Неисправная Система. Том II Грехопадение (СИ)

— Матвей Палыч! — Бородатый мужик по лестнице чуть ли не бегом спустился по лестнице, выкрикивая старосту. — Готова ладья, аккурат к закату подоспели, да и эти уже подошли, можем начинать?
В мгновение староста распрямился в плечах, преобразившись в статного мужчину, что всем своим видом внушал чувство надежности и безопасности.
— Начинаем.
Когда мы спускались с ладьи, все работы уже были завершены. Толпы народу собрались вокруг с плетеными венками в руках.
— Не ожидал, что решишь остаться на церемонию прощания. — Грегор стоял у самого носа ладьи. В руках он сжимал огромные цепи, что уходили основанием в прощальное судно.
— Так получилось.
— Правильное это дело. Не стоит отрываться от народа *бормочет себе под нос* чтобы однажды в банке меда не обнаружить колотое стекло…
— Что ты сейчас сказал?
— Разойдись! Начинаем! — Вместо ответа он взревел.
Под его напором стальные цепи натянулись, приводя в движение ладью. Ее доски скрипели и трещали от неожиданно свалившейся нагрузки, но судно продолжало двигаться вперед, оставляя за собой глубокую борозду в земле.
Один за другим, словно звезды, зажглись факела в руках провожающей процессии. Диск заходящего солнца завис на линии горизонта, освещая мертвецам тропу в последний путь. Из толпы полетели первые венки на борт ладьи. Зазвучала прощальная тризна…
Был пройден путь долгий,
Невзгод и бед полный,
Из теплых и ярких моментов печальных,
Навстречу единой судьбе…
За воротами уже дожидались люди с огромными чучелами, что были прикреплены к шестам. У каждого из «защитников» в тряпичной руке надежно зафиксировали по деревянному мечу, дабы ни на границе жизни, ни за ее пределами покой душ не был нарушен. Идущие впереди подожгли чучела, и те своим светом разогнали сумрак, что начал сгущаться над лесом.
Где ждут тебя предки,
Где светлое небо,
Где встретимся снова,
Однажды мы все…
На вершине холма у самого погоста собрали огромную гору хвороста, с двумя подходами окруженными горками поменьше. Один ведет на деревню и будет завален, как только церемония начнется. Второй — указывает на заходящее солнце, что осветит последний путь.
Сожми крепче веху, мою ты в ладони,
А я сожму ту, что вручит родня,
И будем мы вместе вовеки петь песни,
И встретимся вновь, несмотря ни на что… 
Под последний куплет ладья мертвецов водрузилась на погребальный костер. Его пламя стремительно поглотило тела мертвецов и спешно перекинулось на близлежащие горки с хворостом. Венки один за другим полетели на борт ладьи, наполняя воздух ароматом сгорающих цветов, а народ все запевал и запевал последний куплет.
Сожми крепче веху, мою ты в ладони,
А я сожму ту, что вручит родня,
И будем мы вместе вовеки петь песни,
И встретимся вновь, несмотря ни на что… 
С последними лучами уходящего солнца, когда окончилась тризна, последний огненный всполох вдруг разразился столбом холодного синего пламени, что было выше самого высокого из деревьев. Божественной аурой так и несло от него, но не давящей силой, а обволакивающей и наполненной заботой.
Достижение «Обманувший смерть» преобразовано в «Достойный искупления».
Не словом, но делом вы прошли сами и помогли другим в пути к обретению новой жизни, Великая признает вас достойным своей мил…ст…
Внимание!
Зафиксировано вторжение из…
Отмена изменений
Достижение «Достойный искупления» было поглощено
Получено достижение:
«Носитель Греха» — Избранный Грехом существует лишь на благо Греха. Ни боги ни демоны над ним не имеют более власти, а все проявления их воли послужат подношением «Одному из Семи». 
*Тихий мат без лишних комментариев*
Тем временем семя греха в инвентаре преобразовалось в росток. Совсем крошечный — нечто не от мира сего лишь слегка пробилось сквозь скорлупу, но даже это было весомым поводом для беспокойства.
В вопросе противодействия этой штуке с прошлого раза я не продвинулся ни на шаг, и, судя по тексту сомнительного достижения, не уверен, что следующий амулет с божественной силой пойдет мне на пользу, а не разбудит ту тварь.
 
— Ты в порядке? — Маша, появившаяся из ближайшей тени, посмотрела на меня с беспокойством. — После благословения богини ты как-то изменился в лице.
Благословения, да? Больше на проклятие похоже.
— Все нормально, просто в глаз что-то попало. — Не похоже, чтобы она мне поверили. Но хоть с вопросами приставать не стала.
Кто знает, сколько еще подобных «Благословений» я смогу выдержать?
Завтра же утром, как только закончу с больными, покину деревню. Так будет лучше для всех.
— Мастер! Мастер Грегор! — Девушка, что утром показывала мне больных, чуть ли не падая, вбежала на холм.
— Отдышись, Риста, что случилось? — Грегор подал девушке руку, чтобы та не свалилась с ног.
Однако руку девушка так и не приняла.
—Монстры! Там… Витя! Он… — Дослушивать девушку Грегор не стал, сразу перейдя от слов к делу.
— Матвей, помоги Альберту, сопроводить жителей в деревню! Сейчас там будет безопаснее, чем в лесу.
Кожа Грегора начала стремительно темнеть, а тело увеличиваться в размерах. И в момент, когда даже отдаленно его очертания перестали напоминать человеческие, монстр сорвался с места, оставив позади себя небольшой кратер.
Старик, словно ничего необычного не случилось, и не было ни недавнего нападения, ни долгих похорон, уверенным басом заставил деревенских собраться вместе.
Тем временем Маша подставила плечо бледной девушке, что принесла тревожную весть.
— Альберт, у нее кровь! — Маша протянула мне руку, которой коснулась платья девушки.
В темноте этого было не заметить, но некогда белое платье полностью было измазано в густой бурой жидкости. Видимо ситуация в деревне гораздо хуже, чем можно было подумать на первый взгляд.
Зеленое свечение исцеления принесло девушке долгожданное облегчение, оно же и стало причиной отключки. Организм держался в сознании на одном адреналине, и сейчас, под успокаивающим и обезболивающим действием способности, девушка потеряла сознание.
— Народ построен и готов к движению. — Староста, закончив организовывать деревенских, поспешил отчитаться.
— Ждите.
Я должен все учесть.
Маша заботится о девушке, но даже если передать бессознательное тело деревенским, в защите она мало поможет. Своей способностью она прикроет только себя, в то время как другие попадают под удар. Лучшим вариантом будет доверить девушке разведку, а значит, единственная боевая единица здесь — я.
Или почти.
— Матвей, выдели десяток самых смелых, метких, и крепких желудками мужиков. — Староста чуть ли не побледнел от подобного предложения.
— Да как, мы же безоружные! Что мы можем сделать?
— За это не волнуйся, есть у меня в запасе одна вундервафля, убивающая врага с одного удара. — Старик был шокирован подобным заявлением, но быстро пришел в себя и кинулся исполнять приказ.
Как раз будет немного времени подготовиться.
На правом плече, из только что приложенного семечка, пророс крошечный цветочек.
— Ну что, Беня, настала пора вновь поработать? Мне нужны семена, и в очень большом количестве. — Цветок запрос принял, и, зеленые корни поползли по всему моему телу в поиске питательных веществ. Создание семян, весьма затратное дело, что вскоре отразилось на мне. Даже под действием исцеления, я прибавил в возрасте минимум пару лет, а жировые отложения, что накапливались с таким трудом, не оставили после себя и следа.
Интересный курс обмена на силу получился, однако.
— Матвей! — Услышав, как его зовут, староста подошел ко мне с отобранным отрядом. — Слушайте внимательно, сейчас вам в руки попадет смертельное оружие, и пусть внешний вид никого не смущает. — Для наглядности я щелкнул пальцами и из крошечного побега, что еле выделялся на моем плече, Беня разросся до полноценного цветка людоеда. — Это его семена, и при попадании в благоприятные условия, они прорастут с такой же скоростью, и сожрут носителя вместо прикормки. Ваша задача сводится к попаданию ими по врагу. Нужно объяснять, что у этой штуки нет системы распознавания свой/чужой, и сожрет она первого, в кого попадет? — Все дружно покосились на собственные ладони, в которых уже покоились злополучные семена и поспешили замахать головами.