перекрыли проход? — язвительно поинтересовался Игорь.
И только это заставило меня опомниться. Я прервала поцелуй, только отлипать от Радагаста не спешила. Потому что ноги всё ещё не работали.
— Нет в тебе чувства такта, — обвинил дракон.
Подхватив меня за талию, он отступил, пропуская в дом Горыныча.
— Евгенья сказала проверить артефакт, — я опустила голову, чтобы скрыть за пеленой волос пылающее лицо.
— Работает, — хмыкнул он.
— Да? — я пригляделась к артефакту в его ладони.
В перламутровой глубине загорелся золотистый огонёк и переместился к краю медальона, указывая направление.
— Значит, скоро мы найдём Драко. Драконы освободятся, — заключила я.
— Я тебя не отпущу, Марина, — усмехнулся он. — Не смогу.
— Что? — я подняла к его лицу удивлённый взгляд.
— Я отправлюсь с тобой. Хочу познакомиться с твоими родителями.
— Зачем?! — я нервно икнула от мысли, что приведу рогатого длинноволосого парня к папе.
— Сообщу о своих намерениях. Я хочу за тобой ухаживать, — произнёс он, будто это очевиднейшая вещь на свете. — Хочу стать твоим парнем.
— Не представляю, как покажу тебя родителям. И как встречаться между мирами? — я в растерянности мотнула головой.
— Сначала ты ко мне в гости, потом я к тебе. А потом мы поженимся, и ты станешь королевой Драко, — он широко улыбнулся, вновь становясь привычным мне Радагастом.
Он серьёзно? И как с ходу ответить?
— Я подумаю, — притворно надув губы, я скрестила руки на груди.
— Хорошо, думай, а я тебя пока ещё раз поцелую, — прежде чем я сумела ответить, он стиснул меня в объятиях и претворил угрозу в жизнь.
Или это были уговоры?
***
Артефакт был готов, и мы принялись за сборы. Пока Евгенья совершала последние приготовления перед тем, как покинуть дом, мы с Еланой сбегали к Зое, чтобы предложить забрать дрова. А то парни расстарались, на половину зимы хватит. Женщина в благодарность отправила нам с собой немного пирожков. Так что обратно мы с принцессой возвращались довольными.
— Ну покаж, чего ты? — донёсся голос одного из волков из-за забора, когда мы приблизились к дому. — Чего ты?
 
— Любопытно ж, — подтвердил второй волчара.
— Ладно, — прорычал Игорь.
Я как раз миновала калитку. Стая собралась вокруг Горыныча, на что-то его подбивая. А он набрал полные лёгкие воздуха и дунул. Огнём! Языки пламени разнеслись в стороны. Я закричала от ужаса, и лишь прикрылась руками, чтобы защититься. Вокруг меня поднялся золотистый барьер, но жар всё равно охватил с головы до ног. Запахло палёным. И почему-то голове стало подозрительно легко.
— А! Марина, у тебя волосы горят! — завопила Елана.
— У меня волосы горят?! — я принялась тушить то, что осталось от моей шевелюры.
— Я труп! — провыл раненым зверем Горыныч, и рванул спасаться за спиной только вышедшей из дома Евгеньи.
Дракон весь сжался, в попытке уместиться за хрупкой фигуркой девушки. Выглядело смешно, но мне было не до смеха.
— Труп, — подтвердила я, проведя ладонью по шее в демонстрации своих намерений.
В итоге пришлось задержаться. Елана хоть многое и упустила в плане образования, но зато умела наводить красоту. Так что прошла внезапная смена имиджа. Теперь волосы были пострижены в короткое каре.
— Тебе очень идёт, Марина, — Игорь продемонстрировал мне оттопыренный большой палец, когда я вышла на улицу. Правда, так и продолжал прятаться за спиной Евгеньи. — Ты же меня не убьёшь?
— Сейчас нет, — я вскинула подбородок, демонстративно не глядя на него. — Дождусь, когда ты забудешься и потеряешь бдительность.
— Ты такая красивая, Марина, — шепнул Радагаст, припав губами к моей шее. — Теперь можно делать так….
По коже побежали мурашки, внизу живота запорхали поселившиеся там с недавних пор бабочки. И я как-то позабыла о злости на Игоря.
— Полетели? — спросила сипло, коснувшись пылающих щёк.
— Полетели, — кивнул он.
Мы попрощались с волками и взмыли в небо. Артефакт велел следовать в сторону леса, что мы и делали. Деревня быстро осталась позади, внизу показалась знакомая нам река. Никто не ожидал беды.
— Что… — Радагаст вдруг на полном ходу налетел на барьер.
Прозрачный, потому мы не видели его при приближении. Тот натянулся, словно плёнка, приостанавливая полёт, оплёл тело дракона, осел на моих перьях. И лопнул, так и оставшись липкой паутиной на наших телах.
— Мы падаем! — прокричал Радагаст.
— Терпим крушение! Так эпичнее! — выдал Горыныч, пытаясь спалить плёнку огненным дыханием.
Мир завертелся перед глазами, пока земля стремительно приближалась, предвещая наш скорый конец. Но умирать не хотелось совершенно.
— Кто-нибудь, спасите! — взвыла я испуганной птицей.
— Марина, держись!
Радагаст извернулся, как-то умудрился стиснуть в лапах меня и Елану, а сам развернулся спиной, намеренный принять на себя весь удар. Стало особенно страшно. Мой дракон мог погибнуть. И отзываясь на моё отчаянное желание его спасти, перья на хвосте ярко засияли. Плёнка вдруг просто исчезла. За секунду до того, как Радагаст на полном ходу влетел в кроны деревьев. Он вновь развернулся, взмахнул крыльями, приостанавливая наше падение, каким-то чудом сумел избежать столкновения со стволом дерева. Но завертелся и чешуйчатым волчком влетел в знакомую нам реку. Вода мгновенно намочила крылья, попала в рот и глаза. Я забарахталась, совершенно не зная, как плавать в птичьем облике. И потому обратилась. Теперь намокло и платье. Радагаст хлопком под попу вытолкнул меня на поверхность. Наконец удалось вздохнуть. Рядом вынырнула Елана, громко откашливаясь.
— Я не умею плавать, — пискнула она, и снова попыталась уйти ко дну.
— Чёрт! — поймав девушку за руку, я притянула её к себе и обвила рукой шею, велев: — Расслабься!
— Хьюстон! — провыл Горыныч, плюхнувшись в воду в десятке метров от нас.
Раздался громкий плеск, нас с Еланой замотало на поднятых им волнах.
— Игорь! Радагаст! — я испуганно заозиралась в поисках друзей.