Чужие игры (СИ)

- Что тебе надо? – снова всхлипнула Нисса.
- Я предлагаю объединиться и узнать, что скрывает Оркена, - прошептала Лилера. – Втихомолку, чтобы она не узнала.
- Я («Я – пас!» - снова чуть не обмолвилась Карина)… не буду узнавать.
- Почему? Ты уже знаешь? – снова накинулась на неё принцесса.
- Нет, потому что это нехорошо – подслушивать, - твёрдо сказала Карина, в душе издеваясь над собой: «Ишь, какая честная! А сама-то всё подслушала!»
- А я… - сказала Нисса, заикаясь от плача, - я хочу. Лилера, я с тобой.
«Вот тебе, Нисса, как раз и не надо бы узнавать про это…» 
  
Глава 17
 
Несмотря на уверения Оркены, что в «каминной» безопасно, что на самом деле демоны и не подходили к стенам с другой стороны, а лишь насылали сильный морок из своих мрачных глубин, старой ведьме не поверили. Результатом недоверия стало передвижение «спальных мест» ближе к центру помещения, к обеденному столу. Подальше от опасных стен.
На сердце у Карины стало легче, когда она заметила: оборотней больше не чураются. Нет, потом, когда все они выберутся из странной западни, конечно, неизвестно, как сложится судьба Отсоа и его семьи, но пока никто из свиты принцессы не возразил, когда он, немного смущённый и насторожённый, приблизил кровати своего семейства к кроватям людей. Его помощь в ситуации с Кланкеем сыграла в новом отношении людей не последнюю роль. Теперь оборотня принимали более благожелательно.
… Вернулись пошедшие было к Оркене юная ведьма и принцесса. Нисса выглядела чуть обиженной, а Лилера – откровенно злой. Оказалось, что они объединились и успели по дороге к старой ведьме обговорить целый план, как выведать у старухи всё, что нужно для спасения своих и чужих жизней, а именно: вечерний час учёбы должен был пройти как обычно, но Нисса, по требованию Лилеры, должна была заговорить Оркене зубы мелкими вопросами, а Лилера собиралась совершить проникновение в затаённые мысли старой ведьмы, пока та отвлекается. Но вечернюю учёбу Оркена, естественно – для Карины, отменила, и Карина выдохнула с облегчением, что время страшного прозрения для юной ведьмы отодвинулось. По паре брошенных Лилерой в раздражении слов она сообразила, что принцесса всё-таки попыталась «просканировать» старуху, но ничего не вышло. Карина сочувственно качала головой, охала и ахала на рассказ Ниссы и Лилеры, а сама даже представить боялась реакции юной ведьмы, узнай та, что именно может остановить демонов и магическую бурю.
Ну а так обитатели «каминной» хоть и нервничали, но принесённый ужин, увы остывший, съели. Принцесса единственная поворчала на скудную еду. Мужчины, видимо, бывавшие в долгих военных походах, спокойно восприняли урезанный рацион, а пажи помалкивали, беря пример со старших.
Усиленно размышляя за ужином, Карина не ощущала вкуса пустого супа – отметила только рассеянно, что был тот из одних овощей, кажется. Она решала для себя важный вопрос: говорить с Индаром или нет? Знает ли он о том, что знает Оркена? Вроде он маг из высших, такие знают всё. Но ведьма – хозяйка старого замка. Она должна больше знать о специфике происшествий, связанных с источником магии. 
Индара, как всегда, на ужине не было. Но, когда Нисса с Лиадейн взялись выносить опустевшую посуду, Карина увидела его в коридоре: он посторонился, давая дорогу юной ведьме и женщине-оборотню, нагруженным посудой. На её счастье, Лилера, занятая беседой с бароном Мазуином, не заметила небесного. Поэтому, быстро вспомнив нужное заклинание на отвод чужого глаза, Карина старательно повторила его и пошла к двери – осторожно, не вполне доверяя своим умениям, что после произнесения заклинания стала невидимкой для всех.
Дверь ещё закрывалась, так что Карина успела выскользнуть в уменьшающийся проём. Небесный всё ещё стоял возле стены, задумчиво глядя вслед девушке и женщине.
- Индар, - торопливо и вполголоса позвала Карина. – Поговорить бы, а?
Он взглянул на неё с таким недоумением, словно вообще забыл о её существовании, а тут – бац, и вот она. Да ещё чего-то хочет.
 
- О чём ты хочешь поговорить? – со слабым интересом спросил он.
- Не здесь! 
Она поспешно обернулась на дверь в «каминную», страшась, что из оттуда вот-вот выбежит принцесса и испортит разговор с небесным. А Индар смотрел спокойно, даже чуть сонно. И она сообразила, что он устал до такой степени, что готов подчиниться её любому решению, лишь бы сейчас не думать лишнего – о том, где именно должна пройти беседа. Как она понимала – лишняя для него беседа. Она вдруг обратила внимание, что полумаска на его помрачневших глазах стала как-то ещё черней и начала подчёркивать опавшие скулы небесного.
- У бассейна! – твёрдо сказала она и, схватив небесного за край его рукава, решительно повела его по коридору.
Индар шёл вроде как послушно, но, то и дело оборачиваясь к нему, Карина видела отстранённые глаза: небесный явно был сосредоточен на решении какого-то вопроса.
Перед тем как выйти из коридора, Карина выглянула в холл, где привычно горели два настенных факела, а по полу стелился тот же призрачно сияющий шланг чистой магии, пропадающий в «каминной». Впрочем, сам бассейн с очищенной магией давал достаточно света. Некоторое время она всматривалась в противоположный коридор. Но там было темно, и Карина насторожённо потянулась всеми чувствами к этой темноте, чтобы убедиться: там ещё и пусто. А значит, вроде как безопасно… Индар, равнодушный ко всем её движениям, стоял за спиной и терпеливо ждал. Она даже успела разозлиться на него: он высший маг! Мог бы и сам легко посмотреть, не опасно ли в том подозрительном теперь коридоре! 
Они поднялись к бассейну и, как в прошлый раз, уселись у бортиков на ступени.
- Что сделали бы демоны с Кланкеем?! – немедленно выпалила Карина, встревоженно глядя в бесстрастное лицо Индара. – Они бы его… съели?
Он с недоумением покосился на неё, а потом полностью, всем телом повернулся так, чтобы видеть её. Насколько она догадалась, ему просто тяжело смотреть искоса, и сразу ощутила себя виноватой: «А я ещё о нём плохо думала, когда просматривала тот коридор! Как долго же он не спал в последнее время?!» 
- Не-ет, - хрипловато и тягуче ответил он, глядя то ли на неё, то ли в пространство между ними. – Они бы пришпилили его к стене и заставили мучиться.
- Зачем?!
- Им надо напугать всех – до такой степени, чтобы были готовы на всё. На уступки. На слепую покорность.
- И тогда они потребуют жертву, - сквозь зубы сказала Карина. Сейчас, после этого короткого обмена репликами, она снова собралась и стала жёстче: жизнь детей превыше усталости того, о ком ей внушали, что он сильнейший. 
Он не шевельнулся. И не спросил, откуда она знает о жертве. Карина рассердилась.
- Может, объяснишь, как заставить демонов уйти – без жертвы?
Он отвёл взгляд – и вот тут она перепугалась: неужели в этом мире такие нравы, что и небесный спокойно относится к человеческому жертвоприношению?!
- Кто тебе сказал о жертве?
- Оркена, - проворчала она, лихорадочно думая, что делать. – Только она не сказала – я подслушала её.
Как подслушала – она не стала уточнять. Надо будет – скажет. Но Индар не стал вдаваться в подробности. Расслабленное было, лицо его снова осунулось и отвердело до желваков на скулах. Но он снова промолчал, и тогда Карина угрюмо спросила:
- А что будет, если Нисса узнает?
- О чём? А-а… - тут же понимающе покачал он головой.
Озадаченная Карина уставилась на профиль Индара, так и не повернувшегося к ней после первого вопроса о жертвах и демонах. Прокрутив в уме все реплики, которыми они обменялись, она сообразила, что говорили они настолько обобщённо, что, кажется, она проморгала момент, когда беседа пошла в разные стороны. Когда каждый из них говорил о своём, что до какого-то времени было похоже на единый предмет разговора... Она-то решила, что небесный говорит о детях, зациклившись на них сама. Но забыла о том, что Индар знает о двух вариантах жертвы. Значит, он думал о себе? Не воспринимая детей в качестве будущей жертвы демонам?