Ты студент, Гарри (СИ)
— Судьба — суровая штука, — печально вздохнул друг.
Девушка же подошла к Борису, придирчиво его оглядела, поправила галстук и притянула за него к себе парня, бессовестно поцеловав его в губы.
Борис от такого подхода слегка растерялся, но, заметив хмурый взгляд друга, тут же взял себя в руки, протянул руку и, взяв за подбородок девушку, приблизил к себе и так же поцеловал.
— То есть вы двое оставляете меня одного с Демидовой, а сами идёте развлекаться? — возмущенно произнес Гарри.
— Смирись, Беленький. Он красавчик, а ты... Будешь портить нам всю романтику, — кивнула Катя.
— Прости, друг. На свидании с девушкой третий обычно лишний.
Гарри тяжело вздохнул, покачал головой и направился к зданию гранитной мастерской.
С грустной улыбкой он вошёл в здание, махнул работягам, переодевающимся со смены, а затем поднялся в их комнату. Открыв дверь, он вошёл и взглянул на Демидову.
— Привет, Даш, — буркнул он, отодвинув стальной стул и усевшись на него.
— Что с тобой? — тут же уловила настроение Гарри девушка. — Что-то случилось?
— Случилось? Ну... можно и так сказать, — пожал плечами Гарри.
— Не хочешь говорить? И, кстати, где Мусаев с Сельвиной?
— Не придут они сегодня, — вздохнул подросток и задумчиво взглянул в окно. — Свидание у них.
— Как свидание? — растерянно пробормотала Демидова.
— Вот так... и меня с собой не взяли, — буркнул Гарри и взглянул на поникшую Дашу. — А ты чего сразу нос повесила?
— Утешительный приз увели, — опустошённо произнесла в ответ та.
— Но главный-то тут? — хмыкнул Гарри и удостоился снисходительного взгляда. — Что? Ты мне, может быть, нравишься, и я с тобой отношение выстраивать хочу...
Даша приподняла одну бровь и выразительно взглянула на Гарри.
— Да, видел я себя в зеркале, видел, — буркнул Гарри, достал телефон и принялся копаться в контактах.
Демидова вздохнула и откинулась на спинку кресла.
— Алло? Наумова? Я в нашей каморке для медитаций один. Думал с одиночества начать онанировать, но вспомнил, что у тебя фетиш на некромантов.
В трубке послышался громкий женский крик:
— Не смей ничего делать! Я еду!
Гарри положил трубку и взглянул на Дашу.
— Что? — с опаской спросила она. — Я в вашей оргии участвовать не собираюсь.
— Да, я тоже, — хмыкнул Гарри.
— А зачем тогда Наумовой звонил?
— Не знаю. Скучно... Медитировать настроения совсем нет.
Гарри покосился на девушку и невольно опустил взгляд на её объёмную грудь.
— Ты, прости, конечно, Гарри, но спать я с тобой не собираюсь.
— Ещё весной ты вела себя по-другому.
— Это было нужно роду. Как минимум ребёнок, в идеале — ты в роде. А сейчас мне дали отбой, — призналась девушка.
— И всё встало на свои места, — кивнул Гарри.
— Ты, конечно, не урод, но не в моём вкусе.
— Не в твоём вкусе? — хмыкнул начинающий некромант и задумчиво спросил: — Погоди, это получается, я во вкусе Наумовой?
— Света всегда была немного озабоченна, — хмыкнула Дарья. — Озабоченная девственница — это жуткое зрелище.
— Я вообще-то думал, что она уже давно не...
— С её родителями, удивительно, что ей с тобой вообще позволено, — пожала плечами Дарья. — Так что можешь представить себе пса, сорвавшегося с цепи. Это самое близкое описание Наумовой.
Гарри тяжело вздохнул, посмотрел на телефон и снова залез в контакты.
— Алло, Васильев? Да, я знаю, что только пятница. Просто... скучно. Делать нечего. Хочется сделать какую-нибудь гадость.
— Где ты?
— В комнате для медитаций. Сижу, на сиськи Демидовой пялюсь.
— Готов работать?
— Готов, — вздохнул Гарри.
— Через три минуты будет наш автомобиль. Выходи к дороге.
Гарри положил трубку и взглянул на Дарью.
— Что за работа? И кто такой Васильев?
— Добрый дядя на голубом вертолете, — хмыкнул Гарри, поднялся и набрал Наумову. — Алло, Светка? Слушай, тут Демидова сжалилась и разрешила выпустить лишний пар ей на оголенную грудь.
— ЧТО?!!!
— Я уже закончил, так что извини, — произнёс Гарри и торопливо отнёс телефон, из которого орал голос Наумовой.
— БЕЛЕНЬКИЙ! КАК ТЫ ПОСМЕЛ?!!
— Боже, какая нервная особа, — буркнул Гарри, нажимая кнопку завершения разговора, и покосился на девушку, сложившую руки на груди и гневно смотрящую на него.
— Это было обязательно говорить?
— Прости. Не обязательно, но что-то у меня настроение паршивое... Извини.
* * *Что на меня тогда нашло?
Понимаете, это дурацкое чувство...
Нет, не зависть. Это ближе к одиночеству. Да. Думаю, это слово тут будет самым уместным.
Боря — мой друг, и мы всегда с ним вместе. Катя — наш моторчик и кипишной элемент. А тут, бац и нет моего верного друга и нашего моторчика. И я, вроде, в комнате для медитаций, но двух важных элементов в ней не хватает.
И как-то пусто на душе стало.
Вроде, и мама есть, и Пётр, но это... это родители. А вот два друга, которые всегда были рядом, куда-то исчезли.
Нет, не поймите меня неправильно. Зависти не было. Катя очень красивая и симпатичная девушка, но... У меня к ней не было чувств. Я был рад, что у них всё получилось, но...
Без зазрения совести, оглядки на обстоятельства я могу сказать точно.
Это был первый момент в новом теле, когда я по-настоящему ощутил одиночество. Я тогда чуть было Наумову на свидание не позвал. В смысле позвал, но потом. Об этом чуть позже. Это отдельная тема о наших отношениях, но...
В общем, спусковой клапан для плохого настроения оказался тем же, что и клапан для раздражения и полёта кровельного материала от переизбытка гормонов.
Работа.
Сложная, интересная работа.
Когда меня забрали, я отправился прямиком к Васильеву.
Там-то у нас и состоялся первый разговор о правилах поведения на полигоне и о том «Что такое хорошо, а что такое плохо».
* * *— Но трупы вы мне дадите? — уточнил Гарри.
— Ещё раз, — вздохнул Васильев. — Ты на ставке внештатного инструктора подготовки. У нас есть штурмовая группа. Двадцать человек. У нас есть полигон. Сценарий простой: защитить здание сто квадратных метров и не допустить вреда цели. Для этого мы выделяем тебе сорок трупов разной степени разложения. Условия для тебя всего два. Первое — твои мертвецы не должны никого убивать. Второе — по команде «Отставить» они должны замереть.
— Так, это понятно. Сорок трупов, никого не убивать, по команде замереть, — кивнул начинающий некромант. — А как быть с оружием мертвецов?
— Каким оружием? Зачем им оружие?
— А что они будут делать, когда доберутся до штурмовиков? Будут дергать за щеку и с прихлюпыванием гноя в глотке хрипеть: «Ути, маленький»? Нужны чёткие правила. Кусаться можно? По роже ездить можно? А руку сломать? Ногу?
— Так... недоработка выходит, — буркнул Васильев.
— Оружие надо. Нелетальное. Что-нибудь, вроде... дубинок резиновых.
— У нас таких нет.
— Надо придумать что-нибудь, — пожал плечами Гарри. — Деревянной дубинкой можно и голову пробить.
В это время на телефон Васильева пришло сообщение. Мельком глянув на него, пока еще следователь недовольно сморщился.
— Так, — взял бумагу он. — Вот тебе пропуск на склад. Там Комаренко заведует. У него барахла контрабандного полно. Что-нибудь найдёте.
— А где у вас склад?
— В Москве, конечно. Слетаешь.
— Блин, я уже и посыльный, — недовольно проворчал Гарри.
— Не ной. Тебе все равно заняться нечем. Сам сказал. Бери Федорова и на артефактом минивене едьте на склад. Комаренко что-нибудь придумает, — протянул бумагу Гарри следователь. — И не делай такую физиономию. Ты у нас как внештатный сотрудник будешь. У тебя даже зарплата есть.
Парень взял бумагу, состроил недовольную мину и направился прочь из кабинета. Выйдя за дверь и прикрыв за собой, он взглянул на бумажку.
— А что? Трупы дадут... даже зарплату платят, — произнёс он и, поджав губы, взглянул на двух штабных офицеров в чёрной форме и лычками тайной канцелярии.