Змеевик (ЛП)

— Двоюродная сестра Клео нам сказала, что сейчас у нее несколько цветных прядок среди белых. Пестрый цвет помогает ей прятать змей в волосах.
— Таких же, как у ребенка. — Сказала я.
— Да, но у Клео они появились когда ей было три года.
— Спасибо, Мика.
— Надеюсь, это поможет. Я сейчас в больнице, со мной Брэм.
— Где Ру с Родиной? — Спросила я.
— Я отправил их вниз — проверить, как там Денни.
— Насколько мы знаем, она все еще без сознания. — Заметила я.
— Если что-то изменится, я напишу.
— Спасибо. — Сказала я, и вдруг заметила женщину с короткими белыми волосами, среди которых проглядывали цветные прядки. — Вижу ее. Люблю тебя. — Я повесила трубку, услышав его «Я тоже тебя люблю».
Я попыталась задать Клео вопрос, но она испугалась Натэниэла. С леопардом на поводке можно искать пропавших людей, но не стоит опрашивать свидетелей. Сейчас мне нужно поговорить с Клео, так что Натэниэла мы куда-нибудь уберем.
Далтон вызвалась отвезти их с Никки обратно в отель. Никки заказал в ресторане несколько непрожаренных стейков с доставкой, после чего ему оставалось лишь дождаться, когда Натэниэл вернется в человеческую форму. Я потерлась лицом об пушистую морду Натэниэла, от чего тут же заорали несколько свидетелей и один коп. Я поцеловала Никки, закутавшись в легкий аромат его льва. Мне предстоит снова работать с Олафом, и я хочу, чтобы моя львица помнила о том, что лев у нас уже есть.
Тиберн помог нам найти место, где мы могли бы допросить Клео в спокойной обстановке — только он и Четыре Всадника. Я поняла, как ему удавалось так быстро налаживать рабочие вопросы, затрагивающие несколько юрисдикций — когда-то он работал при шерифе, но остров Кирке предложил ему больше денег и повышение в звании. Это по-прежнему казалось странным, но все вокруг знали и уважали его. Иногда сеть знакомств хорошего парня работает на тебя, а не против, даже если ты не из их числа.
  
61
 
Белые волосы Клео пестрели сиреневыми прядками, а также теми, что сперва показались мне черными, но солнечный свет дал понять, что это был просто очень темный оттенок синего. Почти такой же темный, как глаза Жан-Клода. Волосы Клео оказались короче, чем я думала — даже странно, что в них можно было спрятать фамильный секрет ее клана. Волосы были густыми и почти касались ее плеч. Тени и помада были подобраны в тон прическе — черные и фиолетовые. Клео явно редко бывала на солнце, либо пользовалась самой белой тоналкой, какую я только встречала, потому что ее вообще не было заметно на коже.
Я попыталась действовать дружелюбно, как хороший коп. На роль плохого у меня были Эдуард с Олафом, но на все мои вопросы Клео отвечала: «Все, что знаю, я уже рассказала другим полицейским». Она не повторяла одну и ту же фразу, но смысл был тот же.
— Она избегает вопросов лучше, чем я их задаю. — Сказала я, когда наша четверка отошла в сторонку, чтобы обсудить дальнейшие действия. Тиберн остался с Клео — его голос грохотал в попытках разговорить ее.
— Она что-то знает. Она бы не стала так усердно скрывать то, что не имеет значения. — Сказал Олаф.
— Может, мы просто все усложняем. — Предположил Бернардо.
Мы втроем уставились на него.
— Ты о чем? — Спросила я.
— Что если она просто оберегает семейный секрет?
— Продолжай. — Сказал Эдуард.
— Может, поэтому она так хороша. Она ведь хранит его всю свою жизнь.
Мы немного поразмыслили над этим, после чего я сказала:
— Ты и правда не просто симпатичная мордашка, Бернардо.
— В другой ситуации я бы оценил этот комплимент, но сейчас я просто не хочу видеть еще одну выпотрошенную девушку.
— Давайте соврем. — Предложила я.
— Что ты имеешь ввиду? — Спросил Эдуард.
— Нам понадобится содействие Тиберна. — Предупредила я.
— В чем?
— Мы — Четыре Всадника Апокалипсиса, бич всех маленьких непослушных сверхъестественных существ.
— У нас нет ордера на ликвидацию. — Сказал Олаф.
— Она этого не знает.
Бернардо кивнул.
— Отлично.
— Просто. — Заметил Эдуард.
 
— Пугающе. — Добавил Олаф.
— Да. — Подтвердила я.
— Значит, сейчас мы все играем плохих копов. — Сказал Бернардо.
— Именно.
— Мне это нравится. — Сказал он.
— Как и мне. — Добавил Олаф.
— Сделаем это. — Подытожил Эдуард.
  
62
 
Клео Ставрос усадили на стул и четверо Всадников столпились вокруг нее. Я убедилась, что мы с Олафом стоим ближе всех, потому что у нее была как минимум одна змея в волосах, и нам следует допускать, что она может быть ядовитой. Точно так же, как вы допускаете, что подозреваемый вооружен.
— Мы не хотим причинять тебе боль, Клео. — Сказала я.
Она нахмурилась, глядя на меня с подозрением.
— О чем вы говорите?
— Мы знаем, что в убийстве Беттины Гонзалес и исчезновении других женщин замешан сверхъестественный элемент.
— Я не понимаю, о чем вы. — Сказала она.
— Если ты расскажешь нам все, что знаешь, прежде, чем прибудет ордер, мы не станем использовать его против тебя.
— О каком ордере идет речь?
Мы четверо переглянулись между собой.
— Тебе известно, кто мы? — Спросила я.
— Ты ведь знаешь, кто мы такие. — Сказал Бернардо.
Она вновь нахмурилась.
— Вы — маршалы.
— Мы — маршалы из сверхъестественного отдела. — Уточнил Эдуард.
Она нахмурилась еще сильнее. Первый проблеск осознания происходящего промелькнул в ее глазах.
— Сверхъестественный отдел. Вы убиваете чудовищ.
— Мы убиваем сверхъестественных граждан, которые нарушили закон. — Сказала я.
— Мы убиваем монстров, которые охотятся на людей. — Добавил Олаф.
— Я в курсе, чем занимается сверхъестественный отдел. — Сказала она. Она все еще злилась, но было очевидно, что она также занервничала. Кажется, у нас получается.
— Как только прибудет ордер на ликвидацию, Клео, мы больше не сможем тебе помочь. Наша задача — исполнить предписание. — Сказала я.
— Здесь нет чудовищ, которых вам надо убить.
— Ну-ну, Клео. Ты же знаешь, что это не так.
— Я не понимаю, о чем вы говорите. Но я требую адвоката.
— В обычной ситуации, мисс Ставрос, наш разговор бы на этом закончился. — Сказал Тиберн. Он сидел в дальнем углу комнаты. — Но у сверхъестественных американских граждан, которые замешаны в убийстве, нет тех прав, которыми наделены обычные американцы.
— Я хочу адвоката. — Настаивала она.
Ордера на ликвидацию у нас не было. Мы по-прежнему не могли доказать, что нечто сверхъестественное замешано в убийстве и похищениях, но у нас были две пропавшие женщины и меньше суток на то, чтобы найти их живыми. Мы все согласились нарушить правила, чтобы прижать Клео, но она сама не была нам нужна. Мы хотели получить информацию.
— Поговори с нами до того, как прибудет ордер, подписанный судьей. — Сказала я.
— Как только мы получим ордер, мисс Ставрос, нам придется допустить, что вы имеете отношение к убийству Беттины Гонзалес, и если что-нибудь случится с двумя пропавшими девушками, вы также понесете за это ответственность. — Сказал Эдуард.
— Одного убийства достаточно. — Возразил Олаф. — Мы можем убить ее только один раз.
— О чем вы говорите? Вы не станете меня убивать. — Сказала Клео. Она скорее злилась, чем боялась нас. Черт, мы что, паршиво играем?
— Я бы не хотел убивать столь прекрасную юную леди, но если вы замешаны в убийстве, у меня просто не остается иного выбора. — Сочувственно заметил Бернардо.
— Что вы несете? Вы сумасшедшие. Я требую адвоката, сейчас же.
— Я сожалею, мисс Ставрос. — Произнес Тиберн так, будто ему действительно было жаль. — Но судья уже подписал ордер. Мы просто ждем, когда его доставят. Подписанный ордер означает, что любой замешанный в убийстве гражданин, сверхъестественный он или нет, теряет свои конституционные права. Если вы поможете нам найти двух пропавших девушек до того, как они пострадают, маршалы пощадят вас. Но если у них на руках будет ордер, то им придется провести ликвидацию. Ваша жизнь окажется в руках Четырех Всадников.