Змеевик (ЛП)
Тиберн вернулся к нам.
— Ее дядя Терри — это Терри Ранкин.
— Мы догадались. — Заметила я.
— Я знаю, где находится дом ее деда. Я ездил на рыбалку с ее дядями. Блядь, да я встречался с ее матерью — до того, как она вышла замуж.
— Вы знали, кто они такие? — Спросил Эдуард.
— Что они — убийцы? Нет.
— Вы знали про проклятье? — Уточнила я.
Он глубоко вздохнул и сказал:
— Частично. Но я думал, что это вроде ликантропии. Что-то, с чем ты ничего не можешь поделать.
— Вы можете подробно описать нам участок, на котором держат девушек? — Спросил Эдуард.
— Я могу нарисовать вам даже гребаную карту, если вы не ждете от нее особой красоты.
— Нам не нужна красота. Мы ждем точности.
— Тогда без проблем.
— Найдите кого-нибудь, кто последит за Клео и убедится в том, что она не позвонит домой и никого не предупредит. — Добавил Эдуард.
Тиберн кивнул и ушел, чтобы найти того, кто будет нянчится с нашей Медузой-убийцей, а также бумагу и ручку, чтобы нарисовать нам карту, и мы могли спланировать нападение на дом, полный ядовитых змей-ликантропов. Звучит как сценарий для фильма категории «Б».
— Интересно, другие части тела у них тоже отрастают? — Озвучил свои мысли Олаф.
— Если появится шанс это выяснить, расскажешь мне. — Ответил Бернардо. У него было такое лицо, какое я никогда не видела прежде. Я впервые задумалась о том, что Бернардо не только не остановит Олафа, если тот начнет пытать Ранкина и его семью, но и поможет ему в этом.
Я не очень понимала, что чувствую по этому поводу. Блядь, да я даже не знала, что чувствую по поводу нашей маленькой ролевой игры с Олафом.
— Ты в порядке? — Спросил меня Эдуард.
— Не уверена.
— Ты назвала его «Холмс», а он тебя — «Адлер»?
Я кивнула.
— С каких пор у вас с Отто есть интимные клички друг для друга?
— Это была его идея.
— И тебя устраивает, что он зовет тебя «дорогая»?
— Не особо.
Эдуард наклонился ко мне и прошептал:
— Рано или поздно он попросит тебя сделать то, чего ты не хочешь. И тогда тебе придется его убить.
— Я знаю, но не сейчас. Сейчас у нас две похищенные девушки, которые умрут на закате, если мы ничего не сделаем. И Отто поможет нам их спасти.
— Да. — Сказал Эдуард. — Поможет. А теперь давай пойдем и скоординируем наши действия с местной полицией. Узнаем, сколько копов нам выделили, и на какую экипировку мы можем рассчитывать. Мне интересно, есть ли у них огнемет. Его все еще нельзя провозить в самолетах.
С одной стороны, огонь убивает любую тварь. С другой — Эдуард как-то спалил дом, в котором мы находились, чтобы уничтожить вампирское логово. Я не знала, надеюсь ли я на то, что Эдуард найдет огнемет, или на то, что мы как-нибудь обойдемся без него.
63
Эдуарду удалось раздобыть огнемет, так что через час мы уже стояли на дорожке, усыпанной белым гравием и мелкими ракушками. Эти ракушки оказались здесь не из-за прибоя — ими просто посыпали тропинку вперемешку с гравием. Я никогда не жила у океана, так что видеть подобное применение ракушкам было для меня странно. Растительность вдоль дороги также казалась мне чужой. С нами была практически вся полиция, которую только смогли предоставить за час Флорида-Кис. Копов было гораздо больше, чем ранее в ресторане. Поскольку Тиберн ориентировался здесь лучше всех, он распределил отряды, обозначив, кто и откуда должен будет войти на территорию участка. Перед нами стоял дом и несколько зданий поменьше. Тиберн считал, что девушек держат именно в доме, так что нас четверых он направил именно туда.
Как только мы оказались в зарослях тропических кустарников, я порадовалась, что закрепила шотган так, чтобы он не цеплялся за все подряд. Предполагалось, что остальные группы откроют огонь, в то время как наша четверка вместе с Тиберном передвигалась практически бесшумно. Было слышно, как гудят насекомые, которых оказалось так много, что я порадовалась захваченному с собой спрею. Только Олаф от него отказался — сказал, что это мешает различать запахи.
Мы миновали подлесок и большую полянку. Отсюда нам была видна только одна группа полицейских — они передвигались по другой стороне участка, мимо здания, напоминавшего коптильню. Мы обменялись с ними кивками и этим ограничились — у каждой группы была своя задача. Тиберн возглавлял нашу группу, остальные четверо держались за ним по двое. Мы передвигались на полусогнутых коленях, как это делал СВАТ — так проще сохранять устойчивость во время перестрелки. Мы все знали, как это делается, включая Тиберна, хотя он и жаловался, что когда в последний раз так ходил, его колени не были от этого в восторге.
Дом был построен в типичном флоридском стиле — с тонкой крышей и небольшим крыльцом. Здание было прикрыто поветшавшей оградой, которая уже посерела от старости, но почему-то выглядела так, будто ее недавно ремонтировали. Это показалось мне странным, потому что при таком уровне запущенности не ждешь особой аккуратности. Окна в доме были открыты, и ветер с моря трепал кружевные занавески. Я поняла, что мы ближе к океану, чем мне казалось, хотя воды отсюда не видно. Деревья частично поглощали ветер с моря, но ни одно здание на этом участке не было построено с целью пережить настоящий шторм — для этого им следовало разместить каждое строение в тени деревьев. Тиберн сказал, что современные постройки можно возводить хоть на берегу океана, но в прежние времена любой дом могло просто смыть во время шторма вместе с владельцами.
Входная дверь была приоткрыта — либо это приглашение, либо ловушка. Впрочем, может, у хозяев просто нет кондиционера, и они так спасаются от жары. Олаф и Бернардо пристроились с правой стороны дома, мы с Эдуардом — с левой, а Тиберн остался у крыльца. Нам нужно обойти дом снаружи, чтобы заглянуть в комнаты через окна, после чего мы встретимся с другой стороны. Таков был план, но, как и у большинства планов, на практике у него было мало шансов на реализацию.
Раздался голос Ранкина:
— Капитан Тиберн, я вас вижу. И я чувствую присутствие Аниты Блейк. Со мной одна из женщин, так что рекомендую вам обоим зайти в дом, если не хотите, чтобы с ней что-то случилось.
Я не предполагала, что он занырнул мне в голову настолько глубоко, что мог теперь почувствовать меня на расстоянии, снаружи дома. Блядь.
— Если вы двое не войдете, ей придется несладко.
— Не нужно этого делать, Терри.
— Нужно, капитан. Если вы с Анитой зайдете внутрь, я отвечу на ваши вопросы. Даже на те, которые вы еще не успели придумать.
Тиберн приподнялся, чтобы заглянуть внутрь дома.
— Там действительно одна из девушек.
— Блядь. — Прошептала я. Я махнула Эдуарду, чтобы он с ребятами проверил периметр, пока я буду внутри дома. Эдуарду это не понравилось, но он ответил мне едва заметным кивком, после чего исчез за домом. Олафа с Бернардо уже не было видно. Тиберн зашел в дом первым, будто выступая в качестве живого щита. У меня есть моя винтовка, так что я готова стрелять при любой угрозе. Если Ранкин попытается трахнуть меня в мозг, я расценю это, как угрозу, и пристрелю его. Он не потребовал, чтобы мы выбросили пушки, так что лично свою я приберегу до поры до времени.
Он, разумеется, тут же прочел мои мысли.
— Вы можете оставить свое оружие при себе, но если вы войдете, нацелив на меня пушки, я тут же застрелю Стефани.
Мне следовало догадаться, что это не будет так просто. Я отвела винтовку от плеча, опустив ее пониже. Я знала, что могу пристрелить его и с уровня бедер.
Ранкин опустился на старомодный диван, рядом с которым стоял небольшой журнальный столик — как раз у него под рукой. На нем был пистолет и два стакана чая со льдом. Стефани сжалась на диване рядом с Ранкиным. Голову она положила ему на плечо, а рукой обнимала его за талию спереди. Ее ноги лежали на другой стороне дивана, а обувь аккуратно стояла на полу под ними. Она казалась полуспящей, и никак не отреагировала на наше появление. Она выглядела так, будто ее накачали наркотиками, но при этом казалась невредимой. Стаканы с чаем ютились на столике достаточно давно, чтобы основательно запотеть. Они стояли на подстаканниках, которые защищали темное дерево от сырости. И диван, и столик казались антикварными — уже не такими функциональными, но все еще довольно симпатичными. Не будь здесь пистолета, картина напоминала бы приятный ленивый полдень на веранде.